рыжие кудри, мечтой опалённые,
тёплые кадры из старого кэнона —
даже пустыни казались зелёными,
как за очками глаза джона леннона

ранне-холодное утро в плацкарте,
море блестит за вагонным стеклом
города сердца не видно на карте —
значит, дорога и есть для нас дом

танец по струнам израненных пальцев,
мы потерялись в своих городах
люди по жизни такие скитальцы —
ищут приют в одноместных сердцах

вновь остановка в объятьи рассвета,
шлю со стихами себе же посылки
капли винилово-пряного лета
плескались на дне недопитой бутылки

чай поездов, остывающий в кружке,
вновь тишиной все обветрены губы
и целое море вместилось в ракушке,
которую папа привёз мне из кубы


© Ок Мельникова
[465x700]

Я помню ту страну, которой нет. Лопатку на бечевке - трогать булку. Мне там еще совсем немного лет. Там пёс Кардан бредет по переулкам, и лично знает каждого из нас. Там шланг пожарный - то еще богатство. Там в желтой бочке самый вкусный квас (хоть в нём мне и попался головастик). Там у меня велосипед "Дружок" и сок из треугольного пакета. От дымовухи на руке ожог. И кажется, что будет вечным лето. Там у меня с пистонами пугач и нравится соседский мне мальчишка. Там мама с папой говорят "не плачь", когда я вновь набила где-то шишку. Там позывные радио маяк. Там на балконе дедовы гантели. Там долго-долго едет товарняк, а выходные раз - и пролетели. Там газировка, к ней один на всех у автомата есть стакан граненый. Там мчит меня по кругу карусель. Там выше небоскребов шапки клёнов. Там зайчик солнца пляшет на окне. Там всем плевать на всяких неполживых.
Я помню и грущу по той стране, в которой все мои родные живы.

(с) Мальвина Матрасова
[466x700]

Ветер трепал нам юбчонки,
Солнце дарило веснушки…
Как вам живется, девчонки,
Юности давней подружки?

Вновь вспоминаю невольно
Годы далекие эти:
Как же легко и привольно
Жить нам казалось на свете!

Щедрость родительской ласки
Мы принимали беспечно –
Верилось нам, что, как в сказке,
Это продолжится вечно…

Все перечитаны книжки,
Сладкие грезы забыты,
Горького опыта шишки
Взрослою жизнью набиты.

Что за судьба вам досталась –
Радуга или ненастье?
Часто ли вам улыбалось
Хрупкое женское счастье?

Жили вы в неге и холе,
Веселы вы и здоровы –
Или, страдая от боли,
С жизнью расстаться готовы?

Вас небеса одарили
Зрелою женской красою –
Или невзгоды покрыли
Щеки слезинок росою?

Вы, на глазах молодея,
Внуков по жизни ведете –
Или, душой холодея,
Вдаль одиноко бредете?

Помнится, наши юбчонки
Так осуждали старушки…
Как вам живется, девчонки –
Юности давней подружки?

(с) Ирина Кривицкая-Дружинина

[700x700]

Этот мир слишком шумный. Мне укрыться охота...
Пролететь белой птицей над зелёным болотом.
Не увязнуть в трясине, и не в пасть к крокодилу.
Только белые крылья я другим одолжила,

Чтоб летали без страха, без забот, и повыше.
А теперь даже пенья над собою не слышу.
И задёрнуты шторы. Этот мир шумный слишком.
То упрёки, то споры, но не радость с излишком...

Полетать бы, как в прошлом, в догонялки с ветрами.
Только рвётся, где тонко. Где вай-фай с небесами?
Этот мир слишком шумный. С небом связь нестабильна.
Отдала я бездумно белоснежные крылья.

И по пёрышку ловко общипали за годы.
Видеть лишь заголовки – это новая мода.
Содержанье не важно, лишь обложки на книжках...
Надо уединяться. Этот мир шумный слишком.


© Ирина Самарина-Лабиринт
[392x700]