БЛАЖЕНСТВА ГРЯДУЩЕГО ВЕКА
1. Разделенное царство будет снова объединено. Дом Иуды снова придет к дому Израилеву (Иер. 3,18; Ис. 11,13; Ос. 1,11). Старое разделение будет устранено и народ Божий будет един.
2. Нивы в этом мире будут необычайно плодородными. Пустыня сделается садом (Ис. 32,15), сделается как рай (Ис. 51,3); "возвеселится пустыня и сухая земля, ... и расцветет как нарцисс" (Ис. 35,1).
3. Во всех видениях о новом веке неизменным элементом было прекращение всех войн. Мечи будут перекованы в орала, и копья - на серпы (Ис. 2,4). Не будет ни меча, ни боевой трубы. Будет единый закон для всех людей и великий мир на земле, и цари будут друзьями (Сив. 3,751-760).
4. Одна из самых прекрасных идей, высказывавшихся в связи с новым веком - не будет никакой вражды между зверями или между человеком и зверями. "Тогда волк будет жить вместе с ягненком, а барс будет лежать вместе с ягненком, и молодой лев и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их" (Ис. 11,6-9; 65,25). Новый союз будет заключен между человеком и полевыми зверями (Ос. 2,18). "И младенец будет играть норою аспида (змеи), и дитя протянет руку свою на гнездо змеи" (Ис. 11,6-9; 2 Вар. 73,6). Во всей природе будет царствовать дружба, где никто не будет хотеть вреда другому.
5. Грядущий век покончит с усталостью, печалью и страданиями. Люди не будут более томиться (Иер. 31,12), и радость вечная будет над головами их (Ис. 35,10). Тогда не будет преждевременной смерти (Ис. 65,20-22) и ни один из жителей не скажет: "Я болен" (Ис. 33,24). "Поглощена будет смерть навеки, и отрет Господь Бог слезы со всех лиц..." (Ис. 25,8). Исчезнут болезни, тревоги и стенания, не будет мук при родах ребенка, жнецы не будут уставать, строителей работа не будет изнурять (2 Вар. 73,2-74,4).
6. Век грядущий будет веком праведности. Люди будут всецело святыми. Человечество будет хорошим поколением, живущим в страхе Божием в дни милосердия (Псалмы Соломона 17,28-49; 18,9.10).
Откровение - это представитель всех этих апокалипсических книг в Новом Завете, повествующих об ужасах, которые произойдут перед концом времени, и о блаженствах века грядущего; в Откровении использованы все эти уже знакомые видения. Они часто будут представлять для нас трудности и даже будут невразумительными, но, по большей части употреблялись картины и идеи, хорошо знакомые и понятные тем, кто его читал.
АВТОР ОТКРОВЕНИЯ
1. Откровение написал человек по имени Иоанн. С самого начала он говорит, что видение, которое он собирается пересказать, Бог послал рабу Своему Иоанну (1,1). Основную часть послания он начинает словами: Иоанн, семи церквам в Асии (1,4). О себе он говорит как об Иоанне, брате и соучастнике в скорби тех, кому он пишет (1,9). "Я Иоанн, - говорит он, - видел и слышал сие" (22,8). 2. Иоанн был христианином, живший в той же области, в которой и жили христиане семи церквей. Он называет себя братом тех, кому он пишет, и говорит, что делит с ними выпавшие на их долю скорби (1,9).
3. Вероятнее всего, это был палестинский иудей, пришедший в Малую Азию уже в пожилом возрасте. Такой вывод можно сделать, если принять во внимание его греческий язык - живой, сильный и образный, но, с точки зрения грамматики, худший в Новом Завете. Совершенно очевидно, что греческий - не родной его язык; часто ясно видно, что он пишет по-гречески, а думает на еврейском языке. Он с головой ушел в Ветхий Завет. Он цитирует его или намекает на соответствующие места 245 раз; цитаты взяты почти из двадцати книг Ветхого Завета, но любимыми его книгами являются Книги Исаии, Иезекииля, Даниила, Псалтирь, Исход, Иеремии и Захарии. Но он не только очень хорошо знает Ветхий Завет, он знаком также с апокалипсической литературой, возникшей в эпоху между Ветхим и Новым Заветами.
