Пророки — евр. навиим.

Пророки. Так назывались святые мужи, которых Бог по временам воздвигал из среды Израиля, чтобы по Его откровению возвещать народу Его волю и предупреждения, предостерегать от греха и идолопоклонства, и свидетельствовать о могущественных делах Божиих в прошедшем.

Пророки не были, как это теперь понимается, предсказателями будущего, хотя и это часто входило в их миссию, но они были прежде всего провозвестниками воли Божьей.

Греческое слово «профетес» также, как и еврейское «нави» обозначает просто оратора или вестника (срав. «Нево»). Авраам является первым, который назван пророком.

В Быт. 20:7 Бог говорит Авимелеху «он (Авраам) пророк и помолится о тебе», хотя мы нигде не видим, чтобы Авраам предсказывал события.

Аарон также называется пророком Моисея (Исх. 7:1), так как он являлся лицом, которому было поручено пересказывать все то, что Моисей слышал от Бога. Итак, пророки Израиля были людьми особо призванными и являлись орудием, через которое Иегова говорил к народу. Часто, когда священники и цари заблуждались или когда угрожали бедствия и голод, выступали пророки. Эти строгие и ревностные выходцы из народа, грозными, осуждающими проповедями, или же гневными, ободряющими и утешающими речами, то указывали на дела Господа в прошлом и глубоко внедряли в сердца людей сознание необходимости сердечного послушания Богу, а не одного лишь выполнения обрядовой стороны закона; то возвещали грядущие наказания, которые будут совершаться руками иноплеменников, нападающих на непокорного Израиля; и говорили о возмездии, которое постигнет языческие народы за порабощение ими Израиля.

Предсказывали также о дивных временах царства Мессии и о том спасении, которое, в лице Царя этого Царства, будет явлено на горе Сионе, а оттуда распространится на народы всей земли

(4 Цар. 17:13;Иер. 25:4).

Взятые из различных слоев общества, некоторые от сохи или стада

(3Цар. 19:20; Ам. 7:15)

и охваченные пересозидающей, переплавляющей, усмиряющей и закаляющей силой Духа

(1 Цар. 10:6 и дал.; Ис. 6:5 и дал.; Иер. 1:6 и дал.; Иез. 3:8),

пророки выступали среди склонного к идолопоклонству изнеженного народа со святым дерзновением и самоотвержением

(4 Цар. 1:1-8; 5:15 и дал.; Мат. 3:4),

говоря во имя Господа, терпя злострадания (Иак. 5:10). Иногда они соединяли свою проповедь с символическими поступками; таким образом — путем личных выступлений, а иногда и семейных обстоятельств, пророки являлись знаменем для народа (Ис. 8:18,20; Иер. 19; Ос. 1:3; Иез. 4:5), будучи во всех обстоятельствах верны своему Господу: и в плену, и в тюрьме, и в смерти (Мат. 23:34 и дал.; Евр. 11:32 и дал.).

Подобно тому, как Аарон был пророком (голосом) Моисея (Исх. 7:1) или его устами (Исх. 4:16), — и пророки должны были передавать людям только Слово Божие; поэтому они часто начинают свою речь словами: «Так говорит Господь». Следовательно, они говорили только то, что им внушал Бог и не выдавали себя за всезнающих прорицателей, могущих все предсказать (4 Цар. 4:27), за каковых их часто принимало общественное мнение (4 Цар. 6:12). Библия также иногда отличает собственный вымысел пророка от того слова, которое Бог повелел ему передать (2 Цар. 7:3 и дал.; срав. 1 Кор. 7:10 и дал.).

На обязанности пророков лежало говорить Слово Божие, и их речь всегда вращалась вокруг Бога-Слова (Личного Слова), центра и главного предмета их пророчества. Христос, будучи сущностью и силой прообразных жертв, являлся также и средоточием пророчеств: «свидетельство Иисусово есть дух пророчества» (Отк. 19:10); пророки говорили»будучи движимы Духом Святым» (2 Пет. 1:21); они исследовали и свидетельствовали о страданиях Христовых и о последующей за ними славе по вдохновению живущего в них Духа Христова (1 Пет. 1:10 и дал.; Лук. 24:27,44; Деян. 10:43). Все они были предтечами Великому Пророку, Которого Господь через Моисея обещал воздвигнуть сынам Израилевым из среды их братьев (Втор. 18:15 и дал.; Деян. 3:22 и дал.).

Обетование в Втор. 18 о пророке, которому поручено будет говорить Слово Божие народу, понимается некоторыми, как указание на ветхозаветных пророков, которых Бог по временам посылал Израилю, хотя это обетование собственно указывает на Христа, «Великого Пророка», большего, нежели Моисей, хотя Моисей был величайшим пророком в Ветхом Завете (Втор. 34:10). См. сравнение между Моисеем и Христом в Евр. 3 гл. Такую достойность или многоразличие мы замечаем в некоторых из пророческих предсказаний.

Пророчество, которое ближайшим образом предугадывает вскоре предстоящее событие, может также содержать представление о еще более великом событии, относящемся к отдаленным временам. Например, пророчество Исайи об Еммануиле указывает сначала на спасение от сириян, а затем также на другое, великое спасение через Сына, рожденного от Девы (Ис. 7:14 и дал.; Мат. 1:23). Пророчество Мат. 24 сопоставляет разрушение Иерусалима со вторым пришествием Иисуса Христа. Одним словом, многие пророчества можно уподобить картине, на переднем плане которой нарисовано небольшое селение с церковью, а на заднем плане — синеющие горы, находящиеся на расстоянии многих миль от селения. (Срав. Ис. 6:9 с Мат. 13:14; Пс. 108:8 с Деян. 1:16,20). Иногда указание пророка на какое-либо дело Божие в прошедшем времени являлось также указанием на что-то еще большее в будущем. (Срав. Ос. 11:1 с Мат. 2:15). Пророки часто получали свои откровения в виде картин, которые, подобно панораме, проносились перед их внутренним взором в видении или в сновидении, в то время как их тело находилось в состоянии экзальтации или просто во сне. Исследуйте сказанное об Аврааме (Быт. 15:12 и дал.); Иеремии (Иер. 31:26); Исайи (Ис. 6); о том как были на Иезекииле рука Господня» и «дух» (Иез. 1:3; 2:1, 2; 3:14; 11:1,24); и как Даниил изнемог и заболел от тех видений, которые представились его взору (Дан. 8:27; 10:8 и дал.; Срав. также рассказ о Валааме (Чис 24:2 и дал.); Петре (Деян. 10:10 и дал.); Иоанне (Отк. 1:10 и дал.). Настоящие и будущие события являлись при этом взору пророка не в последовательном по времени порядке, иногда даже о будущих событиях говорится так, как будто они уже совершились: например, пророчество Ис. 53 гл. Во время подобного прозрения духа все душевные способности пророка достигали такого напряжения, что переходили границы его природных дарований, так что он сам не вполне ясно понимал цель и значение тех сообщений, которые ему поручалось передать. Так, мы видим, что Даниил и Иоанн просили и получили объяснения некоторой части тех откровений, которые им были даны (Дан. 8:15 и дал.; Отк. 17:7 и дал ). Из 1 Пет. 1:11 видно, что пророки не вполне понимали, на которое и на какое время указывал Дух, и из Дан. 12:8 и дал. следует, что смысл некоторых предсказаний остался для них сокрытым.