Вот, помнится, возмущались в свое время поступком Павлика Морозова. Мол, это ж надо было ТАК промыть мозги ребенку, чтобы он пошел куда следует и донес на родного отца! И сей факт советская пропаганда приводила, как пример доблести и настоящего патриотизма: вот, мол, образец для подражания... не-е-ет, это же совершенно бесчеловечно, это же противоестественно... и так далее.
А вот интересно: если сын знает о деяниях отца, подпадающих под уголовную статью, -- должен ли он молчать? И в какой момент гражданский долг может перевесить? Скажем, не сданная государству своя пшеница -- это одно, раздерибаненный лифт -- это другое, убийство -- вроде как третье... так вот где граница-то пролегает? И должен ли сын заложить отца, оказавшегося серийным убийцей? Не окажется ли он и в этом случае аморальным типом а-ля Павлик Морозов в принятом нынче понимании?
Вот, например, с финансовыми махинациями в особо крупных размерах все понятно: сдали же полиции тов. Мэдоффа евонные сыновья, как только узнали о том, что папа -- аферист, и ничего... ни одного высказывания в стиле "отца родного предали!" То есть Павлику -- нельзя, а детям Мэдоффа -- можно? Или это и не предательство вовсе? 8-)