…возник позади их фигур. Они стояли полукругом. Не понимая.
Она уже успела обнажить Гливорх. Меч счастливо поблескивал в скудном небесном свете. Ближе всех к нему был Свартварг. Волчья судьба.
-Ну же! Покажите мне теперь свое мастерство! Вы так кичились им передо мной. Покажите мне!
Она по-звериному скалилась.
Безумие, охватившее ее, не давало ей заметить появления Тъерха. Она ловила взгляды воинов. Тех, что когда-то были рядом.
-Вижу, вы не спешите бросаться на меня! А жаль! Потому что я жду!!
Выкрикивая эти фразы, она танцевала перед ними. Танец воина, ищущего лучшую боевую позицию, ждущего удар с любой стороны.
Мужчины молчали.
Они не двигались, не защищались. Тъерх не мог видеть их лиц, но он понимал их.
-Антра, прекрати это! – выкрикнул наконец Олдринг. Его большая ладонь протянулась навстречу девушке, показывая, что он не признает ее ярость. Так, словно она была для него прежней Антрой, милым и понимающим другом.
Гливорх легко, но опасно сделал петлю в сторону этой руки. Взгляд Олдринга потемнел.
-Ты не в себе.
-Знаю! Я в бессмертном теле, а это уже не-Я! Что, друг Олдринг, не хочешь ли сразиться со мной?! Обещаю, это будет увлекательно!!
Олдринг отступил на шаг и перестал смотреть ей в глаза.
-Не хочу иметь дело с тобой, когда ты безумна.
-Ааа! Страх – прекрасное чувство! Оно не портит воина! – Антра изводила себя злобным наслаждением.
Самый опытный боец в отряде не ответил ей.
Тъерх следил за мгновенными переменами в ее лице, и сомнения обуревали его, не давали действовать. Он не знал, когда вмешаться.
Вперед выступил Хэфворт, отстраняя застывшего и словно окаменевшего Свартварга.
-Зачем тебе это нужно? Ты ушла из отряда, теперь же возвращаешься и оскорбляешь нас. Чего ты хочешь?
Несколько чувств сменилось в неистовых глазах Антры.
-Мести! Мести за все ваши поступки, ранившие меня! Я хочу нанести такие же раны на вашей коже!
-Неужели мы заслужили только ненависть от того, с кем столько лет были неразлучны? Мы сражались бок о бок, защищали друг друга, мы были едины в самые злые времена! И теперь ты желаешь для нас смерти?! – Хэфворт был столь же неистов в своем стремлении вернуть отряд к прежнему единству, как и она в своем желании мстить, но в его лице отражалось опасение. Непреклонно веря в своих богов, он сторонился всего темного. Чуждая, незнакомая Антра, стоящая перед ним, была болью для него.
Она расхохоталась.
-Да!! Вы слепы!
-Ослеплена ты, - произнес вдруг Хорл. – Не знаю, что захватило тебя, но ты покоряешься чужой воле. Мстить кровью за обиды – мысль одержимого или безумца!
Только один взгляд бросила Антра в его сторону.
-Я не буду сражаться с тобой. Твоя жизнь слишком дорого стоит.
Многие воины обернулись к Хорлу. Он замкнуто молчал.
-Что это значит? – спросил Ровдьюр.
Антра усмехнулась.
-Сила Тъерха была потрачена на исцеление его ран, - она получила удовольствие, увидев, как Хорл вздрогнул.
-И теперь он обязан жизнью этому отродью! – вскричал Арчеф.
Гливорх метнулся в его сторону и напряженно завис в воздухе.
-Пожалуй, - из тона Антры исчезла ирония, - первым будешь ты.
-А, так очередь дошла и до меня! – звенящая улыбка как всегда надежно прятала его страдание. Арчеф страстно любил девушку. Когда-то он был с ней.
-За это и за две стрелы – будет твоя кровь!
