• Авторизация


Бронзовый Суворов 27-01-2019 10:18 к комментариям - к полной версии - понравилось!


Согласитесь, что памятники только с виду истуканы. Но могут и заговорить с прохожим о делах давно минувших дней. Языком тонкой детали, заложенной в них авторской мысли, попутно сообщив вам сокровенное о своих творцах, о людях благославивших памятник на долгую жизнь. Холодные и беспристрастные, они могут одним взмахом руки накалить общественный градус почти до кипения. Умные задумаются, а большинство начнет опрометчиво метать в оппонентов обвинения и упреки. Что, собственно, уже и происходит в Одессе из-за слов Вятровича о предполагаемом сносе памятника Суворову на въезде в жилмассив…Козачий!
Впервые бронзовый Суворов предстал перед одесситами в виде высокой статуи. Полководец, закрыв рану над сердцем, правой дает сигнал к решительной атаке на турок. Оцените тонкий вкус создателя этого монументального шедевра Б.Эдуардса. Могу утверждать, что скульптор любил наш город, и не посмел бесцеремонно ворваться в его гармонию каким-нибудь монументальным кавалерийским галопом. 
В Тульчине под Винницей решился на это, создав конного Суворова, растиражированного по многим местам боевой славы полководца, а в Одессе не рискнул. Да и генерал от кавалерии граф А.И.Мусин-Пушкин, по сути заказчик монументальной фигуры, проявил себя как человек тонкой организации и одобрил спешившегося со скакуна-дончака Суворова. 
Александр Васильевич ходил через Альпы, сражался на полях Европы. В его его ратных свершениях позволяют убедиться бесчисленные титулы и награды – князь Италийский, граф Рымникский, граф Священной Римской империи, генералиссимус Российских сухопутных и морских сил, генерал-фельдмаршал австрийских и сардинских войск и принц королевской крови (с титулом «кузен короля»), кавалер всех российских (вручавшихся мужчинам) и многих военных иностранных орденов того времени.

