Вспомнилось, как в дни Майдана-2 наставник секты Цветка Лилового Лотоса (кстати, эта секта в своё время поддерживала и чеченских террористов) бурно радовался (сторонники Майдана-2, до сих пор грезящие его "светлой космической энергией", соврать не дадут), что "под грохот барабанов свободы бодхисаттвы выскакивают из-под земли". Даже не спрашиваю, что же это за светлые такие бодхисаттвы обитают под землёй, а потом выскакивают, как чёртики из табакерки, но сразу вспоминаю другой барабан и его звуки:

"Поликсена уже предвидела развязку: призрак Яна Жижки поведет одержимого на смерть.
Образы ее предчувствий один за другим завихривались магическим авейша в мир вещественного, чтобы стал наконец реальностью воздушный замок ее возлюбленного. Вот Зрцадло голосом Яна Жижки отдает приказ о короновании Отакара; эти пророческие слова он скрепляет вторым приказом: дубильщик Станислав Гавлик должен собственноручно изготовить из его кожи барабан; и он вонзает – себе – в сердце – нож.
Следуя распоряжению, Гавлик склоняется над трупом актера…
Охваченные ужасом, мужчины разбегаются. Только ее это зрелище неумолимо держит в дверях: безумная графиня хочет видеть – хочет видеть все. Наконец, наконец дубильщик доводит до конца свою кровавую работу…
...
Впереди в дьявольском хохоте рассыпался барабан дубильщика Гавлика; человек-тигр, он идет во главе, скаля зубы в каком-то первобытном экстазе.
Из соседних переулков доносились предсмертные крики и шум побоища: истреблялись разрозненные группки сопротивляющихся.
...
В неверном сиянии факелов Поликсене привиделся какой-то человек; подобно тени он мелькал там и сям, появлялся и исчезал вновь.
Казалось, он был наг, с митрой на голове; она не могла рассмотреть как следует. Его руки били в невидимый барабан.
Когда процессия остановилась перед домом, он – призрачный барабанщик – вдруг возник, словно сгусток дыма, в верхнем конце переулка – и барабанный рокот стал каким-то далеким, зовущим.
«Он наг; его кожа натянута на барабан. Он – змея, которая живет в людях, а когда они умирают, она сбрасывает кожу. Я – грунтовая вода», – мысли Поликсены смешались."

Вот он, подземный боддхисаттва, вместе со своим барабаном свободы из человеческой кожи выскочивший из-под земли во время пражского Майдана, описанного Майринком в романе "Вальпургиева ночь". Написанном, кстати, в 1917 году.