16

…Сцедил немного крови – ровно столько, сколько требовалось – и приложил порез к прохладному камню. Отнял руку. Багровая полоса отпечаталась как раз на рунах имени Богини.
Встал с колен, еще раз взглянул на камень.
Большой искрошенный кирпич из кладки внешней стены. Один из немногих, оставшихся от храма, фундамент которого теперь был почти скрыт травой и кустарником. Большинство собратьев этого камня были забраны магами Данфала для строительства их седьмого храма – нового, прекрасно защищенного, гордо возвышающегося на площади города.
Часть кладки внешней стены была уничтожена еще во время разорения. Нечисть владела такими силами…
Почему древний храм стоял здесь, в стороне от города, теперь уже знали немногие. Его хранителями были чрезвычайно могущественные Потомственные… Род Нильярфов. Они не хотели жить среди суетливого городского люда, и неприступные стены храма-крепости оберегали их величественное уединение.
Темная орда накатила в одну из безлунных ночей. Сила Нильярфов была напоена благосклонностью Богов, она рвала тварей одну за другой… Но в ту ночь нечисть была сильнее.

Род был уничтожен почти полностью. Лишь несколько Нильярфов, которых не было в храме во время нападения, остались носителями великой древней крови. Их приняли другие роды, связанные с ними родством.
А останки светлого храма были отданы во владение пустоши и травам.
И теперь, сотни поколений спустя, кто-то впервые поклонялся Богам на этих камнях.
-Все готовы, - проговорил Фойн за его спиной.
Агардаон обернулся.
Черные кудри южанина, чуть отливающие медью в дневном свете, ласково трепал вольный ветер.
-Я отчетливо чувствую их внимание. Но они не подают привычных знаков. Теперь так всегда, - задумчиво сообщил безродный.
Фойн покачал головой.
-Едва ли мы сможем узнать о замысле Богов больше, чем поведал нам койд.
-Ты прав, - согласился Агардаон. – Но, по крайней мере, наша удача не иссякла, а значит, с нами пребывают и Боги.
Он прикоснулся к рунам прощальным взглядом.
Маги оставили развалины и направились к лесу, ограничивающему пустошь с юга. Среди первых колонн, под осенним пологом их ждал весь отряд. Похрапывали привязанные кони. Не издавая ни шороха, спешившиеся охотники бродили по опушке и высматривали что-то в сухой траве. Агардаон знал, что они могли узнать очень многое о происходящем в лесу, лишь только войдя в него.
Чуть в стороне ото всех, прислонившись к дереву, стоял Дирм. Юноша еще не успел привыкнуть к новому окружению и держался несколько отстраненно, всегда стараясь быть вместе с Агардаоном и Фойном. А невозмутимые охотники скрывали любопытство к юному Потомственному, их соколиные взгляды редко останавливались на нем явно.
Погоня за беглецом, успевшим уйти уже очень далеко, длилась третий день. Агардаон оставлял для отдыха лишь наиболее темную часть ночи, а днем делал только одну остановку – ради молитвы. Все остальное время конный отряд быстро двигался на юг. Безродный понимал, что догнать мальчишку до того, как он будет настигнут Потомственными, было почти невозможно; но также знал, что магам Кайэда будет чрезвычайно сложно схватить обладателя артефакта.
Агардаон непоколебимо верил в себя.
Точно небольшой серый нож, вспарывающий толстую шкуру медведя, он безошибочно двигался по единственному пути.
С ним были верные люди, которые лесным чутьем ловили еще невысказанные мысли.
Некоторых из них – самых первых и теперь уже самых опытных охотников – он знал еще с того времени, когда скитался по лесам с запада от Тарма. Тогда юные бродяги – беглецы из родных домов, осиротевшие или брошенные дети наемников и шлюх – сбивались в разношерстные банды, совместно пытаясь выжить. Банды дрались между собой, становились жертвами травли городских правителей или попадали под власть разбойников с южного тракта. Агардаонова шайка сумела остаться неуловимой и свободной. В этой шайке было пять безродных магов.
