На даче
Освещённые солнцем листья деревьев вызвали у Сергея мысль о золотых монетах. Образ был неточный, приблизительный. Но всё же он вытащил из заднего кармана блокнот и авторучку. Подумал: "Я выдернул их, как два пера из собственного хвоста... Нет, это тоже слабовато..."
Татьяна расставляла чашки на столе. Из окна террасы видна была та часть участка, где яблони, кусты шиповника и скамейка, на которой курил и писал что-то в положенном на колено блокноте Суржик (прозвище Сергея Суржанского). "Настоящий поэт среди роз!"- весело подумала Татьяна. Потом вспомнила, что всю жизнь заблуждалась, считая вторым именем шиповника - "дикую розу". На самом деле, как она на днях узнала, второе имя шиповника - "собачья роза". Это вновь позабавило её, и она беззвучно рассмеялась.
Татьянина сестра Полина живописно полулежала на тахте, тут же, на террасе. Она сама не могла понять, действительно ли она читает книгу ("Воспоминания о Чехове"), либо же притворяется, чтобы скрыть крайнее недовольство поведением сестры, слишком откровенно проявлявшей интерес к этому толстяку, унылому неудачнику Суржанскому. "Суржик! Подумаешь, какой Гоголь!... Ох, уж эти мне рыхлые гении..."
Сосредоточенно водя пальцем по доскам стены, муж Полины Семён Хор напрягал зрение, "вчитывался" в древесный узор, пытаясь определить, откуда взялись эти микроскопические, как булавкой проколотые точечки. Неужто жучок завёлся?
А у соседа Горемыкина, зашедшего в гости просто так, от скуки, тяжело ворочалось в голове: "Чё бы такое сказать, чтобы оставили чай пить?... Дома-то обалдеешь от тоски... Телек, зараза, ещё сломался..."
- М-м-м-м,- точно рассыхаясь проскрипел он,- жарковато чё-то... Целый день пью, пью... А ты, Поль, ничего? Как жару переносишь?
Полина взглянула на соседа со строгим недоумением.
- Как все, Игорь Палыч. С трудом. Но что поделаешь...- косо глянула на сестру, улыбавшуюся своим мыслям.- Терплю. Многое ведь приходится вытерпливать...
- Это ты-то многое вытерпливаешь?- обернулась к ней всё ещё далёкая мыслями Татьяна.- Какая новость!
Пока медленно закипающая Полина готовила убийственную ответную реплику, вошёл Сергей, несколько разморенный, с почерневшими и влипшими в виски от пота волосами.
- Уф!- выдохнул он.- Ну чего, как насчёт чаю?
- А Танюша, вроде, всё приготовила,- отвлёкся на мгновенье от досок Семён Хор.- Нет? Танюш...
Короче, последующая истерическая реакция Полины была обусловлена сонно-размеренной неправильностью происходящего...