[600x]Поляки пишут об Украине, а точнее о Киеве. А еще точнее, об одном из его районов. Статья довольно занимательна, в том плане, что исполнена плохо скрытого презрения. И от нее очень сильно пахнет 90-ми. Итак, перевод с польского статьи «Osiedle, w którym nawet złodzieje boją się wychodzić w nocy» из «Newsweek Polska».
Микрорайон, в котором даже воры боятся выходить ночью
Троещина. Киевский район, один из самых опасных в мире.
Британский „Daily Mail" разместил Троещину среди 12 самых опасных районов мира, рядом с фавелами Рио-де-Жанейро и мексиканскими кварталами нищеты. В лабиринте кривых проходов между домами нет милиции, управляют так называемые гопники – местные хулиганы, любимым занятием которых является, так называемый, гоп-стоп. Когда они видят какого-нибудь «пацана», останавливают его и взимают «пошлину». Чаще всего в размере всего, что имеет при себе несчастный.
Гоп-стоп
Для большинства жителей правобережного Киева, Троещина - это неизвестная земля. – Я живу в Киеве с детства, но никогда там не был, – признается знакомый журналист. В огромном районе проживает почти полмиллиона человек. Расположенный за Днепром, на западном его берегу, он практически остается невидимым.
Путешествие туда - это как поездка в другой город. Метро не доходит, в часы пик Московский мост полностью в пробках. В Троещине живут, спят и проводят там время, но работают в Киеве. Поэтому темп жизни района устнавливает утренний отъезд и приезд маршруток во второй половине дня – небольших бусов до центра.
Вор и прокурор
Юра - вор умелый. О компетенции свидетельствуют татуировки нескольких пребываний на «зоне», т.е. в колониях. Начинал подростком, выезжал на гастроли в другие города, но всегда возвращался на Троещину. – Это мой климат, люди, которые всегда помогут, – говорит он.
Специализируется на взломах, но в последнее время в воровской профессии становится все больше конкуренции. – Два раза я подходил к квартире, а там уже сломанные замки. Что происходит в этом мире, все воруют! – жалуется он.
У Юры есть свои правила – в отличие от растущего числа воров-любителей. Во-первых, он грабит богатых. Во-вторых, пытается выслеживать тех, о которых известно, что деньги пришли им легко и не совсем законно. – Чиновника я чую за километр, они держат дома наличные деньги из взяток, ведь в банк не понесут. Их квартиры - это настоящие сокровищницы! Это в первую очередь воры! Я по сравнению с ними порядочный гражданин, – смеется он.
Пять баксов с рыла
В центре стоит одинокая, закрытая котельная, а вокруг неё простирается один из самых крупных рынков Киева. Тысячи жестяных «челюстей», палаток, ангаров с поддельными джинсами, меховыми шубами, электроникой, сумочками и миллионами других товаров из Турции и Дальнего Востока. Но в базарных переулках пусто. Торговцы дремлют в жару на туристических креслах. – Люди сейчас меньше покупают, доллар дорогой, то и на базаре дорого, – объясняет пятидесятилетняя Оксана, торгующая пальто. – Я верю, что будет лучше, самое страшное позади, – добавляет она.
– Лучше? – вмешивается Игорь, молодой владелец "челюсти" с джинсами. – При Порошенке не будет лучше, это олигарх, он где-то видел, таких как мы!
Начинается ссора. Игорю это неприятно. – Должно быть, как на Западе! У вас в Польше такие базары, такое дерьмо, как здесь? Нет! У вас прекрасные торговые центры! – констатирует он. – Есть в Варшаве базар на стадионе, я сама видела, – отвечает Оксана, - но я вывожу её из заблуждения: – Его уже нет.
Оксана с досадой кивает головой. Тем, кто работает на базаре, и так повезло. Иногда что-то, однако, продадут и упадет пару копеек. Между тем, большинство молодых людей с Троещины не имеет работы, даже абы какой, на другой стороне Днепра. За 2-3 тысячи гривен (400-600 рублей) едва сводят концы с концами.
Дикари с Востока
По решению центральных советских властей пригородная киевская деревня, с деревянными хатами и грязными улочками, превращалась в большой поселок. Ставили рядом друг с другом крупнопанельные дома – аналогичные тысячам тех, что образовались от Дрездена до Владивостока. Планы были замечательные, в район должно было ходить метро и скоростная дорога из центра Киева. Но рухнул Советский Союз, а у новой украинская власти голова была забита другим.
Район пришёл в упадок. Сегодня он вновь ищет своё лицо. – Хватит нам презрения со стороны этих, с правобережного Киева. Отсюда эти украинские флаги, они выполняют роль тотемов, показывают, что наши трущобы - это тоже Украина", – говорит студентка Лена Шиц.
Флаги являются также сигналом для приезжих из Донбасса, спасающихся от войны. Какая бы жизнь ни была на Троещине, но, по крайней мере, никто в них не стреляет. Старожилы Троещины косо смотрят на приезжих с Востока. – Когда появились эти дикари, увеличилось число краж. Но хуже всего то, что приезжают к нам, но все время в голове держат Россию и презирают Украину, – жалуется Лена Шиц.
есть и другое лицо Троещины. На окраинах района вырастают новые высотки. Даже выше 28 этажей – может быть, не слишком красивые, но, в отличие от старых, советских, по крайней мере, чистые и ухоженные. Их жители, киевский средний класс, рассчитывают, на то, что Троещина когда-нибудь станет цивилизованной, а «алконавты» и гопники уйдут. Но пока только машины (прим. - киевского среднего класса) быстро проезжают по пользующемуся дурной славой району.
Старожилы, однако, более скептичны. Троещина всегда будет такой, как и вся Украина: дедовская, немного опасная и грязная, но, в конце концов, наша. И эти новые здания скоро будут такие же, как и старые, – пророчествует пенсионер Булатов.