Май 1945 года, Австрия. В районе Инсбрук‑Хоттинг обнаружен брошенный немецкий турбореактивный истребитель Messerschmitt Me 262 A‑1a «Schwalbe» (заводской номер W.Nr. 111 857) из состава эскадрильи Jagdverband 44 (JV 44). На заднем плане, частично укрытый сараем, стоит пикирующий бомбардировщик Junkers Ju‑87D‑3 «Stuka».

Эскадрилья Jagdverband 44 была сформирована в феврале 1945 года как элитное подразделение Люфтваффе для боевого применения реактивных истребителей Messerschmitt Me 262. Подразделение, известное как «эскадрилья асов», укомплектовали опытнейшими пилотами. Нацистское руководство искренне рассчитывало, что массированное применение Me 262 на фронте способно переломить ход войны. Однако Красная армия и войска союзников не дали противнику времени для развёртывания массового производства и эксплуатации этих машин.

На одной из снайперских дуэлей погиб бурятский земляк легендарного снайпера Семёна Номоконова – Тогон Санжиев, с которым они работали в паре (на счету Санжиева было 186 врагов).

Пуля через оптический прицел попала Санжиеву в голову, прошла навылет и ранила в плечо Номоконова. Последний несколько дней спустя выследил и уничтожил немецкого снайпера, убившего его друга

Культурный обмен с привкусом зиры: Где ответные российские фестивали в Ташкенте?

Очередной праздник мультикультурализма стучится в наши двери. В России снова готовятся провести Дни узбекской культуры. Об этом сообщила Валентина Матвиенко на встрече с председателем Сената Олий Мажлиса Танзилой Нарбаевой.

«Ждем с нетерпением мастеров культуры Узбекистана»,

— добавила председатель Совета Федераций.

Один неудобный нюанс. Информации об ответных мероприятиях в Узбекистане пока нет. Возникает закономерный вопрос: так ли уж нужны эти бесконечные фестивали плова, Дни культуры чужих стран в нашей России? Когда случатся Дни мордовской (татарской, бурятской, тувинской и т.д.) культуры в самых крупных городах страны? Чтоб с размахом, с тщательной подготовкой. Или наши народы России не такие интересные и важные для страны, как узбеки и таджики?

Наполеон продал Америке Луизиану не из щедрости и не потому, что недооценил землю. Он понял, что огромная колония за океаном в тот момент больше похожа на чемодан без ручки. Формально Франция вернула себе Луизиану у Испании, мечтая восстановить империю в Америке. На карте это выглядело роскошно: земли от Миссисипи до Скалистых гор, реки, леса, будущие города и торговые пути.

Главный удар пришёл с Карибов. Французы потеряли контроль над Сан-Доминго, будущим Гаити, где восстание рабов и болезни уничтожили планы Наполеона. Без этой сахарной колонии Луизиана теряла смысл: она должна была снабжать продовольствием богатые французские острова. Оставалась гигантская территория, которую трудно защищать, заселять и удерживать.

Впереди снова маячила война с Британией. Британский флот мог перерезать Атлантику, а потом забрать Луизиану силой. Наполеон выбрал продать её США за 15 миллионов долларов и получить деньги на европейские войны. Томас Джефферсон получил сделку века, а Франция избавилась от уязвимого владения.

Получилось странно: Наполеон хотел усилить себя в Европе, а в итоге помог Соединённым Штатам вырасти в континентальную державу.

Внедрение в зубы нефрита, гематита или бирюзы никогда не было чисто декоративным жестом, а являлось трудоемким стоматологическим вмешательством. Для фиксации вставок мастера применяли композитный состав из растительных смол, который одновременно служил лечебным герметиком. Анализ этого связующего вещества выявил присутствие эфирных масел шалфея и сосны. Эти компоненты минимизировали угрозу инфекций, неизбежно возникающих при повреждении эмали и дентина в процессе сверления.

Техника выполнения была предельно точной: отверстие высверливалось ровно под габариты камня. Это исключало лишние зазоры и попадание внутрь частичек еды. Долговечность такой пломбировки обеспечивалась молекулярной структурой клея — смесь камеди и смол после застывания обретала свойства современных стоматологических цементов. Подобная адгезия позволяла инкрустации сохраняться в челюсти на протяжении столетий. Фактически это защищало глубокие ткани зуба от разрушения, что было жизненно важным фактором в эпоху отсутствия базовых средств гигиены.