Трое из них сейчас ехали бок о бок с ним.
Время от времени он поворачивался к спутнику по правую руку и о чем-либо спрашивал его. Высокий парень с крупным лицом – словно полем для бесчисленных шрамов – мрачной улыбкой отвечал ему. Агардаон прекрасно читал его взгляд. Вайр не любил разговоров во время езды, и все уже привыкли к его ответам. Кивком головы или движением глаз он показывал даже расстояния.
Слева от предводителя безродных, немного на расстоянии, ехала светловолосая женщина. Может быть, еще молодая – ее возраст растворялся в невзрачном слиянии пепельного цвета волос и бледности кожи. Она не смотрела вперед, ее рысьи глаза цеплялись за стволы деревьев, попадающихся на пути отряда. Порой она пришпоривала коня, догоняя Агардаона и делясь с ним какими-то наблюдениями. В этот момент ее взгляд едва заметно веселел – сын наемников вновь был с ними, в их отряде, как когда-то…
Всадник, едущий за Агардаоном, ближе к светловолосой охотнице, не производил какого-то определенного впечатления и отличался лишь хрипловатым голосом, который можно было слышать во время короткой переклички со следующими позади. Впрочем, в его облике было что-то неразличимо звериное. Он был оборотнем. Редчайшим, даже единственным… Он оборачивался своим Зверем.
В свое время, когда Агардаон бежал от Потомственных и разыскивал сторонников, он хотел переманить Илля к себе, в подземелья дома на торговой площади… Но столь ценимый им безродный не мог жить далеко от лесов и безлюдных дорог. Он остался на воле, и охотников не раз спасло его сверхъестественное чутье и опасный облик.
Маленькая диковатая стайка, которую когда-то собрали несколько безродных, за четыре года стала неуловимым отрядом охотников. У него были свои цели, и он действовал молниеносно. В него принимались наиболее одаренные безродные, которых сумели обнаружить маги Агардаона, и те, кого необходимо было спрятать от преследования Потомственных. Таким образом предводитель беглецов старался вырвать из лап власти Таэррифов как можно больше сильных магов. Все эти годы он копил силы…
И хотя теперь были уничтожены еще далеко не все Таэррифы, теперь над его головой реял стяг победы.
А впереди уже заманчиво мерцала новая цель.
«Приближаемся к Данфалу», - выразительным кивком сообщил Агардаону Вайр.
Путь отряда проходил западнее древнего города Потомственных; и именно в это время они были наиболее близки к границам пригорода, который стремились объехать незамеченными.
-Стоит поспешить, - только и ответил Агардаон. Его слова тут же были переданы всем, и отряд пришпорил коней.
Безродного нагнал Дирм. Мальчишка, как и любой высокородный маг, держался в седле превосходно.
-Агардаон! Здесь могут быть ласки. Звери-шпионы местных Потомственных… Я слышал о них от отца.
-Встретим – убьем, - невозмутимо бросил Агардаон. – Не пожалеем остановки.
Он глянул на Дирма. Юноша был сосредоточен и невозмутим. Хорошо. Привыкает, и уже вернул себе обычную отточенную внимательность. Агардаон всегда полагался на нее.
-Не беспокойся, - с легкой улыбкой сказал он, полуобернувшись к юноше. – Айча заметит шпионов. Ее глаза во время скачки различают даже жуков в листве.
Какое-то время Дирм ехал рядом молча.
-Я слышал, что твои охотники знают леса лишь до северных пригородов Веллимы, - вновь заговорил он, когда спутники Агардаона несколько отдалились.
-Дальше они не бывали, - подтвердил маг, прекрасно понимая мысль Дирма.
-Так как же мы будем проезжать эти земли незамеченными? Никто из нас не был так близко к Храмовому Сердцу. Даже Фойн не знает западных земель.
Агардаон не мог не продумать этого заранее.
-Возьмем проводника, а позже лишим его памяти о нас. Или убьем.
