Можно смотреть красивые сказки, можно не верить в грядущий год, можно на лекциях строить глазки, можно и всё наоборот. Можно сидеть и не верить счастью, пальцем по дереву нервно стуча, если мы видимся слишком часто - ты ведь опять опоздал сейчас; сколько же можно, ты слышишь, сколько? Вечный, лохматый, в синем шарфе, мы с ним грызём лимонные дольки с сахаром, и, говоря вообще, он ведь обычный безумный смертный с глазами цвета как осень в море, юный, смешной, беспокойный, светлый, он не знает долгого горя, он мне советует: "ты скажи ей - "я без тебя не могу, мол, жить!"", он говорит: "у меня прокатило однажды такое, и, может быть..." Может быть, но я помню, что это - танцы взаимного уничтоженья, когда никому не хватает света, каждая боль - только отраженье боли другой, возведённой в степень, но не дошедшей до самого края; на самой границе ухода в темень мы друг друга у-ни-что-жаем; мы слишком связаны, каждое слово колоколом звучит в голове, каждая мысль не является новой, словно заученный в детстве припев; мне без тебя ни лучше, ни хуже, мне - точно так же, но без маразма; я, как и раньше, иду сквозь лужи, снег или чеховские рассказы; я без тебя _могу_, но, знаешь, я без тебя совсем не хочу; если по-прежнему уничтожаю - значит, забудь, я ещё помолчу сколько угодно и сколько надо, чтобы дожить до какой-нибудь цели, я ведь смогу это выдержать, правда, я ведь сумею... сумею... сумею...

© Copyright: Ксюша Ершова, 2010