-Никто из нас не будет с тобой сражаться, - бросил ей Бьерн. Его лицо было по-обычному строго и терпеливо, но глаза поблескивали опасным огнем, говорившим о том, что великан взволнован. Антра привычно взглянула на него с покорностью, основанной на глубоком уважении. Но тут же опомнилась.
-Даже ты, Бьерн, не сможешь остановить меня. Впервые. И я чувствую такую свободу!
Невеселая улыбка дрогнула на губах Арчефа. Воины не действовали, но теперь уже почти все они почувствовали, что Антра действительно стоит по ту сторону. Кто-то уже делал незаметный шаг вперед. Но ни один меч не был обнажен, и Гливорх в одиночестве дожидался противника.
Тъерх был в смятении. Он оглядывался назад, всматривался в пока еще светлую чащу, стремясь различить тонкий потусторонний звон. Он не сомневался, что она следит. Но она еще не появлялась, и ему было жутко ждать ее вмешательства, ее решающего приказа.
Хотя Антра уже готовилась к нападению. Она еще не знала, на кого. Перед ней царило молчание.
-Может, начнешь? – разорвал его голос Свартварга. – Положишь конец этой безобразной игре?!
-Ты?
-Как пожелаешь, - со звенящей от чувства невозмутимостью ответил он. Потом улыбнулся – Только без Форга! – он ступил на шаг вперед и склонил голову, предлагая нанести удар. Ему было все равно. Но все же он был уверен, что девушка не сделает этого.
Он не видел, что ее рука уже начинает медленное движение.
Тъерх метнулся к ней. Его рывок был видим лишь Антрой. Но охваченная черным бешенством, она все же вздрогнула. Вновь он стоял меж ней и Свартваргом. Но на этот раз за спиной нечеловека был юный воин. Лишь один Тъерх не сомневался в том, что Антра сделает удар.
Она была застигнута врасплох. Гливорх неожиданно замер.
-Тъерх?
-Я не дам тебе сделать этого.
Словно бы с сожалением она произнесла:
-Ты не понимаешь. Отойди.
Подняв взгляд, Свартварг обнаружил перед собой непрошеного защитника. Остальные в немом волнении взирали на ночное существо, которое им прежде доводилось видеть лишь призраком во мраке. Его резкий силуэт чернел перед ними слишком явно, и они бессильно следили за ним.
-Жаль, та стрела не убила тебя, - прошипел сквозь зубы Свартварг. Но Тъерх даже не обернулся.
-Антра, неужели ты не чувствуешь, что это она? Это ее желание?
Лицо воительницы стало ужесточаться.
-Как ты смеешь?.. Признавать, что моей волей управляет она?! Разве я сама не могу почувствовать?!!
Звериные зрачки болезненно впились в нее.
-Я слишком хорошо знаю ее приказы! Я сам подвергался им бесчисленное количество раз!! Поверь мне! Поверь мне…
-Ее здесь нет! Разве ты не слышишь, что лес чист?
-Верь мне! Она здесь и видит все. Зачем тебе убивать своих соплеменников?! Подумай!
Но Антра, казалась, не желала допустить ни малейшего сомнения в свое кристальное бешенство.
-Я ненавижу их!
-Зачем тебе их кровь?
-Я хочу ощутить свою силу, свое обретенное бессмертие!
-Она даже не спросила твоего желания. У тебя просто отобрали твою смертную жизнь!
-Безразлично! Я заберу то, что жажду!
-Пусть забирает, темное отродье, - процедил Свартварг. – Это ее желание.
Тъерх медленно моргнул, показывая, что хочет пропустить слова человека мимо своего слуха.
-Позже она отпустит твое сознание, и ты будешь страдать от того, что сделала. Лишь потом осознав…
Он жаждал увидеть хоть одну дрогнувшую черту, мгновение понимания. Но лицо Антры только настороженно замерло перед ним.
-Я не буду сожалеть. Ты ошибаешься… Отойди!