4. Себя он считает пророком, и на этом основывает свое право говорить. Воскресший Христос повелел ему пророчествовать (10,11); именно через дух пророчества дает Иисус Свои пророчества Церкви (19,10). Господь Бог - это Бог святых пророков и Он посылает Своих ангелов показать рабам Своим, что должно произойти в мире (22,9). Его книга - типичная книга пророков, содержащая пророческие слова (22,7.10.18.19).
На этом основывает Иоанн и свой авторитет. Он не называет себя апостолом, как это делает Павел, желая подчеркнуть свое право говорить. У Иоанна нет в Церкви ни "официального", ни административного поста; он пророк. Он пишет то, что видит, и, потому что все видимое им идет от Бога, слово его правдиво и истинно (1,11.19).
В пору, когда писал Иоанн - где-то около 90 г., - пророки занимали в Церкви особое место. В то время в Церкви были два рода пастырства. Во-первых, было поместное пастырство - оно жило оседло в одной общине: пресвитеры (старейшины), дьяконы и учителя. Во-вторых, существовало странствующее пастырство, сфера работы которого не ограничивалась какой-либо общиной; сюда входили апостолы, чьи послания распространялись по всей Церкви, и пророки, которые были странствующими проповедниками. Пророков очень уважали, подвергать сомнению слова истинного пророка значило грешить против Духа Святого, говорится в Дидахе, "Учении двенадцати апостолов" (11,7). В Дидахе приведен принятый порядок отправления Вечери Господней, а в конце добавлено предложение: "Пророкам же предоставляйте благодарить, сколько они хотят" (10,7). На пророков смотрели исключительно как на людей Божиих, и Иоанн был пророком.
5. Маловероятно, чтобы он был апостолом, иначе едва ли стал бы подчеркивать, что он пророк. Иоанн оглядывается на апостолов как на великие основания Церкви. Он говорит о двенадцати основаниях стены Святого города, и далее: "и на них имена двенадцати Апостолов Агнца" (21,14). Едва ли он стал бы так говорить об апостолах, если бы был одним из них.
Такие соображения еще более подтверждаются названием книги. Большинство переводов названия книги звучит так: Откровение святого Иоанна Богослова. Но в некоторых английских переводах последнего времени название звучит так: Откровение святого Иоанна, а Богослова опущено, потому что отсутствует в большинстве старейших греческих списках, хотя оно, в общем, восходит к глубокой древности. По-гречески это теологос и употреблено здесь в значении богослов, а не в значении святой. Уже само это дополнение должно было отличать Иоанна, автора Откровения, от Иоанна апостола.
Уже в 250 г. Дионисий, крупный богослов и руководитель христианской школы в Александрии, понимал, что крайне маловероятно, чтобы один и тот же человек написал и четвертое Евангелие и Откровение, хотя бы потому, что греческий язык их столько различен. Греческий язык четвертого Евангелия простой и правильный, греческий Откровения - шероховатый и яркий, но очень неправильный. Далее, автор четвертого Евангелия избегает упоминать свое имя, а Иоанн, автор Откровения, неоднократно упоминает его. Кроме того, совершенно различны идеи обеих книг. Великие идеи четвертого Евангелия - свет, жизнь, истина и благодать, - не занимают главного места в Откровении. Однако, в то же время в обеих книгах достаточно похожих мест и в мыслях и в языке, что ясно показывает, что они происходят из одного и того же центра и из одного и того же мира идей.
Элизабет Шюслер-Фиоренца - специалист по Откровению, - установила недавно, что, "с последней четверти второго столетия до начала современного критического богословия, широко было распространено мнение, что обе книги (Евангелие от Иоанна и Откровение) были написаны апостолом" ("Книга Откровения. Правосудие и кара Божия", 1985, стр. 86). Такое внешнее, объективное доказательство потребовалось богословами потому, что внутреннее доказательство лежащее в самих книгах (стиль, слова, заявления автора о своих правах), казалось, не говорят в пользу того, что автором их был апостол Иоанн. Богословы же защищающие авторство апостола Иоанна объясняют различия между Евангелием от Иоанна и Откровением следующими способами:
а) Они указывают на различие сфер этих книг. В одной говорится о земной жизни Иисуса, другая же - откровение Воскресшего Господа.
б) Они полагают, что между их написанием лежит большой интервал времени.
в) Они утверждают, что богословие одной дополняет богословие другой и вместе они составляют завершенное богословие.
