Итак, у первых двух великих пророков, книги которых со¬хранились до наших дней, мы видим уже намеченными ос¬новные черты общепророческого учения. Они универсальны, для них все народы равны перед Богом и несут перед ним нравственную ответственность. Если Яхве попустил возвы¬ситься Ассирии, то лишь потому, что она призвана быть «би¬чом Божиим». Амос говорит о Справедливости как о непре¬ложном законе нравственного миропорядка. Для него нет бо¬гов, кроме Яхве, и все мироздание в его руках. Осия - вестник милосердия. Оба пророка отрицают веру в магию и ритуалы. Они утверждают, что никакие жреческие ухищрения не могут заменить выполнения закона Правды. Они возрождают ста¬рый принцип неизобразимости Божества. В отличие от егип¬тян и греков, они представляют Яхве слишком возвышенным, чтобы он мог иметь земной облик. В этом корень их неприми¬римого иконоборчества.
Идеи Амоса и Осии были подхвачены и развиты в Иеруса¬лиме пророком Исаией (ок. 740 г. до н. э.). Исаия не происхо¬дил из простого народа, как его предшественники. Он при¬надлежал к аристократической семье, близкой к царскому до¬му Но он целиком проникся духом, который почерпнул из книг Амоса и Осии. Внимательно следя за политическими со¬бытиями в мире, он видел в них не бессмыслицу, а драму, пол¬ную значения и глубины. Яхве для него - абсолютный источ¬ник добра и святости, поэтому всякое уклонение от его воли ввергает человечество в неисчислимые бедствия.
Когда он почувствовал в себе призвание стать народным трибуном и глашатаем Яхве, все его существо как бы переро¬дилось. Он описывает, как огненный серафим коснулся уст его, и он получил дар пророчества. «Кого Мне послать?» - спрашивает Яхве. И пророк смело отвечает: «...Вот я, пошли меня!» (6, 8).
Свою проповедь Исаия начал, как и другие пророки, с об¬личения внешнего культа. Он не отрицает его, но лишь хочет, чтобы видимое богослужение сочеталось с внутренним. Бог грозно вопрошает беспечный народ:

К чему Мне множество жертв ваших?..
Я пресыщен всесожжениями овнов...
Не носите больше даров тщетных,
Каждение <ваше> отвратительно для Меня...
И когда вы простираете руки ваши, - Я не слышу:
Ваши руки полны крови,
Омойтесь, очиститесь:
Удалите злые деяния...
Научитесь делать добро (1, 11, 13, 15-17).

Когда в 727 г. на престол Иерусалимский вступил молодой царь Езекия, Исаия стал его другом и помощником. Особенно возрос авторитет пророка, когда пало Северное царство и все убедились в правоте суровых обличителей.
Политическое господство Ассирии между тем все больше укреплялось. Пал Вавилон, покоритель Финикии, и только Египет мечтал о возврате своего былого могущества. Он под¬стрекал палестинских и финикийских царей на восстание. против Ниневии. Но эти восстания неизменно кончались полным крахом. Военная машина Ассирии не знала в те годы преград. Все битвы и осады кончались ее торжеством, пытками пленных, угоном в чужие земли и победными пирами в столице ассирийских царей.
Исаия и его ученики постоянно стремились оградить Езекию от безнадежных авантюр. Но это им не всегда удавалось. Под давлением знати Езекия заключил союзы и договоры про¬тив Ассирии. Когда об этом стало известно в Ниневии, асси¬рийские полки, закованные в броню, со своей страшной осад¬ной техникой, неотвратимые как судьба, двинулись к Иеруса¬лиму. Только непредвиденное событие спасло город. Эпидемия, вспыхнувшая среди войска, заставила ассирийцев снять осаду
В этот критический момент все взоры были обращены на Исаию, который ободрял и утешал осажденных. Но пророк все больше и больше проникался мыслью, что народ не созрел для принятия его учения. Ему начинало казаться, что он послан не просветить сердца людей, а, наоборот, ожесточить их ослепить их глаза.
Пророк все чаще и чаще обращает свой взор в будущее. Он говорит, что даже после неминуемой гибели царства сохранятся чистые и преданные правде люди, которые понесут его слово. Слово о Яхве, творце неба и земли, царе святости и справедли¬вости будет проповедано всем народам. Тогда над землей воца¬рится не слабый царь, а истинный Мессия, Помазанник Бо¬жий. Наступит эра торжества радости и правды. Люди «переку¬ют мечи свои на орала» (2,4), и наступит всеобщий мир:

Тогда волк будет жить рядом с ягненком,
И барс будет лежать с козленком...
Лев и вол будут вместе,
И малое дитя будет водить их (1,6).

Эта светлая уверенность в конечном торжестве добра на земле - одна из наиболее ярких черт в проповеди Исаии. Она слышится и в писаниях пророков следующего поколения. Ав¬вакум вопрошает небо: почему злые торжествуют в этом мире? Почему страдает праведник? И Яхве отвечает ему: «Правед¬ный своею верою жив будет» (2, 4). Во мраке исторической ночи среди бурь и тревог только вера в неодолимость добра может служить маяком.
Пророк Софония в величественной поэме говорит о Суде над миром. Этот Суд идет как ураган, как буря, он сметет с ли¬ца земли оскорбляющих Правду. Слова его поэмы легли в ос¬нову гимна «Dies irae*», который мы слышим в Реквиеме.
--------------------------------------
* День гнева (лат.).

В 608 г. долгожданное возмездие приходит. Десница Яхве - над Ассирией. Она была лишь «палкой в руке его» и возгорди¬лась, теперь настал день Суда. Несутся орды скифских всад¬ников по берегам Евфрата, рушатся крепости, горят города. «Горе городу кровей» - восклицает пророк Наум:

Слышны хлопанье бича и стук ...колес,
Ржание коня и грохот ...колесницы,
Все, услышавшие весть <о гибели твоей>,
Будут рукоплескать <...>,
Ибо на кого не простиралась... злоба твоя? (3, 1-2,19).

Народы с таким же ликованием встретили весть о гибели Ниневии, как наши современники — весть о падении гитле¬ровского Берлина.