[700x560]

31.12.

В лице от длительности тех
Или иных эмоций складки
Являют взору след утех,
Которые нам были сладки.
А ну как хоть ради потех
Есть перестать те шоколадки?
Лицо меняется ведь, эх!
Морищины... нет, не стали гладки -
Они иные просто, чем
У тех, кто с детства сладкоешки,
Сластей так много есть - зачем?
С плохими рифмами - раешки*,
А мыслящие портит лбы
Печать тоски, клеймо судьбы.**


*«Раёк» — в старину: ящик с передвижными картинками, на которые смотрели в толстое («брюшистое») стекло. Показ картинок — «раёшник» — сопровождался комментарием или комическими прибаутками; отсюда — «раешные стихи». Картинки эти были часто в лубочном стиле, первоначально, религиозного содержания — отсюда название «раёк», а затем на самые разнообразные темы, включая политические.

**Вот моё юношеское стихотворение. По-правде говоря, если бы у меня спросили, что такое "печать тоски, клеймо судьбы", я в те времена не нашёлся бы, что ответить. Лишь в зрелом возрасте - в 37 лет, я обратил внимание на оргиастические морщины, которые стали образовываться на моём лице. И тогда я понял, что сказал в юности. Я осознал своё пророческое достоинство и принял твёрдое решение отказаться от "шоколадок". Прошло 15 лет. Я теперь сравниваю своё лицо с лицами своих сверстников и убеждаюсь в своей правоте. Моё лицо, хоть я и придаю ему всегда ироничное выражение, светится добротой, а лица тех, кто продолжали лакомиться вареньем, украденным из буфета - злом.

СДВИГ

И всё изменится – почти
Забытых дум прикосновеньем
Всё то, что ты с благоговеньем
Считал незыблемым – почти.

Что неизбежно, то пройдёт.
Печаль пройдёт, пройдут невзгоды,
И ты пройдёшь, как все, сквозь годы,
А неизбежное не ждёт.

Оно не будет ждать и впредь.
Всё ощутимей плоти бремя.
Проходит жизнь. Уходит время.
Теперь смирись. Пора прозреть.

Пора отдать себе отчёт:
Как все, ты должен был родиться,
Чтобы однажды убедиться –
Время не пепел – утечёт.

Что всем нам чистое нельзя,
Незагрязнённое свободой,
Уже отмерено природой,
Когда закончится стезя.

Ты превратишься в то, чем был.
Так, ослеплён своим прозреньем,
Ты вспомнишь дольнее с презреньем,
Кто ненавидит, тот любил.

Жизнь – это медленная смерть.
Поток в жерле исчезновений
Вновь возвратившихся мгновений
Во временную круговерть.

И это жизнь, и если бы
Она была неповторима,
Нас не касалась бы незримо
Печать тоски, клеймо судьбы.