-Зверь, отпусти ее. Пусть убивает меня. Тебе так важна моя жизнь?
Тъерх рывком обернулся и уперся в наполненный самоубийственной тоской взгляд Свартварга.
-Мне важна лишь она. И она возненавидит себя, если вспорет твой живот, смертный!
Волкочеловек не дрогнул. Тъерх отпустил его. Тихо, почти бесшумно, он прошептал:
-О, зачем ты оставила мне волю?..
Шелестом листвы, которой не было, которая давно умерла на этих ветвях, прозвучал слышимый лишь двоими ответ.
Посмотреть… как ты будешь метаться...
Антра потерянно оглядывалась, бесплодно всматривалась в кроны. Конец Гливорха уткнулся в снег. Теперь она смогла наконец осознать, что ее присутствие окружало их уже давно. Нутро чащи вывернулось наизнанку, став выпуклым и мерзким от торчащих во всю сторону копий горячечного бреда. Она показала свою истинную силу.
Люди, не слыша ее голоса, растерянно прислушивались. Они не могли уловить тех перемен, с которыми она вторглась на место их ночлега. Но для двоих существ небесный свет начал неумолимо меркнуть. Они чувствовали, как земля под ногами томно зашевелилась, словно в ней передвигались огромные слепые чудовища. Сладкая музыка предобморочного бреда наполнила их сердца, и бежать куда-либо уже не было смысла. Сквозь просветы между деревьями уже начала сочиться тьма.
Смотри… она сейчас будет убивать…
-Я не позволю ей!
Попробуй…
Своей худой фигурой Тъерх заслонил ничего не понимающего и слишком уязвимого в этот миг Свартварга. Когда Антра бросилась на него, он хотел лишь одного – закрыть глаза, не видеть, как слишком искренняя ненависть исказила ее прекрасный лик. Он предчувствовал удар в сердце. И лишь скривился, ощутив прохладу клинка с левой стороны.
-Ахххаа..., - с трудом выдохнул он.
Щеки Антры заливали слезы. Но страшная ненависть все еще стояла на ее лице.
Это особое чувство… правда?..
-Да… - прохрипел он, заставляя плоть сходиться вновь. – Волкочеловек, беги.
Пораженный Свартварг сделал несколько шагов назад и остановился. Он не отрывался от вздыбленного силуэта Антры с поднятым мечом. Лишь ее глаза были просветами ее истинных чувств. Они сияли нечеловеческой мукой.
Я создала ее для тебя…
Тъерх был заворожен. Он, казалось, не заметил, когда новый замах Гливорха обрушился на него. Воины угрюмо наблюдали за тем, как девушка наносит полузверю раны одну за другой, не щадя ни головы, ни тела, и он сгибается все ниже, ниже…
Ты всегда хотел знать, кто ты… кем ты был до моего дара…
Его лицо уткнулось в белоснежную землю, волосы рассыпались вокруг головы. Он призывал силу, пытался залечить одну из ран, но тут же получал новые и новые.
Я создала тебя из умирающей рыси…
Если б он мог, он бы закричал. Его хрупкий палач встал над ним.
Достаточно с него… теперь отведай настоящей крови…
Ее марионетка повернулась к отряду, в безмолвии ожидавшему чего-то. Может, этого?
Холодный и размеренный шаг убийцы миновал Свартварга, двинулся в сторону Хэфворта. Предводитель отряда отстегнул перевязь с мечом и бросил вниз. Он был непреклонен. Биться с Антрой было для него невыносимо. Сквозь слезы его противница жестоко усмехнулась ему.
-Безропотно? Что ж…
Но грань чужого клинка остановила двинувшийся было Гливорх. Длинный и прекрасно сбалансированный меч держал этот стальной крест недвижимым.
-Нападать на того, кто не сопротивляется – удел слабых, - проговорил обладатель меча, Арчеф.
-Ты же не будешь сражаться с ней? – холодно спросил Хэфворт.
