Татьяне Арнтгольц вчера исполнилось 26 лет – пусть и несколько запоздало, я присоединяюсь ко всеобщим поздравлениям и восторгам. Притом, что у Татьяны, конечно, уже много ролей, ее подлинный Звездный час, когда актрису узнала уже точно вся страна – именно сегодня. И хочется пожелать, чтобы и дальнейшая ее судьба в мире искусства сложилась более чем благополучно. И вот если ей в следующем году не дадут «Золотого орла» - я первый выйду на улицу с плакатами!..
И как раз вчера я впервые посмотрел серию полностью, от начала и до конца со всеми титрами (по иронии судьбы, героини Арнтгольц в этой серии не было – подозреваю, что это специально: дабы девушка спокойно смогла отметить праздник, не отвлекаясь на внутреннюю самооценку).
И первое, чему поразился: за каких же моральных уродов держит нас Первый канал! Вот очевидное тому свидетельство: очередность сцен во вчерашней серии.
1. Рита считает бабку ведьмой, отчаянно кричит, когда та пытается подойти к ней с сантиметром, чтобы выяснить размеры для покупки новой одежды.
2. Следующий кадр: бабушка с нарядно одетой внучкой возвращаются из магазина с покупками, обе счастливы и весьма довольны друг другом. Внучка если еще и не обожает бабушку, то ведет себя очень корректно и вежливо… Ну ладно, это еще можно принять на веру, хотя изначально выглядит все это очень странно… Ну, опять же, ладно, после «Человека с бульвара Капуцинов» все мы знаем великую силу монтажа: чик – и лишнее отрезано.
3. Встреча с мальчиком – отрада сердцу; внучка радостно благодарит и целует бабушку, когда та разрешает привести мальчика в дом; мир и согласие в семье.
4. Поздний вечер – героиня Алентовой принимает гостей. Рита встает с кровати, выходит в комнату и отчаянно грубит собравшимся, демонстрируя при этом свое к ним отношение частушкой про яйца. Бабушка на девку не наглядится: ах, какой несчастный, испорченный ребенок – и умилительно вспоминает выгнанную ею невестку, маму девочки.
5. Бабушка сидит за альбомом с фотографиями, Рита жмется у стенки. Бабушка обещает не ругать и не есть девочку сегодня, предлагая мириться. Следует просмотр фотографий. Узнав, что папа ее на самом деле жив, девочка жмется к бабушке, обвивая ее шею. Бабка в слезах предлагает идти за покупками красивой одежды…
Батюшки!.. Я просто глазам своим не верил!.. Вот так, на голубом глазу… Если кто невнимательно вчитался: вам не кажется, что последовательность сцен должна быть несколько иной: 1, 4, 5 – и только потом 2 и 3?..
Я все, конечно, понимаю, относительно того, что монтаж придуман не только для того, чтобы что-то вырезать, но и для того, чтобы что-то переставить. Понимаю, что так у авторов фильма красивше легло… Но логика-то в повествовании должна все же присутствовать!.. Ну должна же!
Впрочем, за вычетом этого сериал и вправду замечательный – несмотря на свое глупейшее название и неверное, как мне кажется, позиционирование. Его подают как положено на Первом: сопли для дамочек. А по сути – это такая «Танцующая во тьме» на советском материале: безвинная мать, загубленная душа; мы все видим и знаем, что она не в чем не виновата – но обстоятельства складываются так, что петля на шее героини стягивается все туже и туже, и сердце зрительское сжимается в первую очередь от чувства глобальной НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ. То есть, практически тот же самый прием, что использует и фон Триер, и многие другие популярные в среде киноманов так называемые мастера киноискусства. Самый действенный, между прочим, прием.
Кстати, вчера же я впервые обратил внимание (то есть, специально смотрел титры для этого) на имя режиссера сериала. Оказывается, это Сергей Гинзбург. Тот самый, что на пару с Александром Стриженовым дебютировал в режиссуре весьма отстойным фильмом «Упасть вверх» с Евгений Крюковой. Теперь вот (после просмотра самостоятельных работ обоих режиссеров) лично мне ясно, что весь отстой в том фильме был на совести Стриженова – а Гинзбург как раз молодец (еще он муж Яны Поплавской, что тоже замечательно его характеризует).
Да, и совершенно великолепная здесь, конечно, девочка – зовут ее Алина Булынко.