Следующий день пути начался с рассветом. Вообще-то я считаю себя страшной засоней, но одно дело - нормальная кровать, а совсем другое - кресло... Продрав глаза, я обнаружила бодрствующим только нашего героического шофёра. Все остальные мирно похрапывали в различных экзотических асанах, три неподвижных тела обнаружились на полу в проходе между креслами. За бескрайним подсолнуховым полем медленно вставало солнце и золотило жёлтые гривы на спелых цветках.
Делать было нечего, хотелось лечь и спать, или хотя бы просто лечь, или хотя бы просто спать. Тянулась по ровным краснодарским полям ненормально пустая дорога. Глюком проплыл за окном одинокий рекламный щит: "ювенальная юстиция - волк в овечьей шкуре".
Ближе к десяти часам народ зашевелился и захрустел чипсами. Сусанин анонсировал, что через час мы будем на месте. Впрочем, через два часа он повторил своё утверждение. И через пять часов. Как выяснилось в последствии, это был его любимый психологический метод усмирения негодующей толпы.
А солнце поднималось всё выше, а кондиционер не работал... Моя тетрадка для рисунков разошлась по листочку на импровизированные веера. Хотя помогало слабо.
В общем, когда к шести часам дня нас выгрузили из этого аэрогриля на колёсиках на какую-то необитаемую поляну, я была готова целовать землю. Та часть коллектива, которая состояла из бывалых, сразу же ломанулась в ближайшую речку, прямо так, не снимая ни обуви, ни одежды.
Сначала я подумала, что они банально перегрелись или это какой-то местный ритуал. Но бывалые бодренько форсировали реку и скрылись за деревьями на противоположном берегу. WTH?
Оказалось, некие умные люди разбили искомый палаточный лагерь на островке, так что попасть туда, не замочив некоторых деталей одежды, просто невозможно. Со временем мы нашли в обмелевшей от жары речушке брод, гдо вода доставала только до середины бедра, а пока пришлось вымокнуть.
Палаток не хватило. То есть, не хватило в понимании человека, привыкшего жить в отдельной комнате. Семи Кадрам выделили только две палатки (а вам не пофигу, как спать?), некоторых расселили по трое. Надо мной Сусанин сжалился - выделил только одну соседку... 
Устроившись и перестав бузить, народ потянулся к речке. Во многом она была такая же, как уральские ручьи: чтобы окунуться в неё целиком, пришлось бы лечь. Однако чуть выше по течению обнаружился небольшой омут, с большой долей вероятности вытоптанный самими туристами, здешними мещанами, их коровами и козами (да-да). Переплыв эту лужу в пять гребков, моя персона потеряла к ней всякий интерес.
В сгущавшихся сумерках совершила небольшой набег на росшие вокруг лагеря кусты ежевики и вползла в палатку на предмет почитать перед сном. Фигушки были мне.
Ту би континьюд. Терпите :-/