Первое, что приходило на ум, когда я слышала название Секирной горы - секира. И дальше фантазия подсовывала что-то вроде места казни. Однако, как оказалось, название горы имела отношение не к грозному оружию, а к слову "сечь" или вернее - "высечь" Но начну по порядку...
Когда мы погрузились в автобус, настало время подкрепиться. У нас еще оставалось по пирожку и немножко воды. Все пассажиры достали провиант и приступили к перекусу, а Слава, который шел с пустыми руками, отказавшись от угощений, повис на поручнях на ступеньках старенького "пазика" и приступил к первому рассказу о месте, которое нам предстояло посетить. Инструктаж, поступивший к нам для начала, заключался в том, что скит на горе секирный ныне действующий, и женщины должны быть по возможности в платках и юбках, а также мы были предупреждены, что монахов фотографировать запрещается (в том случае, конечно, если они нам попадутся). Мы сидели на переднем сидении спиной к водителю, и могли видеть весь автобус. Рядом с нами весело смеялись Флоранс и Изольда: дело в том, что на заднем сидении "пазика" мальчик пытался есть бутерброд с колбасой, но автобус так трясло на колдобинах дороги, что мальчик вместе с бутербродом подлетал на добрых полметра, колбаса выпрыгивала с бутерброда, а бутерброд - изо рта. Девчонки от восторга не могли удержаться от смеха - они еще не видели таких дорог, таких автобусов, для них это было удивительной национальной спецификой российской глубинки.
Вскоре мы остановились в густом лесу около дороги, ведущей вверх и вверх среди высоких елей и сосен. Прямо около дороги мы увидели памятный камень, на котором популярно объяснялось, почему гора называется Секирной
А дело было так. Изначально на острове жили только два монаха, Герман и Савватий, которые избрали это уединенное место, чтобы без помех подвизаться в молитве и трудах. Основали они маленькую пустыньку, да и зажили тут, руками непрестанно работая, выстраивая первый храм, а устами славословя Бога. Узнав, что тут трудятся отшельники, люди по скромности старались им не мешать, и не селились на острове, но две поморских семьи все же решили обосноваться здесь, совсем неподалеку, у озера. И вот однажды во время молитвы Савватий услышал какие-то крики и плач, похожий на женский. Окончив молитву, он послал Германа, бывшего помоложе, посмотреть, что случилось. Плач раздавался со стороны горы. Герман пошел на звук, и на тропе встретил женщину всю растрепанную и в слезах. На вопрос, что случилось, она рассказала, что она - жена местного рыбака, и отправилась на гору за хворостом, но на горе ей вдруг явились двое светлых юношей, сказали, что место это предназначено монахам и посекли ее розгами. После этого случая семьи поселенцев уехали с острова, а за горой закрепилось имя Чудова или Секирная.
Хотя, есть и менее поэтичная версия этого названия, а именно - что гора была лесозаготовительной, а секирами монахи рубили высокие стволы для постройки.
А это - валунная баня для монахов скита.
Дорога шла все вверх и вверх, довольно круто, и наконец вышла на ровную площадку. И тут нас снова настигло эхо Соловецкого Лагеря Особого Назначения, ведь именно на Секирной горе находился самый страшный мужской изолятор. Попадали сюда даже за самые незначительные нарушения, а измывались над заключенными чрезвычайно жестоко. Летом излюбленным наказанием были "комарики", когда обнаженного человека привязывали на ночь к дереву. Несчастный был пожираем заживо комарьем, которого на острове достаточно. Но это были мелочи, по сравнению с наказаниями зимними, так называемыми "Пеньками", когда заключенных босыми ногами ставили на пень и обливали водой, покуда она не превратится в лед. Так человек должен был простоять целый день. Обморожение ног было самым безобидным следствием наказания.
Сейчас на этом месте выстроена часовня, в которой проходят молебны,
А в другую сторону открывается вид на монашескую обитель Свято-Вознесенского скита и единственную в России действующую церковь-маяк, храм Вознесения Господня.
Линзы для маяка были изготовлены во Франции и прекрасно действуют до сих пор, хотя построен маяк был в девятнадцатом веке. Это - самый высокий маяк на северном взморье. Свет его лампад был виден благодря прекрасной линзе на 60 км.