Арчеф только рассмеялся.
-Если нет, она убьет нас.
С молчаливым страданием на лице Антра приготовилась к атаке. Арчеф встал напротив нее и поднял острие меча, готовясь защищаться. Он был собран и напряжен. Остановить бессмертную хотя бы на некоторое время было его единственной целью.
Она рванулась, и бешеный звон стал началом молниеносной схватки. Мечи со скрежетом сошлись, тут же оторвались друг от друга. Вновь и вновь они наталкивались, создавая яростный крест противостояния. Воительница рубилась слишком страстно, не глядя, не щадя, безжалостно рассекая Гливорхом. Ей была безразлична собственная защита. Арчеф же отчаянно оборонял свою жизнь, отступая под этим безумным нападением на новые и новые доли шага. Он не мог воспользоваться неосторожностью девушки. Она была для него страшным противником, и самым главным преимуществом, которым она обладала, была ее неприкосновенность. Арчеф боялся сделать малейший опасный выпад. Все его силы уходили на защиту, которая становилась все сложнее.
Тъерх медленно вставал со снега.
Кошачьи зрачки носились вслед за Гливорхом.
И теперь ты ее не остановишь…
Но он даже не ответил на этот растворенный в воздухе шепот. Догадка проскользнула в его сознании, и он со все нарастающим напряжением следил за сражающимися. Кажется, он знал, что должно было произойти.
И это последовало мгновение спустя. Воспользовавшись неуловимо верным мигом, Антра подалась вперед, и длинный меч прошел в ее тело.
Свартварг издал страшный вопль.
Тъерх знал: это было единственное, что еще могла сделать ее собственная воля. Одно неверное движение.
Арчеф потрясенно застыл. Девушка медленно приближалась к нему, пропуская сквозь себя сталь его меча. Словно даже удовлетворение промелькнуло в ее измученном взгляде. Он в немом ужасе выдернул клинок. Она начала падать.
-Что ты наделал?!! – не помня себя, вскричал Ровдьюр.
-О, Кьарр!!!
Пошатываясь, он опустился к той, которую любил. Она тихо истекала кровью у его ног. Трясущиеся руки несчастного пытались закрыть рану, но поток бил слишком сильно.
Внезапно перед ним возник Тъерх. Воин бессмысленно уставился на нечеловека. Взгляд Тъерха был ледяным. Он быстро наклонился и подхватил раненую Антру на руки, забирая ее у потерянного убийцы. Девушка была еще жива. Она пыталась что-то прошептать своему хранителю, но кровотечение не давало ей. Кожа ее не становилась бледнее, и глаза все еще сверкали пониманием. Тъерх бережно прижал ее к себе, отходя от онемевших в ужасе и скорби смертных.
-Она умирает? – почти моля об ответе, спрашивал Хорл.
Арчеф так и оставался недвижим. Он словно не слышал и не видел ничего.
-Да. Она умирает. Один из вас стал ее убийцей, - глухо прошипел Тъерх. Он держал девушку так, будто у него хотели забрать ее обессилевшее тело. Он посмотрел на нее. Тяжело дыша, она прошептала:
-Это все, что я могла сделать… Чтобы они уверились… и ушли…
Этих слов, слышимых лишь чутким звериным ухом, не различил больше никто. Тъерх поднял глаза на людей.
-Вы убили ее. Все вы! Убирайтесь! Прочь!!
-Но ее бессмертие?! – закричал Ровдьюр.
-Это была ложь! Ее обманули, и теперь она умирает! – его голос сочился неподдельной болью. – Прочь!!! Оставьте эти леса!!!
Воины действительно дрогнули. Все, кроме бесчувственно стоящего Арчефа, были готовы уйти. Антра была в руках своего отродья Тьмы, теперь они ничего не могли сделать.
-Убирайтесь!! Бегите!!! – он держал свое сокровище в объятьях, и ничто больше не имело для него смысла. Он понимал, что этот миг слишком краток. И если они сейчас не уйдут… Он в гневе отчаяния зарычал: Да оставьте же нас!!!
