[400x533]

Жили да были три слова: Я, Ты и Любовь. Жили они в вербальном королевстве. Все возможные и невозможные слова жили в этом королевстве, ходили друг к другу в гости, пили матэ, играли в шашки и «али-бабу» - но это по выходным. А по будням слова работали – кто где.
Например Я работало вышибалой в главном баре страны. Назывался бар «Недотыкомка». А Я, как вы понимаете, был главным вышибалой этого славного бара. Если кто-то набузит или учудит или напаясничает – Я тут как тут. Возьмет за шиворот, потрясет бузотера, да и выкинет из бара. Всего его боялись, да мало кто любил.
А Ты был нищим оборванцем. То есть, работа была у него такая – оборванец. Целыми днями он бродил по улицам королевства и просил, просил, просил. Его уж и пинали, и плевали на него, а он все просит и просит. Такой, право, дурень негордый. Ну что с него взять! Давали ему, конечно – кто – по лбу, кто – хлеб.

Любовь жила во дворце. И охраняли ее триста пажей и триста доблестных мужей и еще куча кавалергардов и мушкетеров и дам без возраста. Эти были свирепее всего. Никого к Любви не пускали. Ни-ко-го. А работа у Любви была одна – жить.
И все так бы шло и катилось, как по неписанному и непридуманному, если бы однажды Ты не заявился в бар.
- Выкинь его! – приказал хозяин бара Я. – Он – опаснейший бузотер.
Я подошел к Ты, взял его за шкирку, приподнял и потряс, приговаривая: «Я тебя, голубчика, насквозь вижу. Ты – опасный бузотер».
- Ты прав, - кивнул Ты.
- А ты мне тут не поддакивай, - сказал Я.
- Ты прав, - опять кивнул Ты.
- Издеваешься что ли? – заорал Я.
- Ты прав, - пробормотал Ты.

                                             

Я совсем рассвирепел. Волосы его встопорщились, нос набряк и стал похож на авокадо.
- Нос как авокадо! – зашептали в баре, захихикали выпивохи.
Глаза Я выкатились из орбит и налились какой-то ужасающей яростью. Он заклацал зубами.
- Крови жаждет, - испугались завсегдатаи и стали потихоньку-полегоньку выбираться из «Недотыкомки». Мало ли что – пришибет еще невзначай.

И остался один Я и один Ты. Один – как черт, второй - … ну, второй вообще ни жив ни мертв от страха.

И даже не хочу предполагать, как бы вся эта стычка закончилась, если бы двери бара вдруг не распахнулись настежь. И вошла Любовь. А уж за ней повалили, поперли (иначе и не скажешь) триста пажей и триста других мужей и еще целые кучи кавалергардов и мушкетеров и дам без возраста.

- Дорогу Любви! – орали все они.
- Кто такая? – заревел Я.
- Ты прав, - кивнул Ты.
Но Я ничего не успел ответить Ты, поскольку в бар зашла Любовь.
- Никогда не была в этом баре, - сказала Любовь.
На самом-то деле, она вообще нигде еще не была. Просто сегодня ей впервые удалось улизнуть от пажей, мужей и всех прочих. Те, конечно, ее догнали, но уже у входа в бар. И вот теперь все пажи, мужи и прочие, свирепея от усердия, готовы были наброситься на Любовь и отправить ее во дворец, но…
- Я – Любовь, - улыбнулась Любовь.
- Я – не Любовь, - покачал головой Я, подойдя к Любви поближе, чтобы рассмотреть ее хорошенько.
- Почему? – спросила Любовь. – Почему ты – не любовь?
А, в самом деле, почему? Долго думал Я, но сказал только одно слово:
- Я
К счастью, ему помог Ты, он добавил:
- Тебя
Любовь улыбнулась и закончила фразу:
- Люблю…

- Я тебя люблю? – спросил счастливый Я.
- Ты меня любишь! - подтвердил Ты.

Совершенно счастливые, они вышли из бара и потелетели по улице, держа друг друга за руки.
А любовь пошла навстречу другим словам - ведь те уже давно ее заждались. И никакие пажи и кто-либо еще уже не в силах был ее задержать…

Добрая сказка от "Irishfox"