[360x480]

39.1

У меня в трудовой книжке есть запись, что я месяц проработал на Сакском кладбище. Теперь этой книжке цены нет, потому что она стала не просто артефактом, но и свидетельством чуда, и чуда нешуточного. Оно состоит в поразительном совпадении словесного ряда и биографического события. Как если бы одно для другого было подготовлено. Когда я переехал в провинциальный город Саки, стоящий на берегу горькосолёного озера Сасык, я не мог найти никакой иной работы, кроме как смотрителем нового кладбища. Могильщикам это, конечно, сильно не понравилось, они заподозрили, что в моём лице под них копает начальство и решили меня испытать, предложив вырыть срочную могилу в очень трудном месте, якобы, чтобы дать мне подзароботать, а на самом деле сорвать из-за меня похороны, чтобы прогнать с работы. Это было место между могилами, рыть пришлось в глине, копать которую было невозможно, потому что она спеклась на жаре и стала как бетон. Только бетон хоть крошить можно, а эту глину - только рубить специальным глинорубом, представляющим собой топор, приваренный к лому. Вот, только им. Как же они опешили, когда я в срок предъявил вырытую по ГОСТУ могилку! Ну, заплатили мне за неё... Это всё быль, все могильщики живы-здоровы и с удовольствием расскажут про чудаковатого смотрителя. Они меня там несколько раз фотографировали. Короче, спешите делать ваши артефакты.

39.1.

Я сам себе как Автор угодил,
Который снизошёл к своим героям,
И я сказал кдладбищенским уроям:
"Урою!" как зубастый крокодил.
Кто с раннего утра бы приходил
Для этого на кладбище? - К двум Троям
И снова к Илиону, да? Покрой ям
Я знаю, их в стройбате проходил.
Вот город Саки, вот его погост
И вот его могильщтки. Все томнят
Ниц очи. Обо мне они не то мнят.
У человека есть последний ГОСТ...
Я выдолбил ту яму и старушку
Взяла земля, как рот - твою ватрушку.