4

Чем дальше они шли по этому коридору, тем явственнее становилось нечто тягостное, пропитывающее стены вокруг. Они, конечно же, не обращали внимания на столь привычное чувство, но оказавшийся здесь чужак был бы смертельно напуган. Дирм нес факел, и этот свет, как мог, озарял путь впереди. Теперь уже они находились не под домом, что стоял на торговой площади – подземелье занимало огромное пространство под улицами Тарма. Агардаон и его сторонники стали хозяевами здешних лабиринтов: лишь они могли легко проникнуть сюда. Когда-то они искали убежища и были подобны загнанным зверям. Им было неведомо, какое наследие досталось им вместе с пустыми переходами.
Пламя факела послушно бесновалось.
Лица идущих были совершенно иными, нежели в зале, при свете шести свечей старого канделябра. Факел в руках Дирма превращал их в странные желтые маски, и на каждой замерло похожее выражение. Жестокое, решительное, обреченное…

Дирм сосредоточенно молчал. Но поглядывающий на него время от времени Ишэрт не мог так легко оставаться молчаливым при приближении зала койда. Его глаза засветились особым блеском, и он осторожно произнес, словно бы продолжая давний разговор:
-Сегодня койд тоже не так уж и голоден… Ну, не так, как это было в прошлое новолуние… Может, ты все же попробуешь?
По лицу Дирма прошла судорога. Он недобро взглянул на Ишэрта.
-Сам пробуй.
Агардаон тихо зашипел.
-Молчите, вы… Фойн же сказал – он зол. Хотите, чтобы я разговаривал со взбешенным койдом?
Впереди по коридору показались запертые двери. Фойн начал осторожно доставать ключи.
-Не пускайте Тхарзу, - бросил Агардаон, но пантеру и так уже держали. В нескольких шагах от факела ее уже было не различить. Казалось, Ишэрт держит за загривок пустоту.
Фойн отпер дверь и теперь начал осторожно раскрывать ее створки из темного дерева. Позади него нерешительно стоял Дирм, высвечивая пространство внутри.
-Ну, что же вы? – окликнул их Агардаон и взял факел из рук юноши. Распахнув двери до конца, он вошел в зал – нетронутое обиталище тьмы. Трепещущий круг осветил ступени. Они начинались в шести шагах от двери. Их было всего четыре. Они образовывали площадку у входа, которая была значительно выше пола в зале. Агардаон вышел вперед и звучно произнес:
-Приветствую тебя, смертоносный койд!
Ничто не отозвалось на его слова. Зал был совершенно пуст. Лишь несколько скелетов забыто белели на полу у дальней стены. Толстая цепь, одним концом прикованная к полу, не держала никого. К углам приникла темнота, раздраженная вторжением факела. Хотя огонь был довольно ярок, зал отпускал ее очень неохотно. Виной тому была грязно-серая дымка, стоявшая в нем неподвижно, словно болото. Даже когда двери открылись, и поток более свежего воздуха хлынул внутрь, слои этой дымки даже не двинулись.
В зал осторожно вошли Фойн и Дирм. Ишэрт оставался у входа со своей пантерой.
-Он не хочет отвечать? – шепотом спросил юноша, шагнув к Агардаону. Но тот лишь сделал останавливающий жест.
Все в зале оставалось неподвижным. Тяжелый, давящий дух этого пространства проникал в сердца вошедших. С каждым мгновением оставаться в зале становилось все сложнее и сложнее… Агардаон стоял напряженно прямо, и его лицо было влажным от пота. Серые глаза следили за тем, как толстая цепь медленно начинает натягиваться. Ее конец все больше уходил вверх, в неясную густую дымку, белесоватый туман…
-Ужасающий койд… - с неподдельным почтением проговорил Агардаон, чуть отступая и склоняя голову.
Цепь все продолжала двигаться, и то невидимое, что держало ее, приближалось к стоящему впереди всех магу. Или, может, лишь совершало жест в сторону него…
-Мы обязуемся принести тебе свежий труп, как ты просишь… - Агардаон явно знал, как следует разговаривать с тем созданием, что скрывалось в удушливо-затхлом зале.
Цепь натянулась до предела. Она не дрожала, как если бы на ней был дикий зверь, желающий разорвать стоящих перед ним людей. Казалось, к ней был прикован сам тяжелый воздух этого подземелья.
-Фойн приходил к тебе и вопрошал о нашем плане напасть на Мирайва, - произнес Агардаон размеренно. Его тон становился все уверенней и тверже. – Теперь я хочу говорить с тобой сам. Не оставь в молчании мои слова, о смертоносный койд.
Двое, что стояли за Агардаоном, в некотором напряжении ждали продолжения его речи.
-Прошу, поведай мне, как я…
Внезапно голову Агардаона повело назад, так, словно это происходило без его воли. Он устоял на ногах. Но если бы кто-нибудь заглянул ему в глаза, то увидел бы, что там зашевелилось нечто совершенно чужое.
Дирм дернулся вперед, но рука Фойна безоговорочно оставила его на месте. Сам Фойн с не меньшей тревогой смотрел на спину Агардаона.