Значит ты все равно получил свое?..
Он закинул голову вверх.
-Будь ты проклята!!! Будь-ты-проклята!!!
Антра на его руках шевельнулась, и он услышал ее удивленный хрип:
-Я не могу… сделать этого… исцелить себя…
Живые и движущиеся сумерки скрутились в узлы невозможного смеха.
Потому что я не дала тебе этой силы…
-Антра… Антра… это сделаю я… Сейчас, - Тъерх торопливо и нежно склонился к ней.
А что, если я верну все на места?…
Дрожа от волнения, он начал лихорадочно призывать исцеляющую силу. Он чувствовал, что не успевает… Не успеет… Кровь начинала течь вспять, рана уменьшалась на глазах…
Если я заберу все, что давала?..
Девушка уже дышала легче. Она смогла поднять глаза на него. Ей хотелось приникнуть губами к своему вечному спасителю. Она счастливо улыбалась сквозь остатки боли. Он был с ней…
Не успеешь… Прощай, Тъерх…
Шрам уже закрывался, когда она почувствовала, что падает. Бережные любящие руки словно отпустили ее. Она беспомощно оказалась в холодящих ладонях земли. Какие-то крики приближались со стороны. Люди спешили к ней, но она не понимала этого. Она недоумевала, куда исчезла ее защита, ее спокойствие в этих родных руках. Уже ставшее привычным ощущение собственного могущества, безнаказанности тоже пропало. Снег был слишком холоден. Приходя в себя, она оглянулась. Безразличные ей люди, которых она даже не узнавала, обступали ее.
Рядом с ней лежало лишь животное. Мертвая рысь.
Густой мягкий мех трепал северный ветер. Длинные лапы были безжизненно раскиданы. Маленькая изящная голова… Пасть, испачканная кровью.
Она судорожно разомкнула губы. Дыхания не хватало.
Тъерх!
Что-то сжало сердце так, что она в полубеспамятстве качнулась вперед, на миг ослепнув и оглохнув.
Это он… то бесконечно любимое черное существо, та уставшая от пыток душа, те пронзительно искренние глаза зверя…
Зверя…
Узкие зрачки мертвой кошки.
Только что он был с ней, он принадлежал ей, не был так невозможно, невыносимо потерян…
Как сейчас.
Навечно.
Золотистый звон медленно стихал, чаща приобретала прежние формы, и волны наваждений откатывались прочь, но об этом ничего не знала маленькая девушка, скорчившаяся в снегу, рыдавшая над телом мертвой рыси.


На ее вздрагивающие плечи легли теплые руки. Над нею чутко склонился Тругенкнив.
-Антра… Тише, тише, - не дожидаясь и зная, что не дождется ответа, он обнял девушку, мечтая впитать хоть частицу ее скорби. – Тише…
Она ничего не замечала, прикосновения были безразличны ей. Но его присутствие все же донесло что-то до ее сжавшейся в живой комок души. Она не сопротивлялась, когда Тругенкнив попытался отстранить ее от рыжевато-серого мертвого зверя. Взгляд лишь бессмысленно скользнул вслед за движением головы.
Рядом были уже все. Ровдьюр сел подле нее, боясь прикоснуться к ней, обратиться с какими-то словами. Он слишком ясно все осознавал. Хэфворт стоял позади них, он мог лишь смотреть на то, как молодой воин прижимает к себе безропотную Антру, гладит ее волосы, силясь хоть как-то успокоить. Сам он оставался безмолвен, как и почти все время той пытки, которая пронеслась перед его глазами мгновения назад. Его чистая и горячая вера не могла ему позволить даже подойти к той, чье тело было пристанищем Темного Духа, но он усилием воли сломал это в себе и оказался рядом с ней. Он не мог иначе.
