Это цитата сообщения Pepel_Rozi Оригинальное сообщение
Консервация с характером: перцы с овощной начинкой в пряной заливке на зиму!
Консервированные перцы с овощной начинкой: вкус, который покоряет с первого кусочка
Когда‑то фаршированный перец в томатном соке был настоящим дефицитом, а сегодня вы можете приготовить эту легендарную закуску самостоятельно. Выбирайте небольшие разноцветные перцы — так готовое блюдо получится особенно ярким и аппетитным. Сочная начинка из моркови и лука в пряной томатной заливке делает заготовку невероятно вкусной: такие перцы станут украшением любого стола и отлично подойдут для зимних запасов.
Когда монета встанет на ребро,
ты пораскинешь лобной долей львиной
и перечтешь «Женитьбу Фигаро»,
и пересмотришь «Восемь с половиной»,
вдохнешь сквозняк из затемненных ниш,
зимой предвосхитишь дыханье мая,
простишь друзей, врагов благословишь,
при этом их местами не меняя.
Держа судьбу, как сумку, на весу,
ты пыль с нее стряхнешь и счистишь плесень.
Баланс сойдется с точностью до су,
небесным восхищая равновесьем.
Растает снег, и опадет листва,
дождётся всё законного финала…
А от тебя останутся слова —
не так уж много.
И не так уж мало.
© Александр Габриэль
[560x700]
Холода у нас опять, холода…
Этот вечер для хандры — в самый раз…
В магнитоле — «Облади-облада»,
а в бокале черной кровью — «Шираз».
И с зимою ты один на один,
и тебе не победить, знаешь сам…
Не до лампы ли тебе, Аладдин,
что поныне не открылся Сезам?!
И не хочется ни дела, ни фраз,
и не хочется ни проз, ни поэз…
Проплывают облака стилем брасс
акваторией свинцовых небес.
Но уходят и беда, и вина,
разрываются цепочки оков
от причуд немолодого вина
и четвёрки ливерпульских сверчков.
Ничему ещё свой срок не пришел,
и печали привечать не спеши,
если памяти чарующий шёлк
прилегает к основанью души.
Так что к холоду себя не готовь,
не разменивай себя на пустяк…
(Это, в общем-то, стихи про любовь,
даже если и не кажется так).
© Александр Габриэль
[392x700]
Мне по жизни всегда тяжело с дураками, не понять мне победного их естества. Где ни встречу их — в Бостоне, в Риме, на Каме, — я ломаюсь. Пасую. Теряю слова. На их фоне литом я — разорванный в клочья. И летят в никуда, словно пух с тополей, все тревоги мои, все мои многоточья мимо тех, для кого одноточья милей. Дураки не умеют высчитывать шансы, им достаточно в спектре лишь пары цветов. Ну, а я так затейливо верю в нюансы и так страшно к ответам простым не готов. Читать далее
© Александр Габриэль
В сценарии записано: стареть,
не рваться ввысь, питаться овощами,
покорно обустраивая клеть
безжизненными нужными вещами,
ходить в контору или на завод,
топить себя в простом рутинном вздоре,
дремотно избежав нейтральных вод
и сладостно манящих территорий.
Вся эта жизнь — простая штука. Ведь
не наш удел — турусы да торосы.
В сценарии записано: стереть,
как ластиком, сомненья и вопросы;
не веря в шансы, жить наверняка,
закрыв свой мир иронией всегдашней
и тихо ждать гонца из городка,
известного своей наклонной башней.
Точи металл, твори изящный стих
в кругу привычных маленьких событий...
Сценарий очертил от сих до сих
границы, за которые не выйти.
Но, отыграв знакомую игру
и доведя строку до многоточья,
однажды ты проснешься поутру —
и, сделав вдох,
порвешь сценарий в клочья.
© Александр Габриэль
Каждый из нас - это коллекция моментов...
В чем-то весёлых, а порою грустных... Запоминающихся или пролетающих без следа... Моментов, которые никогда не отболят... И тех, что не перестанут дарить улыбку... В которых есть мы... И те, что есть в нас... Моменты...
Пусть тёплых будет больше...
© Елена Раевская
[517x700]
Я наконец научилась главному — следовать принципу «время покажет».
Я больше не паникую, не рву волосы на голове, не копаю истину, пока не сломается «лопата». Если что-то идёт не по плану, я просто откладываю это в стороны и жду, чем всё обернётся. А после делаю выводы.
Меня больше нельзя вывести на эмоции, поиграть на моих нервах и так далее. Я теперь знаю, что со временем всё встанет на свои места, откроется любая истина, и сложится любой пазл. Поэтому я больше не треплю себе нервы. Отныне я себя берегу, а на прочее просто забиваю.
