"В начале 1960-х, еще подростком, я разговорился с попутчицей в поезде -- как выяснилось, рожденной в Турции армянкой. Она была необыкновенно хороша собой, хотя уже вошла в тот возраст, когда говорят только правду. Вот что она рассказала: "Мне было 13, когда в наш дом ворвались турки. Солдаты или просто бандиты, не знаю. Они убили папу, маму, зарезали всех взрослых. Но тут в дом вбежал красивый черноусый парень-турок. Он заслонил меня и младших собой, направил на товарищей ятаган и сказал, что им придется покончить с ним, прежде чем они примутся за "этих котят".
Потом он отвез меня и дюжину моих родных и двоюродных братьев и сестер в свой дом. Я боялась, что он будет приставать, но год спустя он сделал мне предложение. Я подумала: "Он нас спас и приютил, он мужественный и добрый". И согласилась. Через несколько лет он заболел и умер. Я оплакала его и вскоре вместе с нашей дочкой уехала в Восточную Армению, к тому времени ставшую советской. Замуж больше не выходила. А братья и сестры разъехались по всему свету".
Из-за этой крошечной заметки, появившейся во "Времени новостей" 22 апреля 2005 года и затем перепечатанной почти всеми армянскими сайтами, московские посольские турки разорвали со мной дипотношения почти на два года. Снова я им понадобился, когда потребовалось внести ясность во взаимоотношения с моими братьями-курдами