-Опасно, - досадливо проговорил Дирм. – Я бы не хотел попасться в руки Потомственным Храмового Сердца… Ишэрт сказал бы, что мы пройдем по краю рва, кишащего ядовитыми змеями.
Агардаон усмехнулся.
-Да, так бы он и сказал.
И больше не прибавил ничего. Дирм остался ехать рядом с ним.
Золотистые леса, по которым они проезжали, даже не ища дорог, осыпали их крупными каплями листвы. Все еще теплый ветер заставлял деревья терять свою пышную красоту. Топот копыт заглушал осенний ковер.
Отряд в шестнадцать всадников быстро двигался на юг. Данфал скоро должен был остаться позади, и с ним должна была уйти напряженная внимательность, сковавшая умы всех магов.
Охотники выбрали путь, пересекающий здешние леса в стороне от людских поселений, но не заводящий слишком далеко в глушь. Наверное, схожим путем бежал вор-Потомственный Юллар из рода Нильярфов… Только беглецу приходилось подходить гораздо ближе к людским поселениям, чтобы раздобыть себе хоть какую-то еду.
Агардаон удивлялся тому, как совсем юный, не получивший еще знаний и опыта маг смог беспрепятственно прокрасться мимо Храмового Сердца, вплотную подойдя к кольцу защищающих его городов. Эти города – стражники западной стороны – пульсировали властью Потомственных, и сам Агардаон едва ли рискнул сунуться туда, не отшлифовав до совершенства свои скрывающие умения. Видимо, юноша все же пускал в ход украденную силу, природу которой не мог описать даже сам Мирайв. И в грязных переулках этих городов тоже находили трупы шпионов Великой Крови.
…Теплое и светлое увядание леса баюкало серый взгляд безродного. Он думал о том, что уже давно привык к неподвижному и бедному жизнью воздуху тармского подземелья. Эта ветреная воля, шуршащая листвой, расходящаяся тысячами путей во все стороны… воля, которая вырастила его в своих негостеприимных, но родных объятьях, – теперь она была чужда ему.
Каменные коридоры, жуткий оракул в пустом зеле…
Он обернулся на скорый топот копыт – его догонял Вайр.
-Всадники! Большой отряд в трех поприщах от нас – покидает юго-западный пригород, - встревожено сообщил охотник.
-Уходим быстро! Не отставайте от меня, - мгновенно собравшись, бросил через плечо Агардаон.
Вайр коротко передал его призыв остальным и последовал за магом.
Но Агардаон не пришпорил коня. Вместо этого он прижал кулаки со стиснутыми поводьями к лошадиной шее и закрыл глаза. Отрешившись от скачки, от своей роли всадника, всем телом ощутил молодое, своенравное животное, несущее его вперед… попытался ощутить за него… утомительный бег, тяжелую ношу на спине, голод… Простые, понятные, необходимые желания… отдохнуть…
Нет. Бежать. Нестись. Быстрее, быстрее… Прочь из этих лесов! Прочь от этой опасности! Быстрее!!
Мышцы ног каменеют.
Копыта отталкивают, отвергают землю.
Прочь! Прочь!
Забыта тяжесть на спине.
Забыты годы тихой, рабской жизни.
Забыто лицо хозяина.
Вперед!!!
Наконец-то свобода! Неужели она?!!



Агардаон неловко выпрямился в седле, разжал пальцы, вцепившиеся в гриву лошади. Он вновь видел землю далеко… Заново осознавал свои человеческие руки…
Да… Теперь это было уже не испытание… Теперь он понимал, что может все. Изящество, с которым он выходил из смертельно опасного состояния, потрясало его самого…
Обернулся.
Остальные спешили к нему. Они были близко. Ни один не отстал.
Прекрасный осенний лес осыпал плавные, гостеприимные холмы.
-Оторвались! – крикнула запыхавшаяся Тиргга еще издалека, спеша к нему.
Подъехала, окинула мимолетным оценивающим-заботливым взглядом. Прибрала растрепавшиеся волосы.
-Так мы лошадей загоним еще до Веллимы…



[699x478]