Упаковывала вещи и боялась, что позвонит свекор и уточнит: «Ждем только Нину»…

Он позвонил.

 Умерла свекровь. Попросил:

     - Приезжай.

 Лариса собрала  необходимые вещи на первое время,  «упаковала» девчат своих, скоренько прибыла в родной город мужа и остановилась в родной его квартире.

  Муж  со своей любимой остановился в гостинице. Так приказал свекор.

День похорон был тяжелым. Свекор не отпускал её от себя ни на минуту и все рассказывал и рассказывал, как  жили, какие испытания выпали на их долю, как прекрасна была жена в молодости.

Сына, казалось, он не замечал… 

А вечером Лариса принесла чаю, как раньше приносила, когда жила с ними, и увидела на его глазах слезы. Хотела побыстрей выйти из комнаты, плачущего свекра было странно  и тяжело видеть, но он остановил её:

     - Спасибо тебе, дочка, за сына, от меня и от жены.  Спасибо, что не испортила ему жизнь и карьеру, не стала жаловаться начальству.  Он подло поступил, но он наш сын. И еще…   Прости меня за своего сына и моего внука…  Прости. Сам себе я этого так и не смог простить…

Лариса  не могла вымолвить ни словечка, но сказать  что-то надо было – лежачего не бьют. Она протянула руку и погладила его по плечу.  Генерала сейчас с ней не было, рядом плакал пожилой человек, перенесший инсульт, , потерявший очень близкого ему человека – жену.

Она  взяла его за руку и продолжала  молчать, пока не услышала его ровное  дыхание.

Смерть  сыночка  была  болью в  её сердце, которая на время утихала, а потом вдруг появлялась, мешая дышать  и жить…

Вот и сейчас,  дышать трудно,  глаза слезятся, ком в горле.  Лариса  понимала, что в смерти маленького человечка, её сыночка - никто не виноват: ни муж, ни она, ни уж тем более свекор…

Узнав тогда о тяжелом ранении мужа, она не могла усидеть дома, ей хотелось быть рядом с мужем, поддержать его,  помочь ему, но  как  эта поездка отразиться на ребенке: она была в положении.

     - Собирайся, Лариса, поедешь к мужу, он плох совсем, боюсь, не выкарабкается, решительно сказал свекор  за ужином,  свекровь  молча кивала, глаза у нее были мокрые. Лариса молчала, не зная, как начать разговор о своей беременности, а они молчание приняли за нежелание ехать.

     - Как хочешь, но ехать тебе придется, так  я решил. А за  дочь не беспокойся, она с нами побудет, мы до твоего возвращения глаз с нее не  спустим.

    -Да, я поеду, я… - Лариса не знала, какими слова начать этот деликатный разговор.

   -Все, решено, иди собирайся, отвезу тебя в аэропорт. Билеты я уже купил.

Раз купил заранее билеты, то и никакие разговоры уже ничего бы не изменили, значит, и нечего маяться: говорить не говорить…   Надо ехать.

Приезд её спас мужу жизнь. Медицинский начальник так и сказал:

     -Милочка,  да ты его с того света вытащила!

А она и чувствовала себя именно так, как будто долго-долго что-то тащила: бессонные ночи, насыщенный процедурами день, бульоны, котлетки для мужа. От усталости , переживаний и нерегулярного питания, она обессилила, слезы наворачивались на глаза, болела спина.

     -Ничего, ничего,  мы справимся, все у нас с тобой будет хорошо,- подбадривала Лариса мужа, когда  терпение и надежда его оставляли.

И вот она, их общая победа! Он и выжил, и сможет остаться в строю, он сможет летать, а это для него было  всё!!!    

Конец  восстановительного периода совпал с рождением ребенка. Прожил мальчик трое суток. 

Муж сильно переживал, он очень хотел мальчика,  замкнулся,  ушел в работу. Похоронила сыночка она одна и поехала за дочерью.  Присутствие  их обеих было необходимо  здесь, на  краю страны, где  несет  нелегкую и опасную  службу военный летчик, рядом с ним.

Пока вспоминала, боль утихла, как будто своими словами свекор разделил тяжелую душевную боль пополам.

  Ей все время казалось, что не только муж обижается, что  не смогла родить ему сына, но и родители мужа винят её : не смогла, не побереглась.  А оно вот как обернулось…   Лариса встала и на цыпочках пошла к выходу.

     -Лара, дочка, подожди! – Она обернулась. - Я сделаю всё, чтобы прописать вас в этой квартире.

И вот еще что: если я когда-нибудь  сорвусь и закричу или буду бурчать, потерпи, не обижайся. У меня кроме тебя и внучек нет ближе никого, помни об этом.

     -Ладно, кричите, я не буду обижаться,- улыбнулась она и вышла из комнаты.

…Такой тяжелый день был, а усталости она не чувствовала. ( продолж. следует)