г) Они высказывают предположение, что языковые и лингвистические различия объясняются тем, что запись и доработка текстов была выполнена разными секретарями. Адольф Поль утверждает, что где-то около 170 г. небольшая группа в Церкви умышленно ввела подложного автора (Керинфа), потому что им не нравилось богословие Откровения, и им было легче критиковать менее авторитетного автора, нежели апостол Иоанн.
ВРЕМЯ НАПИСАНИЯ ОТКРОВЕНИЯ
Существует два источника для установления время его написания.
1. С одной стороны - церковные предания. Они указывают на то, что в эпоху римского императора Домициана Иоанн был сослан на остров Патмос, где ему и было видение; после смерти императора Домициана он был освобожден и вернулся в Ефес, где и записал его. Викторин писал где-то в конце третьего столетия в комментарии к Откровению: "Когда Иоанн видел все это, он находился на острове Патмос, осужденный императором Домицианом на работу в шахтах. Там он и видел откровение... Когда он впоследствии был освобожден от работ на шахтах, он записал это откровение, которое получил от Бога". Иероним из Далмации останавливается на этом более подробно: "В четырнадцатый год после гонений Нерона Иоанн был сослан на остров Патмос и написал там Откровение... После смерти Домициана и отмены сенатом его указов, вследствие их крайней жестокости, он вернулся в Ефес, когда императором был Нерва". Историк Церкви Евсевий писал: "Апостол и евангелист Иоанн поведал эти вещи церкви, когда вернулся из изгнания на острове после смерти Домициана". По преданию ясно, что видения были Иоанну во время ссылки на остров Патмос; одно только не установлено вполне - и это не имеет особого значения, - записал ли он их во время изгнания, или по возвращении в Ефес. С учетом этого не будет ошибкой сказать, что Откровение было написано около 95 года.
2. Вторым свидетельством служит материал самой книги. В ней мы находим совершенно новое отношение к Риму и к римской империи.
Как следует из Деяний святых Апостолов римские суды часто были для христианских миссионеров самой надежной защитой от ненависти иудеев и разъяренных толп народа. Павел гордился тем, что был римским гражданином и неоднократно требовал Для себя прав, которые были гарантированы каждому римскому гражданину. В Филиппах Павел напугал администрацию заявлением, что он римский гражданин (Деян. 16,36-40). В Коринфе консул Галлион справедливо, по римскому закону, поступил с Павлом (Деян. 18,1-17). В Ефесе римские власти обеспечили его безопасность против взбунтовавшейся толпы (Деян. 19,13-41). В Иерусалиме тысяченачальник спас Павла, можно сказать, от линчевания (Деян. 21,30-40). Когда тысяченачальник услышал, что устраивается покушение на жизнь Павла во время перехода в Кесарию, он принял все меры для обеспечения его безопасности (Деян. 23,12-31).
Отчаявшись добиться правосудия в Палестине, Павел воспользовался своим правом римского гражданина и обратился с жалобой непосредственно к императору (Деян. 25,10.11). В Послании к Римлянам Павел убеждает своих читателей быть покорными властям, ибо власти - от Бога, и они страшны не для добрых, а для злых дел (Рим. 13.1-7). Петр дает такой же совет быть покорными начальству, царем и правителям, потому что они исполняют волю Божью. Христиане должны бояться Бога и чтить царя (1 Пет. 2,12-17). Считают, что в Послании к Фессалоникийцам Павел указывает на мощь Рима как на единственную силу, способную сдержать угрожающий миру хаос (2 Фес. 2,7).
В Откровении же видна лишь одна непримиримая ненависть к Риму. Рим - это Вавилон, мать блудницам, упоенная кровью святых и мучеников (Отк. 17,5.6). Иоанн ожидает лишь его окончательное уничтожение.
Объяснение этой перемены лежит в получившем широкое распространение поклонение римским императорам, которое, в сочетании с сопровождавшим его гонениями на христиан, является фоном, на котором написано Откровение.
В эпоху возникновения Откровения культ кесаря был единственной всеобщей религией римской империи, и христиан преследовали и казнили именно за их отказ выполнять ее требования. Согласно этой религии римский император, воплощавший дух Рима, был божественным. Каждый человек должен был один раз в году являться перед местной администрацией и возжигать щепотку благовоний божественному императору и возглашать: "Кесарь - господь". Сделав это, человек мог идти и поклоняться любому другому богу или богине, если такое поклонение не нарушало правила приличия и порядок; но он обязательно должен был исполнять эту церемонию поклонения императору.