В этот миг в сознании мага ширились гнетущие сумерки, и тяжелое гудение наполняло мысли, лишь отзвуки которого можно было понять как слова. Чудовищная речь медленно ползла: «…Ты, Агардаон… молодой неопытный маг… я знаю тебя… о тебе все… о твоей судьбе сироты… лесных бандах… скитаниях в городах… об ученичестве и магии… о жестокости… об убийстве Зверя и о найденных единомышленниках… о побеге… погоне и поисках… о желании мести, жажде мести… безгранична моя власть внутри твоих воспоминаний… твоих замыслов… я овладеваю всеми твоими мыслями одной за другой… и слышу то, что ты думаешь сейчас… даже твои будущие дни открыты мне… могу показывать тебе все, что с тобой произойдет… маг Агардаон… власть моя необозрима… так как же ты осмеливаешься что-то просить у меня… когда весь ты в моей власти… воля твоя пожрана мной… маг Агардаон…»
Тихо в этом загробном молчании прозвучали слова Агардаона:
-У меня нет желания сопротивляться тебе, о жутчайший койд… Я не несу в себе вражды… Сейчас я действительно твой… но мне придется разорвать эту связь, чтобы я смог отправиться за мертвецом для тебя…
Дирм и Фойн могли слышать лишь ответы мага, но не весь разговор, происходящий в опутанном койдом сознании Агардаона. Им оставалось только вглядываться в неподвижно зависшую в воздухе цепь; бессильно всматриваться в сероватый туман, застилающий зал.
А неслышимый для них голос койда продолжал:
«Сулишь мне пищу… маг Агардаон… хочешь задобрить меня… сделать послушным… человечишко… жалкая тварь… приходишь за предсказаниями и обещаешь мертвеца… свежего мертвеца… хрусткие кости… окоченелая кожа… дай мне его… тогда и спрашивай… жалкий грязнокровный выродок… маг Агардаон…»
-Несколько моих людей охотятся сейчас для тебя… Я послал их в серые кварталы… Ты и сам это видишь в моих мыслях… как и искреннюю заботу о тебе, о смертеподобный койд… Они вернутся с добычей, и я принесу ее тебе…
Дирм едва заметно покачал головой и вздохнул. Его тяготила мысль о том, что придется опять спускаться сюда, таща мешок с трупом.
«Вижу это… знаю, что не лжешь… ты никогда не лжешь мне… маг Агардаон… иначе лежал бы подо мной давно… твой белый скелет… без клочка мяса… но ты сам решаешь… когда мне быть сытым… а когда голодным… это неправильно… человечий ошметок… не желаю давать тебе ответов…»
-Но ты открывал грядущее Фойну сегодня… Фойн заверил меня в твоем согласии давать ответы…
«Невозмутимый убийца… мне было не жаль… открыть ему что-то… он был покорным и почтительным… его воля не топорщилась острыми клыками в его сознании… подобно твоей… маг Агардаон…»
-Согласен с тобой, о губительный койд. Моя дерзкая непреклонность раздражает тебя. Но я все равно в твоей власти и покорно жду милости. Надеясь, что ты позволишь мне собственноручно принести тебе обещанное.
Фойн выразительно глянул в глаза юного мага и увлек его в коридор, прочь от стоящего в зале Агардаона.
-Теперь все сделано, - едва слышно прошептал он Дирму. Затем кивнул Ишэрту, смотрящему на него издалека. На высоте бедра Ишэрта в темноте двигались светящиеся глаза.
Трое оставались во мраке в ожидании своего предводителя. Его отсутствие затягивалось. Но никто из них не думал беспокоиться. Уверенность в воле Агардаона, которая может противостоять даже давящей мощи койда, была сама собой разумеющейся для этих магов.
Агардаон вышел в холодном спокойствии. Свет факела ласкал его лицо.
-Десятый день, посвященный Богу Тепла Родного Дома, десятый день от новолуния… Он будет удачным, - произнес маг как бы наполовину самому себе, закрывая створки тяжелых дверей. Потом внезапно вздрогнул, помедлил и произнес уже совершенно точно не людям:
-Сегодня же. Клянусь тебе.
Дирм опять помрачнел, хотя этого никто не мог заметить.
-Тиргга должна вернуться с добычей. Как можно скорее. Нужно, чтобы кто-нибудь вызвал ее и сообщил о срочности.
-Это сделаю я, - заявил Ишэрт. – Сейчас у меня сил больше, чем у вас.
-Но не больше, чем у меня, - прозвучал из-за спины Фойна голос юноши.
Агардаон едва заметно хмыкнул.
-Да делайте, что хотите. Хоть оба Кинжал вызывайте. Труп должен быть здесь этой ночью.
-Это мы уже поняли. Скажи, что еще открыл койд? Десятый день будет удачным? А подробности?
Агардаон задумчиво скривил губы.
-Он показал мне все то же, что открыл Фойну и еще… еще он показал Мирайва, нападающего на меня… меня, всего в крови… и опять что-то о Звере… это он не открыл – просто прошептал, что мне суждено встретиться со Зверем Мирайва…
-Со Зверем Мирайва? Трудно представить себе это чудовище, - проговорил Дирм.
-Твой Шакхашт был ужасен, но кто оберегает дар Мирайва?..
-Что гадать? Больше койда мы не увидим. Да и самое важное уже известно – все мы останемся живы, - Агардаон решил прекратить предположения и загадывания.
-Даже его предчувствия могут быть искажены силой, способной изменять течение магии, - заметил Фойн, беря факел из рук Агардаона и направляясь прочь от дверей зала койда.
-Страшиться можно чего-угодно. Но вот мертвеца нужно найти сегодня же!



[466x699]