Двунадесятый праздник
«Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко…»
[700x465]
Cретение. Мозаика триумфальной арки базилики Санта Мария Маджоре в Риме. 432-440-е гг.
На сороковой день по Рождестве Богомладенца произошла еще одна встреча – церкви ветхозаветной и Церкви новозаветной.
Иконография Сретения сложилась на основе повествования св. евангелиста Луки (Лк.2, 22–39). На иконах, фресках и миниатюрах ключевым действием является передача Богородицей Младенца на руки Симеону, при этом за спиной Богоматери изображается Иосиф Обручник, несущий в руках или в клетке голубей, а за спиной праведного Симеона – пророчица Анна со свитком в руке.
Когда пришло предписанное законом время, Пресвятая Дева Мария и праведный Иосиф принесли Младенца Иисуса в Иерусалимский храм, "чтобы представить пред Господа" и совершить положенные обряды. И здесь мы встречаем еще двух свидетелей Боговоплощения. Уже были пастухи, были волхвы. Теперь – с тарец Симеон, "муж праведный и благочестивый", которому "было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня".
[478x34]
Существует предание, что он жил очень долго, почти три века. В свое время он был в числе семидесяти переводчиков Библии с еврейского на греческий язык. Когда он дошел до пророчества Исаии "се, Дева во чреве приимет и родит сына", то сначала он слово "альма", которое в еврейском языке означает и деву, и молодую женщину, - перевел словом "парфенос", что по-гречески - собственно "дева". Но вдруг он спохватился, мол, как же дева может родить? Он хотел зачеркнуть слово "парфенос", но был остановлен Ангелом, и ему было возвещено, что он своими глазами увидит и эту Деву, и этого Младенца. Потекли годы, десятилетия. Ушли сверстники, проходили новые, чуждые поколения. Но обещание Ангела давало силу нести бремя жизни. И вдруг, Дух повелевает: иди, пора. И Симеон поспешно приходит в храм и видит, и берет на руки, и благословляет, и ничего не может сказать, кроме своего знаменитого: "Ныне отпущаеши" - и от тяготы жизни, и от страха смерти.
другие статьи
[478x34]