|
Родилась 29 сентября 1964 года в городе Тольятти, где поныне живу и работаю, считая, что где родился, там и пригодился. С раннего детства увлеклась рисованием, театром и литературой,что и определило мой путь по жизни.
Это цитата сообщения TimOlya Оригинальное сообщение
|
Ностальгия
Да воссияет свет небесный
Цветы и плоды. по мотивам картин Яна ван Оса
Тольятти. Любимый Портпоселок
Белый теплоход
Грезы о лете
Колыбель родного города
Этюд. На озере
К вершине
Тайны Рачейских скал. Здесь остановился ледник
Пробуждение
Жигули. Богатырская слобода.
Родное. этюд
Волга, берег. Этюд
Осеннее настроение
Накопала немного информации по своим предкам Вильковским:
На основе анализа архивных данных Государственного архива Гродненской области, ф. 104, оп. 1, д. 1795, в сказке (Ревизские сказки - это название документа) указано следующее:
«Вильковский Адам, шляхтич, католик, урожденный в местечке Гродно. Имеет усадьбу Вильково, волость одну. Душ крестьянских — 12. Земли пахотной — 48 моргов. Лесу — 15 десятин. Скота: волов — 4, лошадей — 2, овец — 10. Подати платит регулярно. Состояние — среднее.»
48 моргов земли это около 55 гектаров — достаточно для самообеспечения и небольшого дохода.
Совершенно уже обедневшая шляхта. Но зато свободные.
Основной герб — Друцк (Drużyna / Drucki) Друцкие — древний литовско-русский род, происходящий от князей Друцких (от Друцка под Минском).
Они были вассалами Великого княжества Литовского, а позже — частью Речи Посполитой. Но позже я увидела, что Вильковские относятся к гербу Порай. Развожу руками...
🔹 Вильковские из герба Друцк — одна из ветвей этого рода, получившая фамилию по своему имению.
Теперь дело "за малым": найти оцифрованный архив, найти связь между Аадамом Вильковским и Мартином Вильковским, отцом моего пра-пра-прадедушки Петра Вильковского, который родился в 1812 г. В сущности, этот Адам и жил в то самое время, и мог быть или дедушкой Петра или его дядей. Ещё бы и правда была эта оцифровка. Но скорее всего документов нет, так чаще всего и бывает.
Это цитата сообщения Васмак Оригинальное сообщение
«Дуэли мне уже недостаточно, и каков бы ни был ее исход, я не сочту себя достаточно отмщенным ни смертью вашего сына, ни его женитьбой, ни письмом, копию которого сохраню для моего личного употребления. Я хочу, чтобы вы дали себе труд и сами нашли достаточные основания для того, чтобы побудить меня не плюнуть вам в лицо и чтобы уничтожить самый след этого жалкого дела…»
Чего же хотел Пушкин? Вероятно, чтобы оба Геккерна покинули Россию.
«Мы отмщены, Жорж!»
Убивать русского поэта, новоиспеченного родственника, да и просто человека Дантес не собирался. Это была его первая и последняя дуэль. Для Пушкина она стала тринадцатой. Правда, все предыдущие были бескровными. Но при данных обстоятельствах отделаться выстрелами в воздух противники не могли. И Дантес решил стрелять в ногу.
Данзас рассказывал, что не успел он махнуть фуражкой, как Пушкин «в ту же секунду был у барьера». Дантес шел медленно, он успел сделать всего три шага. Доли секунд между третьим и четвертым решили судьбу России. На лице противника Дантес увидел смертельный приговор и, спасая свою жизнь, нажал на курок. Пушкин сделал еще один шаг навстречу… после которого никто никогда не узнает правды.
Поэт обещал «…обесчестить в глазах двора нашего и вашего…» — и почти все газеты мира осветили это событие!
«Смерть отняла у государства, муз и поклонников поэтического таланта величайшего стихотворца России… Супруга его стала предметом внимания некого молодого француза императорской гвардии…» — писала нидерландская пресса. И если монархи обеих стран и догадывались об истинной причине дуэли, то для подданных объяснением запутанной истории стала романтическая версия, запечатленная Пушкиным в письмах к послу.
В тот месяц, когда раненный на дуэли Дантес ожидал суда в Петропавловской крепости, высший свет и составил известный потомкам компромат на него. Вспомнились и пылкие взгляды, и частые танцы, тосты и неудачные шутки.
«…На одном балу он так скомпрометировал госпожу Пушкину своими взглядами… что все ужаснулись…»
Приказ о разжаловании в рядовые поручика Дантеса