Но мало кто знает, что главный свой подвиг полководец совершил на косых улочках Очакова. И подвиг этот по сути не военный, это подвиг личности, восставшей против чванства, зазнайства и тупости.
Под Очаковым Суворов входил в тройку военачальников, но имел непонятный и не определенный до конца статус, был, что называется,на подхвате. Ментор не ментор, советник не советник. Царица точных приказов ему не отдавала, но назначением намекнула, присматривай там за моим...
“Над схваткой”, всячески подчеркивая своим поведением собственную значимость, встал и Петр Румянцев.
Лидером в этом триумвирате был тот, кто владел сердцем Екатерины Великой и по ее повелению стал главнокомандующим. Князь Таврический, начинавший в российской армии с вахмистра, начальника армейской швейной мастерской,имел славу бездарного военачальника, и с этой оценкой нередко соглашался, но амбиции имел раздутые, а кроме того постоянно стремился к эпикурейскому разнообразию в еде, любви, званиях, которых у князя было под сорок, ценностях, наградах. 
В своих мечтах фаворит Екатерины видел себя в лучах ратной славы, не желая ни с кем делиться аплодисментами и фанфарами. Ради почестей и наград светлейший готов был жертвовать целыми армиями, хотя время от времени беспокоился о том, чтобы солдат кормили “травяными “ штями” и поили не водой, а квасом. 
Румянцев-Задунайский, понятное дело, не считал Потемкина-Таврического профессиональным военным, а тот в ответ сделал все, чтобы подчиненный ему фельдмаршал не имел возможности действовать самостоятельно: ему не давали ни живой силы, ни провианта, ни боевых припасов, ни возможности сражаться.
Вскоре Румянцеву надоело такое воображаемое командование и он настоятельно запросился в отставку. Просьбу поспешно выполнили в угоду тому же Потемкину. 
Путаница в верховном командовании привела к тому, что по оценкам иностранных наблюдателей, очаковская кампания с каждым днем все больше напоминала битву “кривых со слепыми”. 
Командиры понимали, что просчеты, даже грубые, к наказанию не приводят и начали соревнование за лавры победителей, не гнушаясь интригами и даже сплетнями, не считаясь с потерями. 
Приказы нередко противоречили друг другу. Румянцев, понимая значимость своей персоны, попервах действовал жестко, единолично, с напором. 
Импульсивный Суворов, тем не менее, без совещания с подчиненными не начинал ни одного наступления , требуя подписи под каждым решением об атаке вражеских позиций от всех подчиненных, в том числе и от казацкой старшины, от Чепиги с Головатым лично. 
Все козацкие операции разрабатывались их старшиной самостоятельно. В копилке военного опыта козаков-черноморцев хранилось немало военных хитростей, навыков, приемов владения оружием, что и доказывало их боеготовность, поэтому украинцы с полным правом выполняли в той кампании роль авангарда.
Стратегию разрабатывал Суворов под надзором Потемкина. Но тактика была на совести самих казаков, которые прекрасно знали места сражений, османскую манеру ведения боя. 
Известный российский полководец умело водил в бой сухопутное войско и никогда не вмешивался в морские дела. Известен случай, когда Александр Васильевич жестко высказал вице-адмиралу де-Рибасу, возглавлявшему казацкую флотилию, узнав, что больные казаки не получают своевременной помощи врачей. 
Современники вспоминают, что черноморцы и полководец относились друг к другу с уважением, пониманием и даже симпатией, как настоящие союзники. Тем более, что Суворов был человеком упрямым, мог сам броситься на вражеские укрепления, о чем свидетельствовали его ранения под Кинбурном и Очаковым, умел удачно шутить, а в минуты подъема растроганно расцеловывал подчиненных. Чем не козак?
Под Очаковом светлейшему князю Потемкину совсем некстати приспичило поупражняться в искусстве ведения войны. 
План главнокомандующего предусматривал, что для наступления необходимо провести тщательную подготовку по всем правилам военной науки: осада, пушечные обстрелы, батареи медленно передвигаются на новые подготовленные позиции, гренадеры постепенно соединяют их траншеями. Долгой и постоянной бомбардировки враг не выдержит и выбросит белый флаг.
В реальности все выглядело совсем иначе. Кавалерийские набеги османов мешали российской полковой артиллерии последовательно продвигаться под очаковские стены. 
План Потемкина постепенно и неотвратимо терпел крах. 
В конце концов, задиристого Суворова все же прорвало. Вот он славный момент его жизни! Не побоялся Александр Васильевич ни гнева матушки-императрицы, ни выговоров Потемкина. С двумя батальонами смельчаков впопыхах, чувствуя близость победы, полководец бросился на очаковскую твердыню и дошел до ее центральных казематов, как бы доказывая светлейшему князю весь маразм его действий, и всю никчемность его тактических потуг . 
Потемкин, бледный от зависти, трижды призвал будущего генералиссимуса прекратить наступление. Потеряв полторы сотни гренадеров и козаков, два десятка ранеными, Суворов, и сам истекавший кровью, отступил, подчинившись непутевой команде.
Свое решение князь Таврический объяснял тем, что нельзя разбрасываться жизнью солдат, ведь они недешевые. Относительно стоимости гренадеров князь Таврический явно лукавил. Нижние чины екатерининского войска получали семь рублей в год и во время боевых действий обычно не доживали до дня выплат, в то время, как один обед Екатерины Великой стоил все девяносто. 
Войско топталось под Очаковом почти целый год, проводя маневры и бесконечные рекогносцировки. От болезней в итоге погибло больше солдат, чем потом при взятии крепости. Проблем с латанием дыр в рядах войска не возникало — крестьян из украинских и белорусских сел обращали в рекруты в неограниченном количестве. Не обученных и плохо вооруженных новобранцев направляли в иррегулярные войска, которые на простом языке назывались “пушечным мясом”. 
Присутствие украинцев в подавляющем количестве в рядах русского войска объяснялась еще и тем, что Россия вела ту войну с османами на два фронта, одним из которых был Кавказ. И эта стратегия повторялась при каждой русско-турецкой войне. На передовые рубежи гнали всех без исключения. Под начальством Потемкина находились два полка арнаутов. За службу их отблагодарили возможностью впоследствии поселиться в нарождающейся Одессе. 
В армии Суворова числилось и три батальона калмыков 
Суворов, поглядывая в сторону палатки Потемкина, притворяясь, что играет на балалайке,напевал:“ Я на камушке сижу, на Очаков я гляжу”. 
Между тем враг не дремал, укрепляя очаковские бастионы. Местный гарнизон постоянно пополнялся живой силой. Очаковская крепость изо дня в день становилась все более крепким “орешком”. 
Османскую твердыню, построенную вассальными молдаванами , штурмовать пришлось уже зимой в двадцатиградусный мороз, под плотным снегом. Выбора просто не существовало: или замерзнуть под пронзительными морскими ветрами, или лечь под очаковскими стенами.
Очаков глубоко засел у князя Таврического в печенках. 
Козацкие «чайки» во главе с Антоном Головатым понеслись по холодной черноморской волне и, уничтожив артиллерийскую батарею турок, козаки ворвались в Очаков с моря,продолжая вереницу своих подвигов. Самые значимые были еще впереди... Хаджибей и Измаил!
Так что не стоит горячиться, давайте на минутку представим, что одинокого бронзового генералиссимуса дополнят две фигуры у постамента его памятника –Чипига и Головатый. Тут же появится особый смысл, особый романтизм и…историческая правда!

вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Бронзовый Суворов | Кель_РА - Одиночество — это когда в доме есть телефон, а звонит будильник | Лента друзей Кель_РА / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»