В горах Кавказа тишина,
Печали рождаются зимние...
Снежинки умирают в горах
Погребаются они на вершине.
Деревья молчат в тишине аллей,
Снежинки кружат в танце, вдаль летя,
Иду одна средь этих зимних дней,
Где первый снег искрится для меня.
Тоскую я по зелени лугов,
По синеве небес и крикам птиц,
По листопада, по звону ручьёв,
По тайнам леса, что не знают лиц.
Там засуха сейчас траву грызёт,
И красок фиолетовых уж нет,
Благодарность в сердце всё равно живёт
За белый снег, что дарит дивный свет.
Январская ночь, как костёр над горами,
Небо бледнеет, прощаясь с днями.
Земля в жёлтом убранстве из павших листов,
Туман обнимает хребет горних льдов.
Плывёт облачко быстро, неведомо где,
Луна не сияет уже в вышине,
Только тишь обволакивает мир вокруг,
И не слышно, как ветер ласкает луг.
Вижу, как конь вороной, облачко к горам
Стремится, влекомо неведомым сном.
Седые вершины, вы расправьтесь сейчас –
Рассвет прогоняет ночной мрак от нас!













Утончённый реализм, изящная графика, десятки тысяч параллельных коротких штрихов. Этого человека называют «художником зимы», «романтиком Имеретии», «блистательным мастером тишины». На всех его выставках рядом с картинами висит табличка с надписью «не продаётся». Заслуженный художник Грузии, почётный академик Российской Академии Художеств Гурам Николаевич Доленджашвили умеет создавать снег не хуже, чем матушка-природа. Невесомые карандашные полоски покрывают бумагу, словно тончайший шёлковый шарф. Игра света и тени, бликов и объёма бросает вызов даже самому избалованному глазу. На картинах художника пушистый снег словно флиртует с лёгкими облаками, а нежные сумерки будто заботливо присматривают за ними. Кажется, что протянешь руку, и пальцы обожжёт приятный холод. Но обожжёт ласково. Почему художник так любит именно снег? Прелюдия к этой истории любви произошла много-много лет назад в самолёте. «Когда я летел в самолёте на Север […], увидел, как свет смыкается с тьмой, день — с полярной ночью. Там передо мной предстали настоящие снега, и мне захотелось делать большие листы, где было бы много снега и неба», – рассказал Гурам Николаевич. Художник родился в Западной Грузии в 1943 году. Своему родному краю – Имеретии – он посвятил целый цикл картин. Кстати, на одной из выставок некий миллионер хотел купить серию «Имеретинская зима» за любые деньги, но получил твёрдый отказ. «В Имеретии снег – редкость. Я люблю смотреть на него, снег очищает и успокаивает», – признаётся автор. А ещё он очень любит рисовать под классическую музыку. Критики называют его картины «снежной рапсодией». У Гурама даже есть «музыкальная мечта» – написать произведение к «Ночной серенаде» Шуберта. Рисует «мэтр графики» с раннего возраста. Ещё в детском саду мальчику дали карандаш и альбом, и больше он с не расставался с этими предметами. Впрочем, в юности пробовал писать маслом, но понял, что душа лежит к карандашу. Серая гамма богата самыми разнообразными оттенками и тонами. Нужно лишь всё время находиться в напряжении, чтобы не потерять нужное соотношение света и тени.