Свартварг едва держался на ногах от беспощадного потрясения. Его обычная волчья собранность пропала. Он бросал на девушку взгляды один безумнее другого. И сквозь них рвалось нагое истинное чувство.
Ветер подвывал, бесцельно носясь вокруг, сквозь колонны леса. Но неприкосновенная тишина царствовала над ним, и она прерывалась лишь тихими всхлипами.
Далеко позади маленькой группы людей, несмело окруживших троих, сидящих в снегу, стоял Арчеф. Медленный леденящий ветер проникал сквозь его одежду и сквозь его плоть. Он даже не шевелился, словно от раны души умерло его тело. К нему подошел Хорл.
-Идем, брат. Она жива, ты ничего не сделал. Это было ее желание.
Арчеф сквозь странный сон посмотрел на него.
-Идем.


Голос Бьерна, опустившегося на колени рядом с телом животного, прозвучал неожиданно громко, удивленно:
-Она жива. Эта рысь жива. Антра, твоя кошка только ранена.
Девушка была не способна услышать ничего. Все еще беззвучно, отчаянно рыдая, она не вняла этим словам. Но Тругенкнив быстро повернулся к знахарю.
-Жива? Как это может быть?
Бьерн приподнял голову зверя, рассматривая окровавленную пасть.
-Должно быть, она была подстрелена из пращи. Сейчас найду рану. Такой густой мех…
Его большие, но невероятно ловкие руки начали осматривать тело рыси. Пальцы зарывались в пушистую шкуру, искали невидимое место ранения.
-Вот здесь. Почти под лапой. Сейчас…
Внезапно очнулась Антра. Блистающими от слез и горя глазами она поймала руки Бьерна.
-Оставь… его… Он мертв… теперь…
-Девочка, - ласковым тоном старого учителя произнес он. – Твой зверь жив. И я постараюсь вылечить его. Позволь юношам отвести тебя к костру. А когда тебе станет немного лучше, я покажу тебе, как я лечу твою рысь, - он видел, что она плохо понимает его слова. – Тругенкнив, Ровдьюр, что вы застыли? Отведите Антру в тепло, напоите ее старкттэ.
Тругенкнив как можно осторожнее поднял Антру на ноги, и вместе с Ровдьюром они повели девушку в сторону разведенного отрядом костра. Антра позволила им это. Она лишь уронила голову и вновь забылась в своей утешающей бесчувственности.
-Ведь эта кошка – он? – с трудом веря в свои слова, проговорил Хэфворт, обращаясь к знахарю. Но ему неожиданно ответил Олдринг, стоящий за его спиной.
-Да. Если ты все еще доверяешь моему чутью. Сейчас оно, кажется, вернулось ко мне. И я даже вижу, в какой стороне Скалле. Этот хищник – то существо, которое было с ней.
-Я даже знаю, что прежде того черного колдуна носили по лесу эти самые лапы… Он был рысью и раньше. Когда-то.
Хэфворт недоверчиво посмотрел на лежащую под его ногами кошку.
-Удивительно, - словно бы самому себе проговорил старый знахарь. – Столько лет эта рана ждала исцеления.


Жестокие путы севера наконец отпустили их. Впереди медленно поднимались белые холмы, за которыми начинались отроги Скалле. Отряд двигался по вновь обретенному пути. И хотя ночи у костра были молчаливы, мир незаметно завоевывал исцарапанные лежащим позади мраком души. Антра пыталась быть прежней. И вновь она могла смотреть в глаза тем, с кем слишком давно была связана судьбой.
Раненый хищник оживал. Вскоре он уже перестал хромать и мог проходить с отрядом дневные расстояния. В одну из глубоких ночей Антра отпустила его, прогнала подальше от стоянки людей. Здесь уже кончались земли его родного леса. Рысь несколько раз оглянулась и исчезла в темноте. Но утром она вернулась и больше никогда надолго не покидала хозяйку.




14.02.04 – 13.04.04
Томск
[488x699]