Причина была проста. Рим представлял теперь разнородную империю, простиравшуюся от одного края известного мира до другого, со множеством языков, рас и традиций. Перед Римом стояла задача объединить эту разнородную массу в единство, имеющее какое-то общее сознание. Самая прочная объединяющая сила - это общая религия, но ни одна из тогдашних народных религий не могла стать всеобщей, а вот почитание обожествленного римского императора могло. Это был единственный культ, который мог объединить империю. Отказаться сжечь щепоть фимиама и сказать: "Кесарь - господь" не был актом неверия, а актом нелояльности; вот почему римляне так жестоко обращались с человеком, отказывавшимся сказать: "Кесарь - господь", а ни один христианин не мог назвать Господом кого-нибудь, кроме Иисуса, потому что это было сутью его кредо веры.
Посмотрим, как развивалось это почитание кесаря и почему оно достигло своего апогея в эпоху написания Откровения.
Надо отметить один очень важный факт. Почитание кесаря не было навязано людям сверху. Оно возникло в народе, даже можно сказать, несмотря на все попытки первых императоров остановить, или, по крайней мере, ограничить его. Следует также отметить, что из всех народов, населявших империю, лишь иудеи были освобождены от этого культа.
Поклонение кесарю началось, как спонтанный взрыв благодарности Риму. Народы в провинциях хорошо знали, чем они обязаны ему. Имперское римское право и судопроизводство заменили самовольного и тиранического произвола. Безопасность пришла на место опасных положений. Великие римские дороги соединили разные части мира; дороги и моря были свободны от разбойников и пиратов. Римский мир был величайшим достижением древнего мира. Как выразился великий римский поэт Вергилий, Рим видел свое назначение в том, чтобы "щадить падших и низвергать гордых". Жизнь обрела новый порядок. Гудспид писал об этом так: "Таков был паке романа. Провинциалы могли под властью римлян вести свои дела, обеспечивать свою семью, посылать письма, в безопасности путешествовать благодаря сильной руке Рима".
Культ кесаря начался не с обожествления императора. Он начался с обожествления Рима. Дух империи был обожествлен в богине под именем Рома. Рома символизировала мощную и благотворительную силу империи. Первый храм Роме был воздвигнут в Смирне еще в 195 г. до Р. Х. Было несложно представить себе дух Рима, воплощенным в одном человеке - в императоре. Поклонение императору началось с Юлия Цезаря уже после его смерти. В 29 г. до Р. Х. император Август даровал провинциям Асия и Вифиния право воздвигнуть в Ефесе и Никее храмы для обобщенного поклонения богине Роме и уже обожествленному Юлию Цезарю. Римских граждан призывали и даже увещевали поклоняться в этих святилищах. Потом был предпринят следующий шаг: император Август дал жителям провинций, не имевшим римского гражданства, право воздвигнуть в Пергаме в Асии и в Никомидии в Вифинии храмы для поклонения богине Роме и самому себе. Сперва поклонение царствующему императору считалось допустимым для жителей провинции, не имевших римского гражданства, но не для тех которые обладали гражданством.
Это имело неизбежные последствия. Человеку свойственно поклоняться богу, которого можно видеть, а не духу, и постепенно люди стали больше поклоняться самому императору, вместо богине Роме. В то время все еще нужно было специальное разрешение сената на построение храма в честь царствующего императора, но к середине первого столетия это разрешение давалось все проще. Культ императора становился универсальной религией римской империи. Возникла каста священников и поклонение организовалось в пресвитериях, представителям которых оказывалась высочайшая честь.
Этот культ вовсе не стремился к полной замене других религий. Рим вообще был очень терпимым в этом отношении. Человек мог почитать кесаря и своего бога, но со временем почитание кесаря все более становилось испытанием благонадежности; оно стало, как выразился некто, признанием господства кесаря над жизнью и душой человека. Проследим развитие этого культа до написания Откровения и непосредственно после этого.
