В российской жизни, вроде бы стремительно эмигрирующей в далекое прошлое — в советские и даже глубоко досоветские времена, — все более отчетливо начинают проскальзывать черты прошлого совсем недавнего.
Возвращается бытовая экономическая модель поведения, характерная для 90-х.
Переключение сознания с культа потребления на культ выживания произошло практически моментально.
Память о 90-х в сознании большинства жива и свежа, поэтому с ними удобно сравнивать настоящее. В реальности с «лихими» 90-ми общего сейчас довольно мало. Ключевая разница, пожалуй, заключена в слове «лихие».
В 90-е, при всем их хаосе и бедности жизни, россияне ждали светлого будущего. Сегодня это светлое будущее свелось к вере в великое прошлое. Тогда было мало государства и много свободы, был хаос, но была и надежда. Сейчас – явный переизбыток государства в экономике и даже частной жизни людей при минимуме свободы и непонятном будущем. Тогда были дружба с Америкой, курс на сближение с Западом и предельную открытость России миру, надежды на европейские ценности. Сейчас – антиамериканизм, санкции, православные скрепы, дружба с Китаем, новая система запретов и ограничений, изоляция.
Но полностью победить будущее невозможно. Вопрос, когда и каким оно к нам вернется.
И к нему нужно быть готовым всем, кто считает Россию своей личной судьбой и единственным желанным для себя местом жизни. Эта готовность к будущему, возможно, и есть самая правильная форма патриотизма в нынешние времена.
Никакое выпадение из истории не может быть вечным. Но сподвигнет ли это желание вернуть будущее начать делать что-то созидательное в настоящем? Или просто будем сидеть, пережидая тяжелые времена, а до лучших времен – запасаться впрок гречкой и айфонами?
===