«Франкенштейн».
Две версии спектакля подряд с получасовой передышкой между постановками - два выстрела в сердце. Breathtaking в прямом и переносном смысле этого слова. Ошеломляюще, душераздирающе, великолепно, запредельно.
Создание в исполнении Камбербэтча: дикое, неукротимое, отчаянное – настоящий ураган в человеческом обличье. В исполнении Ли Миллера – и не Создание даже, а почти_человек: ущербный, восторженный, ранимый, израненный и глубоко несчастный. Одного на страшные деяния толкает условно праведная ярость, другого – до умопомрачения обидная безысходность. Первый наступает, угрожает, пугает, второй вызывает лишь горькую жалость к своей персоне.
И ни один из них, на свою беду и чужое горе, не понимает, что Виктор Франкенштейн, сколь бы хорошим или, наоборот, плохим человеком он ни был, не бросал их умирать. Он дал им жизнь. Просто они, так же, как и великое множество других живых существ, не смогли правильно ею распорядиться, хотя в какой-то момент и получили такую возможность. What a pity for them.
Такие разные образы и такие разные спектакли. Тот, в котором Создание играл Камбербэтч, был, по моим ощущениям, в десятки раз тяжелее своего отражения. Или, может, всё дело в том, что его я увидела первым.
Отдельных восторгов заслуживает потрясающая сценография спектаклей, прекрасная игра второстепенных персонажей и операторская работа, стирающая границы между театральным партером и залом кинотеатра.
Футбол.
Кто там говорил, что российская сборная не может не выйти в четвертьфинал просто по определению? Кто недооценивал способности нашей команды к сомнительным достижениям? Ребята, вы жестоко ошибались.
Мы проиграли. Очень глупо, крайне несвоевременно, но, что самое печальное, – совершенно заслуженно.
И мне даже не грустно по этому поводу. Мне стыдно за катастрофически непрофессиональную игру сборной моей страны и очень обидно за тех ребят, которые, в отличие от своих коллег по команде, действительно играли, выкладывались по максимуму и заслуживали победы.