- Ты прекрасна, - пробормотал он, - как... как японский фонарик... зажженный.

- Не говори глупостей, - запротестовала Хмельмая.

- Я же не могу сказать, что ты прекрасна, как день, - сказал Ляпис, - дни бывают разные. Но японский фонарик красив всегда.

- Мне всё равно, уродлива я или прекрасна, - сказала Хмельмая. - Лишь бы я нравилась людям, которые меня интересуют.

- Ты нравишься всем, - сказал Ляпис. - Так что и они тоже в выигрыше.