1. Император Август, умерший в 14 г., разрешил поклоняться Юлию Цезарю, своему великому предшественнику. Он разрешил жителям провинций, не обладавшим римским гражданством, поклоняться и себе, но запретил это своим римским гражданам. Заметим, что он не проявил никаких насильственных мероприятий в этом.
2. Император Тиберий (14-37 гг.) не мог остановить культ кесаря; но он запретил строить храмы и назначать священников для установления своего культа и в письме в город Гитон в Лаконии решительно отказался от всяческих божеских почестей для себя. Он не только не поощрял культ кесаря, но и отговаривал от него.
3. Следующий император Калигула (37-41 гг.) - эпилептик и сумасшедший с манией величия, настаивал на божеских почестях для себя, попытался навязать культ кесаря даже иудеям, которые всегда были и оставались исключением в этом отношении. Он намеревался поместить свое изображение в Святое святых иерусалимского храма, что обязательно привело бы к возмущению и мятежу. К счастью, он умер, не успев осуществить своих намерений. Но в его правление поклонение кесарю стало требованием во всей империи.
4. Калигулу сменил император Клавдий (41-54 гг.), совершенно изменивший извращенную политику своего предшественника. Он писал правителю Египта - в Александрии проживало около миллиона иудеев, - полностью одобряя отказ иудеев называть императора богом и давая им полную свободу в отправлении ими своего богослужения. Вступив на престол Клавдий писал в Александрию: "Я запрещаю назначать меня первосвященником и воздвигать храмы, потому что не хочу поступать против моих современников, и я считаю, что священные храмы и все такое во все века были атрибутами бессмертных богов, как и особо оказываемая им честь".
5. Император Нерон (54-68 гг.) не относился серьезно к своей божественности и не делал ничего для закрепления культа кесаря. Он, правда, преследовал христиан, но не потому, что они не почитали его как бога, а потому что ему были нужны козлы отпущения за большой пожар Рима.
6. После смерти Нерона за восемнадцать месяцев сменилось три императора: Гальба, Оттон и Вителий; при таком смятении вопрос о культе кесаря вообще не вставал.
7. Следующие два императора - Веспасиан (69-79 гг.) и Тит (79-81 гг.) были мудрыми правителями, не настаивавшими на культе кесаря.
8. Все радикально изменилось с приходом к власти императора Домициана (81-96 гг.). Он, словно, был дьяволом. Он был хуже всего - хладнокровным гонителем. За исключением Калигулы, он был единственным императором, серьезно воспринявшим свою божественность и требовавшим соблюдения культа кесарю. Различие заключалось в том, что Калигула был безумным сатаной, а Домициан - умственно здоровым, что гораздо страшнее. Он воздвиг памятник "божественному Титу, сыну божественного Веспасиана", начал кампанию жесточайших преследований всех, кто не почитал древних богов - он назвал их атеистами. Особенно возненавидел он иудеев и христиан. Когда он появился с супругой в театр, толпа должна была кричать: "Все приветствуют нашего господина и нашу госпожу!" Домициан провозгласил самого себя богом, известил всех правителей провинций, что все правительственные сообщения и объявления должны начинаться словами: "Наш господь и бог Домициан повелевает..." Всякое обращение к нему - письменное или устное, - должно было начинаться словами: "Господь и бог".
Вот таков фон Откровения. Во всей империи мужчины и женщины должны были называть Домициана богом, или умереть. Культ кесаря был сознательно осуществляемой политикой. Всем надлежало говорить: "Император - господь". Другого выхода не было.
Что оставалось делать христианам? На что они могли надеяться? Среди них было не много мудрых и могущественных. У них не было ни влияния, ни престижа. Против них восстала мощь Рима, которой не смог сопротивляться ни один народ. Христиане оказались перед выбором: кесарь или Христос. Откровение было написано, чтобы вдохновлять людей в такие тяжелые времена. Иоанн не закрывал своих глаз на ужасы; он видел ужасные вещи, еще более ужасные дела он видел впереди, но над всем этим он видел славу, которая ждет того, который откажется от кесаря ради любви Христовой.
Откровение появилось в одну из самых героических эпох во всей истории христианской Церкви. Преемник Домициана император Нерва (96-98 гг.), правда, отменил дикие законы, но они уже причинили непоправимый ущерб: христиане оказались вне закона, а Откровение оказалось тем трубным зовом, который призывал хранить верность Христу до самой смерти, чтобы получить венец жизни.