© Анастасия Поручикова
[393x700]
Они берут на руки кота, прижимают к сердцу, приговаривая «Ах как же я люблю животных!», покупают коту дорогую еду и кучу брендовых игрушек, а потом кот вцепляется коготком в их свитер или шарф, тоже дорогой и брендовый — и они продолжают улыбаться и вести беседу, но пальцы! Пальцы нервно и зло хватают кошачью лапу, выкручивают ее, выдергивают из свитера или шарфа, а затем любовно разглаживают ткань, чтобы не осталось зацепки.
Или так. Они продолжают улыбаться и вести беседу, но пальцы! Пальцы обеспокоенно и нежно выпутывают кошачью лапу — осторожно, чтобы не вывихнуть, освобождают коготки, а затем любовно поглаживают шерстку животного: ну-ну, успокойся, все в порядке.
С людьми точно так же. Даже если много еды и игрушек. Даже если взяли на ручки и клянутся в любви. Не торопитесь делать выводы.
Подождите, пока запутаетесь.
И тогда — внимательно следите за их пальцами.
© Татьяна Петкова
[525x700]
В краю берёзовом, где пахнет росами,
Осталась юною душа моя,
Где небо синее, трава с покосами,
Где дарит силы мне моя земля.
Там птичьим пением рассветы полнятся
И греет золотом своим закат,
Грозою вешнею мне вёсны вспомнятся
И, белым маревом, вишнёвый сад.
Мне в край берёзовый вернуться хочется,
Обнять родителей, обнять друзей.
Поверить снова в то, что жизнь не кончится
И впереди ещё так много дней...
Ах, край берёзовый, земля родимая,
Прошу тебя за всё меня прости,
Залей дождями боль неутолимую,
Как жаль, что нет к тебе назад пути...
В краю берёзовом, где пахнет росами,
Осталась юною душа моя,
Где небо синее, трава с покосами,
Где дарит силы мне моя земля.
© Светлана Угрюмова
[400x700]
|
Грибков Сергей Иванович (1822-1893) — художник- жанрист, исторический живописец, мастер бытового сюжета, портретист, иллюстратор литературных произведений, педагог.
Сергей Грибков — самобытный художник второй половины XIX века, воспевший в своих работах красоту русских обрядов и семейных традиций.
Его произведения – это рассказы о жизни крестьян и купечества, о дворянских гнездах. Он создал галерею ярких народных образов в национальных и светских костюмах, показал быт русских помещиков, подчеркнув особенности разных сословий.
С. Грибков родился 4 июля 1822 году в Касимове (Рязанская область) в семье лавочника. Рано проявившийся талант не сразу был замечен родителями, заниматься живописью Сергей Иванович начал поздно. В 1844 году уже в зрелом возрасте он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Его учителями были талантливые мастера — М. И. Скотти и А. Н. Мокрицкий. Грибков был очень усердным студентом и добился блестящих успехов в живописи.
Сергей Грибков затрагивал темы, которые больше всего волновали общество, живописно, мастерски и эмоционально рассказывая о своих современниках: «У дверей приюта», «Девушка у зеркала», «У алтаря», «Прачка», «Мальчик с клеткой».
|
Дом, в котором пахнет яблочным пирогом — безопасное место. И если не в наших силах изменить мир так, как нам хочется; и если у нас нет возможности изменить обстоятельства так, как нам хочется; и если мы не в состоянии изменить себя так, как нам хочется…
То мы всегда можем найти яблоки, корицу, немного радости — и испечь яблочный пирог. И пусть даже он не получится таким, как нам хочется, это абсолютно не важно. Ведь мы окажемся в безопасном месте. Так, как и хотелось.
© Татьяна Петкова
[433x700]
Русская кухня: приготовьте что угодно, лишь бы получилась закусь.
Белорусская кухня: готовим все, что угодно, но из картофеля.
Украинская кухня: в качестве начинки для торта возьмите две свиных отбивных и сальные шкварки.
Грузинская кухня: приготовьте что-нибудь, засыпьте кинзой, залейте кинзмараули, добавьте сулугуни.
Французская кухня: как-нибудь поджарьте мясо, залейте его соусом, с которым вы мучались три с половиной часа, украсьте шалотом.
Итальянская кухня: соберите все остатки еды из холодильника, разогрейте, посыпьте моцареллой. Подавать на блине или с макаронами.
Китайская кухня: поймайте кого-нибудь, нарвите травы во дворе, обжарьте на быстром огне с горой специй и литром соевого соуса.
Японская кухня: поймайте что-нибудь живое в море, немедленно разделайте на куски, подайте к столу трепещущим и с васаби.
Мексиканская кухня: добавьте перца. Все остальное можете не добавлять.
Ливанская кухня: намазать кунжутным маслом, залить лимонным соком. Подать к столу через 20 минут, чтобы не все поняли, что там было в начале.
