Много лет назад мой коллега по журналу "Юный техник" написал симпатичную статью о музее "Огни Москвы". Мне очень захотелось туда пойти. Но я так и не собралась: много работы, домашних забот...
И вот сегодня девушка из другого поколения, которая, наверное, еще только родилась, когда я работала в "ЮТе", пригласила меня в этот музей. Нам нужно было встретиться, чтобы обменяться флешками, и Антонина
aprilhaxar предложила встретиться в этом музее. Как же я ей благодарна за этот выбор!
Антонина уже много и очень интересно рассказала о нашем походе в своем сообщении
http://www.liveinternet.ru/users/aprilhaxar/post144706706/. Она снабдила свое описание прекрасными фотографиями. Старые экспонаты за бликующими стеклами в полутемных залах получились у нее объемные, нарядные, «живые». Я процитировала у себя ее сообщение, и на меня пролились потоки незаслуженной славы, восторги и благодарности, адресованные на самом деле Антоше.
Здесь я добавлю то, что важно и интересно для моего поколения.
Разглядывая музейные уличные фонари, керосиновые лампы, фотографии старой Москвы – я подумала, как же мне повезло в жизни попасть в такой отрезок истории, где время бежало быстро, где на моей жизни сменилось несколько ступеней бытовых культур. И много интересного еще предстоит увидеть…
декабрь 2010
[699x653]Керосиновая лампа. Это мое послевоенное детство. Перебои с электричеством бывали часто, и мы коротали долгие вечера вокруг этой лампы. Загадочные тени от лампы, ее мерцающего фитилька кружились по стенам.
[700x525]А вот они, железные "кошки", или "когти", которые надевал дяденька-электрик, чтобы залезть по столбу чинить электричество. А мы, дети, с восхищением на него взирали, как на инопланетянина.
[700x525]Это настоящие железные "кошки". Переходя к следующему столбу, электрик не снимал их и смешно ковылял и косолапил на этих железяках.
[700x525]Вот он какой, велосипедный фонарь начала ХХ века: "Я заряжал велосипедный фонарь магическими кусками карбида, защищал спичку от ветра и, заключив белое пламя в стекло, осторожно углублялся в мрак". Владимир Набоков "Другие берега".
[700x525]Старая лампочка накаливания. Ее превозносили за экономичность. Мы прожили с нею столетие. Казалось, она вечная. Но теперь она уходит.
[700x525]За зданием старинной электростанции на углу Большой Дмитровки стоит Пашина математическая школа №179. Когда Паша в ней учился, в этом здании были правительственные гаражи. Теперь здесь выставочный зал Малый Манеж.
[700x525]Радиорепродуктор из плотной черной бумаги, по которому Левитан читал военные сводки от Советского Информбюро. В нашем послевоенном доме тоже был такой.
[700x525]Точно такие часы висели в Большом Саввинском переулке, по которому я поздно вечером возвращалась из школы во вторую смену
[700x525]А вот такие механические программируемые часы висели у кабинета директора и давали звонки на уроки и перемены.
[700x525]Ах, какая встреча! Первый массовый отечественный телевизор КВН (Купил-Включил-Не работает). В старинных каменных палатах с метровыми стенами он тоже выглядит очень старинным.
[700x525]В древних палатах с низкими сводчатыми потолками и маленькими окошками удивительно хорошо. Не хочется уходить. Здание строили со всей душой, на века.
[700x525]В музее оказалась афишная тумба, и среди афиш - оформленная в стиле модерн афиша многовековой пьесы "Свет".
[625x699]А вот изящная театральная программка музея, которую гостеприимные работники дарят посетителям этого прекрасного музея-театра. Театра Света.
Размещено с помощью приложения
Я - фотограф
А здесь Антоша спускается со второго этажа музея. Там художественная студия, где занимаются школьники.
Выйдя из музея, мы еще долго не хотели расставаться. Как будто мы были давно знакомы, просто долго не виделись.
Антонина в жизни не совсем такая, как она пишет о себе в блоге. Она гораздо красивее, умнее и тактичнее. Она уникальный человек, один из немногих, которому выпало за всех за нас нести на себе ношу. Как и мой Паша, она несет груз высокого интеллекта, это Поручение от Господа Бога, как сказал когда-то поэт Баратынский. И этот груз особенно тяжел, когда он остается невостребованным неразумным нашим человеческим обществом.
Эти люди всегда чем-то похожи. Ее улыбка, разрез глаз, понимание с полуслова напомнили мне Пашу. И так стало тепло и светло.