В 60-е годы на гастроли в Тбилиси приехал именитый московский театр. На спектакле «Отелло» аншлаг.

Звучит знаменитое «Молилась ли ты ночь, Дездемона?»,

Отелло совершает привычные манипуляции, занавес падает. Потрясённый зал молчит, переживая катарсис.

И вдруг занавес снова поднимается.

На сцене вокруг кровати сгрудились небритые с утра мужчины кавказской национальности – осветители, монтеры, декораторы и т.д. Дездемона кокетливо приподнимается на подушке и прикуривает сигарету от любезно протянутой зажигалки.

Среди гробовой тишины из первого ряда раздаётся зычный бас: «Правильно задушил. На минуту оставить нельзя».

Муж помыл посуду. Боюсь трогать)