Индийская кухня: смешайте карри с перцем, перцем и перцем. Добавьте к карри. Украсьте горошком.
Греческая кухня: подайте к столу дешевые продукты, просто нарубленные кусками и даже не смешанные. Гордо повторяйте: «Натур продукт!»
Еврейская кухня: разделите посуду на мясную и молочную. Теперь можно готовить, все, что угодно, главное — раздельно. Это же самый цимес!
Казахская, киргизская и туркменская кухня: берем вяленое мясо, копченое мясо, свежее мясо и долго варим, добавляя по вкусу соль, тесто, кислое молоко и другие специи.
Цыганская кухня: идем всей семьей на рынок, долго торгуемся и берем все, что плохо лежит. Блюдо готовим из того, что принесем домой.
Узбекская кухня: берем самый жирный баран, отрезаем курдюк, режем репчатый лук и делаем самса (на 10 кг лука 0,5 кг курдюк и 0,1 кг баранина — остальное тесто).
Американская кухня: пожарьте что-нибудь очень жирное на гриле. Подайте с жареной картошкой, приправьте обезжиренным майонезом, запейте диетической колой.
Немецкая кухня: купите все имеющиеся в магазине виды сосисок и сарделек и приготовьте их в микроволновке в режиме «гриль». Употреблять с пивом, называя сосиски именами немецких и австрийских земель. Называется сей рецепт «Под пиво все сойдет!» или «Был бы бретцель».
Норвежская кухня: поешьте селедки.
Татарская кухня: приготовьте что-нибудь из грузинской кухни, но только из баранины и курятины. Сэкономьте на специях и перце.
Северо-корейская кухня: сварите на костре немного риса, если сумеете его найти.
P.S. Предупреждение: это шутка!
© Дмитрий Миропольский
[700x700]
А потом удивляются,
что ж ты такой жестокий!
мы же били словами:
не палкой,
кувалдой,
током.
Мы по-своему любим,
по-своему греем душу,
только ты недоволен,
мол,
наши объятья
душат.
Посмотри, как другие:
всегда всё проглотят
молча,
только ты как приемыш,
что вечно рычит
по-волчьи.
Все нормальные люди
идут на семейный ужин,
только ты говоришь:
лучше сдохнуть
голодным
в луже.
Почему ты такой:
весь в обидках,
чертях,
сарказме?
Мы с добром к тебе в двери,
а ты отвечаешь:
Разве?
Мы с советами в окна,
а ты вдруг захлопнул ставни,
мы швыряем любовь…
и нам похрен,
что это
камни.
© Дикон Шерола
[525x700]
А жизнь состоит из чужих зарисовок, нарезанных букв с цветастых страниц, из мнений, быть может, бесценно-дешевых, из глянцевых фото на тысячу лиц, из серых подъездов и путаных лестниц, прокуренных лифтов, летящих на дно, из вечно бегущих куда-то прохожих, не вовремя гаснущих бледных окон.
Когда неустанно спешишь дотянуться, сорвать, как воришка, еще один взгляд, чтоб греться ночами в бетонной коробке, тайком доставая в ночи наугад. Лелея в груди под замком своих мыслей, добавив цветов и умножив на сто, вживлять в себя искру неясной надежды, что новая встреча была не пустой.
И всё ж понимаешь, что нет, не бывает, совсем не похожи, как солнце и дождь, соседи, игравшие в детстве с котенком, сегодня не больше, чем «Здравствуй, Алёш!». Она убегает стремительной тенью, влекомая солнцем больших городов, не веря, что раньше взбиралась на крыши, чтоб комкать в ладонях куски облаков.
А жизнь состоит из утраченных чисел, потерянных пятниц, залитых тоской, из беглых недель и июльского зноя, что был похоронен в пыли городской. Все чувства швырялись в еще одно завтра, чтоб ночь напролет составлять диалог, в котором сумеешь девчонке из детства, сказать, наконец-то, всё то, что не смог.
© Дикон Шерола
[444x604]
я надеюсь,
еще надеюсь,
что при встрече спустя десяток
или дюжину лет крылатых
я скажу тебе:
вот дурак!
ни черта ты не знаешь жизни,
не нашил на груди заплаток
и с дырявой, как сыр, душою
не глушил по ночам коньяк.
обещай не узнать ответа,
каково это — биться в двери,
где за каждой хохочет скептик,
ставя вновь на тебе кресты.
даже боги теряют силу,
если в них прекращают верить,
что тогда говорить о людях,
о таких вот, как я и ты?
оставайся таким «невежей»,
о которых не пишут в книгах,
чтоб сказали:
да он не Гэтсби!
он не Великий!
совсем простой,
ни любви не познал несчастной,
ни увяз с головой в интригах,
просто жил
с незаметным счастьем
и с какой-то
своей
мечтой.
© Дикон Шерола
[541x700]
