Первое, что бросается в глаза, – простота сюжета. Но простота эта обманчивая. Ведь при создании сюжета в натюрморте вот какое правило действует: чем проще сюжет (т.е. чем меньше деталей в нем задействовано), тем сложнее описать пространство, передать настроение. И Анна Гадирова, безусловно, овладела этой сложной простотой сюжета. Простота сюжета способна сосредоточить внимание зрителя на главном герое натюрморта – букете. А пишет Анна Гадирова преимущественно цветочные натюрморты, передавая то особенное весеннее или летнее настроение, что возникает при взгляде на букетик нежных ландышей, жизнерадостных одуванчиков, пышных пионов.

Анна Гадирова пишет маслом. Но масло у нее особенное: при прикосновении к холсту оно в некоторых работах вдруг становится подобно… акварели. У художницы нет цели детально воспроизвести шелковистость лепестка или прожилки листка. Она по-особому работает с цветом, будто складывая из него предметы.

Наша художница вносит в сюжет ряд деталей, которые и уравновешивают композицию, и позволяют точнее прочитать историю, что рассказана на холсте. Этими деталями могут быть лепестки или соцветия, упавшие рядом с вазой. Холст Анны Гадировой не знает увядания. А лепестки или цветки около букета – намек на легкую небрежность и легкость бытия. И еще – намек на то, что для полноты жизни порой стоит выходить за рамки привычного.

Если же всмотреться в другие детали, то складывается целостный образ женщины. Она знает толк в красивых вещах (обратите внимание на ришелье или фарфор), но умеет замечать и красоту в вещах самых обыкновенных. Вернее, так: она умеет соединить две-три простые вещи (например, стеклянный стаканчик и букет одуванчиков) и создать чудо. А еще она выращивает всю ту красоту (и цветы, и фрукты), что мы видим на натюрмортах. Намеком на это служат две детали, весьма приземленные, казалось бы: лейка и женские башмачки мюли, в которых так удобно прогуливаться по саду.