После распада СССР Российская Федерация арендует территорию полигона «Сары-Шаган» и объекты, которые там находятся почти за 20 миллионов долларов в год. Приозерск и полигон до сих пор имеют особый статус: здесь размещены подразделения армий двух стран, работают казахстанские и российские правоохранительные органы, действуют параллельно военный суд РФ и суд Приозерска. Но так хорошо выглядят только здания, где еще остались наши.

За все время через Приозерск по различным данным прошло около миллиона человек.

Я постоянно встречаю приозерцев: гаишников, сослуживцев на работе и и т.д.

Он для нас всегда был закрытым городом, в который нельзя вернуться и который как будто бы не существует.

И вот теперь, когда стало возможным туда съездить - город приоткрыли и первые отчаянные люди сделали это, мы узнали во что превратился наш Прио. "Сталинград после бомбежки" - лучшее определение. Я отправился туда со "второй волной".

Гостиница "Россия". Здесь был первый в городе лифт. Еще три были в башнях-девятиэтажках. Теперь ни одного.

Водопроводные трубы на поверхности - отличительная особенность города. Он построен на камнях, рыть землю здесь практически невозможно.

Стадион.

Центральная площадь.

Я был готов к тому, что увижу. Оказалось, сильно заблуждался. И все это сделал не атомный взрыв.

Все мертвые дома страшно похожи друг на друга. Такое впечатление, что фотографируешь одно и то же здание.

Тандыр во дворе - обычная картина современного Приозерска

В девяностых, когда российские войска уходили из города, оставляя даже мебель в квартирах, в город хлынули "оралманы" - репатрианты с этническими казахскими корнями, большая часть которых приходилась на братский Узбекистан. Они грабили все. Выкапывали кабели, разбирали дома по кирпичам, резали трубы и топили квартиры деревьями, с таким трудом выращенными на камнях в климате, в котором зимой от минус сорока до плюс сорока летом. У города стояли железнодорожные составы мародеров, а дети военных занимались в классах по двадцать минут одетые в шубы и делали уроки дома при свечах. Было ли дано "добро" казахстанского правительства или это просто отсутствие власти - не знаю... Что мешало просто приехать и жить в городе, на всем готовеньком? На фото казашки разбирают разрушенный дом: молотком отбивается цемент, такой бэушный кирпич будет стоить от одного до четырех тенге. 20 - 80 копеек по-нашему.

А потом из него построят дом типа этого. Горы такого, уже принадлежащего кому-то кирпича, лежат по всему городу.

Все орошение в Прио было искусственным. С детства помню канавки между деревьями с текущей по ним водой. Единственную трубу нашел в детском садике, видимо, он еще "наш". Да что там говорить - асфальта в городе тоже нет!

"Поездан сактан" - два единственных слова на казахском, которые каждый приозерец знает с детства. Это пароль, система опознавания "свой-чужой". Сфотографироваться у этой надписи - долг каждого приозерца.

Памятник на въезде в город. Когда-то между крыльями этой чайки было написано "Приозерск".

Человек с зеркалкой здесь воспринимается окружающими как минимум целой съемочной группой центрального канала телевидения, его уважают и не трогают.

Подходят, просят снять их ужасные условия в надежде улучшений. А когда узнают, что я не акиматский и снимаю для себя, начинают рассказывать.

Про то, как в одно мгновение стали казахами - у тех, кто не успел уехать, на работе забирали паспорта и возвращали казахстанские.

Про полученную квартиру, где на полу валялись отрезанные пальцы, про курс тенге к рублю, прыгающий в момент выдачи зарплаты так, что проще доехать до города Балхаш, обменять и закупиться там. И очень многие просили не публиковать те интервью, что я записывал на видео: "Ведь нам тут жить". Пустые дома, пустые улицы...

Воскресный рынок у ГДО - гарнизонного дома офицеров, смотрится дико - раньше здесь проходили только парады и демонстрации.

ГДО - рублевая зона.

В город приехал Гитлер.

А вот это - апофигей происходящего в Прио. Раньше врагу нельзя было под пытками назвать номер части, где служишь. А тут...