Пять минут позора… и час ожидания этого позора в узком коридорчике в очереди из несовершеннолетних, их нерадивых родителей и «законных» представителей этих самых несовершеннолетних. Я о завершении опупеи по получению паспорта дочерью.
Заявились мы к дверям заседаний комиссии по делам несовершеннолетних на 20 минут раньше «записи», хотя вполне могли бы прийти и часом позже, ничего бы не пропустили. Тут же к нам подошел соцпедагог из школы, так же вызванный по повестке. Очевидно для того, что бы подключить общественность к воспитанию моего ребёнка.
В прошлый раз я остановила свой рассказ на том, как меня «послали» писать на себя протокол, за «невыполнение родительских обязанностей», а попросту за то, что не оформила дочери паспорт в 2-месячный срок (теперь российские законы вызывают у меня больший интерес).
Протокол мне выписала очень душевная девушка-старлей в инспекции по делам несовершеннолетних. Подробно и участливо инспектор интересовалась моей личной жизнью и в какой-то момент я поняла, что институт психоаналитиков в том виде, в каком он существует на западе, нам просто ни к чему, его функцию прекрасно исполняют наши всевозможные органы, в том числе и внутренние. Допросили на следующий день и ребёнка. Ребёнок поначалу сильно переживал и комплексовал, наотрез отказываясь «сдаваться» правоохранительным органам, даже истерил: «Не нужен мне никакой паспорт». Я, войдя в роль суровой матери, парировала ей, что жизнь – событие жестокое и надо, значит – надо.
О работе этой детской инспекции могу сказать – труба! В таких условиях они работают. Здание бывшего вытрезвителя, ремонта не было со времен царя гороха (и это в закрытом городе!), плитка на полу местами оторвалась, стены обшарпаны, мебель – старье, единственный комп со снятой крышкой, то ли ремонтируют не отходя от кассы, то ли охлаждение имитируют. В кабинетике 3 рабочих стола, старый стул впритык и продавленное кресло для посетителей, куда я сесть не решилась. Когда я постучалась, бедный инспектор паренек дожёвывал пирожок, купленный в близлежащей столовке. Ни комнаты отдыха, не элементарного закутка, где можно было бы перекусить (а рабочий день ненормированный). Говорят, их скоро под сокращение пустят, как подсократили уже судебных приставов и под корень вырезали службу «вытрезвителей». Про последнее вообще все молчат и медики и граждане. А может не в курсе, всего несколько месяцев нововведению. Будем теперь на одной скорой с алкашами ездить и в одних палатах лежать. Демократия, мать её!
Впрочем, я отвлеклась. Просидев час у дверей комиссии по делам несовершеннолетних, мы наконец-то попали на круглый стол, за которым уже который час заседали 9 человек (прям, как у Михалкова, с нами ровно 12). Многие лица были знакомы - коллеги по образовательной системе. Во главе стола – зав ГорОНО, по правую руку гламурного вида официальный психолог с полузастывшими глазами, по левую руку полицейский чин, самый живенький из всех. Второй представитель мужского пола видимо долго «въезжал» в суть вопроса и когда всё уже было кончено, задал мне вопрос, смысла которого я не уловила. Мне зачитали протокол со словами о моем «ненадлежащем исполнении обязанностей по содержанию дочери» задали вопрос, на который я уже отвечала несколько раз, я ответила ещё. Меня «предупредили» выдав на руки уже отпечатанные 3 экземпляра постановления, в которых я должна была по три раза расписаться с расшифровкой подписи (видимо, чтобы происходящее прочно закрепилось в моей памяти).
На душе было мерзко и противно. Противно от того, что мой ребёнок присутствовал при этом театре абсурда, испытывая сильное эмоциональное потрясение. Противно от того, что здесь же находился «законный представитель» ребёнка – соцпедагог из школы, убивший целый час своего времени, которое он возможно успешно потратил бы на выполнение своих родительских обязанностей. Короче. Ещё раз браво руссо советико!