Пока шел рассказ экскурсовода, паренек из нашей группы подошел к кресту и зажег маленькую свечу. К нему подошел тот самый мальчик, который пытался есть бутерброд в автобусе, и глаза его стали глубокими-глубокими и задумчивыми. Так и стоял рядом, пока слушал, а уходя свечку погасил, конечно, чтобы пожара не было.
На смотровой площадке внимание стало рассеиваться, сказывалась усталость. Хотелось просто спокойно посидеть-побыть на этой высоте. Место было удивительное, отсюда открывались дали и дали. На траву присела бабочка, напоминая нам, что лето в разгаре, что неплохо бы и нам радоваться каждому новому дню как замечательному подарку.
А на березовой веточке, на тонкой паутинке висела над бездной зеленая гусеничка, и нисколько не боялась этой открывшейся под нею бездны. И правда - чего бояться тебе, призванной быть крылатой?
А между тем Вячеслав уже двигал нашу разомлевшую группу вперед, к высоченной лестнице, верхних ступеней которой тоже открывалась потрясающая лесная перспектива.
У подножия лестницы мы встретили еще один поклонный крест, который был установлен при участии Патриарха Алексия. Этот крест также в память о жертвах, невинно погибших тут, ибо в штрафной изолятор приходили не отбывать наказание, а умирать. Говорят, что когда устанавливали крест, то очень спешили управиться к появлению Патриарха, видимо, от спешки никак не могли справиться с задачей, но Патриарх Алексий II в этот момент, спускаясь по лестнице, увидел заминку, сделал жест руками вверх, и крест сам собою встал на место и был освящен.
Первое, что приходило на ум, когда я слышала название Секирной горы - секира. И дальше фантазия подсовывала что-то вроде места казни. Однако, как оказалось, название горы имела отношение не к грозному оружию, а к слову "сечь" или вернее - "высечь"
=================
Всё это фигня позднего христианского эпоса борьбы с язычеством. Никто там никого не сёк, по той простой причине, что это просто не по - христиански по отношению к женщине )) .. да и по отношению к местным монахам - они что особенные ? тогда надо чтобы ""светлые вьюноши" секли девок и Троице - Сергиевой Лавре, и в Оптине, и ваще во всех монастырях ..
Бред не только канонически подозрительный, но и опасно-вредный . )
На самом делe :
Чудь - в ненецком эпосе этот народ называется сикиртя (сихирте, сиирте).
Гора Сикиртя - Сикирка - Секирная.
Древнее капище, место приношения ... В славянский период смысловая и звуковая русификация совпали - место усекновения (секира) .
Известны сходные тапонимы, но на них никто никого не порол :
В устье поморской реки Коротаихи есть гора Сихиртеся . Она тоже имеет второе название - Чудова гора (!).
На западном побережье острова Вайгач мыс Сииртесале (мыс народа сикиртя).
...на всех этих возвышенностях обнаружены археологические свидетельства того, что они служили древними капищами, которые ненцы приписывают приморскому народу сикиртя, а поморы – чуди.
Ланс_который_всё_рав, Такой вариант тоже возможен, он логичен, и с внешней логической точки зрения вопросов не вызывает. Однако, у меня вопрос другого рода: как необитаемый по большей части времени остров сохранил чудскую топонимику? Мне это не совсем понятно все-таки.
Тапоника не чудская.. Чудь бы назвала просто -" наша гора" )...
А Гора Сикиртя, или Гора Чуди - так могли назвать уже поморские переселенцы, которые находили на острове черепа и прочие колоритные особенности древних капищ .
Вы же сами говорите, что иногда жены местных рыбаков выходили на остров (пописить , например))
Как правило такие места считались плохими, посещение их запрещалось и само название несло на себе знак табу ... Секирная - очень подходит.
Ланс_который_всё_рав, Я не говорила такого "Жены рыбаков иногда выходили на остров" :) Не надо передергивать. Рыбаки женщин в море не брали, как известно. Женщины могли оказаться на острове только в том случае, если на острове было жилье. И тогда легенда больше отражает историческую правду. :) Тем более, что впоследствии никаких поселенцев, кроме монахов на острове действительно долгое время не было. А женщинам вообще категорически запрещалось ступать на эту землю, как и на Афоне по сей день.
В любом, случае, это все - всего лишь домыслы, потому что исторических исследований не эту тему провести не представляется возможным ни Вам, ни тем более - мне. :)
Venda1,Вот это простор! Куда ни глянь - всюду тайга, и все эти постройки привлекают взгляд. И как же нужно было трудиться, чтобы такие камни поднимать и ставить на место!