Песня Юрия Антонова, смысл которой раскрывается только с годами.
Недавно Юрий Антонов после долгого перерыва снова появился на публике: он приехал на церемонию вручения премии «Легенда года».
Артист признался журналистам, что готовит несколько новых композиций. А меня после этой новости потянуло переслушать его давние хиты.
У Юрия Михайловича есть одна особенная песня, настоящая сокровищница житейской мудрости. Но по-настоящему принять её может только тот, кто умеет вслушиваться, работать со своими чувствами, вдумчиво относиться к сказанному.
Создана эта вещь ещё в далёкие семидесятые.
Имя у неё — «Зеркало».
14 мая 1998 года ушел из жизни Фрэнк Синатра (1915-1998) – выдающийся американский певец, человек-эпоха, чье имя вписано золотыми буквами в историю мировой музыки.
«My Way» (с англ. — «Мой путь») — одна из самых популярных эстрадных песен середины XX века. Автор музыки — Клод Франсуа, английский текст написан Полом Анкой для Фрэнка Синатры. Синатра записал студийный вариант 30 декабря 1968 года, а в начале 1969 года песня была представлена публике и долго занимала высокие места в музыкальных чартах США и Великобритании. В силу соответствующего текста My Way в исполнении Синатры используется в Великобритании на каждых седьмых похоронах. Тем не менее, для своих собственных проводов Синатра выбрал менее примелькавшуюся
Put Your Dreams Away.
Когда Иван Марчук был молодым, ему говорили, что он пишет «не так».
Не так видит. Не так думает. Не так чувствует цвет.
Его картины казались слишком странными для времени, в котором художнику разрешалось быть только «правильным». Мир соцреализма требовал ровных линий и понятных смыслов, а Марчук создавал полотна, похожие на живую ткань памяти, света и воздуха.
Позже искусствоведы назовут это уникальной техникой «плентанизм» — словно картины не написаны кистью, а сотканы из тончайших нитей. Но тогда это было почти приговором.
Сегодня Ивану Марчуку — 90.
И он по-прежнему работает так, будто времени не существует.
«Могу написать и десяток картин за день», — говорит художник спокойно, почти буднично. И в этой фразе — вся его жизнь. Потому что Марчук никогда не умел жить вполсилы.
Он родился в маленьком украинском селе, в семье ткача. Наверное, именно оттуда — это удивительное ощущение переплетения линий, из которых позже родится его живопись.
С детства он смотрел на мир иначе, он видел движение ветра в траве, слышал цвет неба, чувствовал дыхание земли. И всю жизнь пытался передать это людям.
Но талант редко бывает удобным.
Долгие годы Ивана Марчука не выставляли. Дважды отказывали в Союзе художников. Его искусство считали «чужим системе». Давление было настолько тяжелым, что сам художник позже признавался, что были моменты, когда он стоял на краю отчаяния.
И всё же он выстоял. Не озлобился. Не перестал писать.
Пока чиновники запрещали, настоящие ценители уже понимали масштаб его дара. Первыми это почувствовали физики — люди, привыкшие мыслить шире рамок. Именно они увидели в его работах нечто космическое, почти невозможное.
Позже полотна Марчука будут выставляться по всему миру, а его имя войдет в список ста выдающихся гениев современности по версии британской газеты The Daily Telegraph.
Ему пришлось уехать. Австралия, Канада, США… Двенадцать лет эмиграции. Но где бы он ни жил, в его картинах всегда оставалась Украина: её туманы, чернозём, старые хаты, тревожные небеса и бесконечные поля.
Сегодня его работы продаются на Sotheby’s за десятки тысяч евро. Его картины хранятся в музеях и частных коллекциях по всему миру. В Вене, где художник живёт после начала большой войны, он говорит удивительную фразу:
«Вена пахнет и дышит искусством».
И это говорит человек, который сам давно стал частью мирового искусства.
Но самое удивительное в Марчуке — не цена картин и не мировое признание. А то, что в свои 90 он остаётся человеком, который всё ещё жадно смотрит на мир глазами молодого художника. Всё ещё ищет новый цвет. Всё ещё работает до изнеможения. Всё ещё спорит с пустым холстом.
Наверное, настоящий талант выглядит именно так.
Не как громкая слава.
А как невозможность перестать творить.
С днём рождения, Иван Марчук.
Художник, который доказал, что искусство сильнее запретов, времени и одиночества.
Разноцветная паутина Ивана Марчук. Мои видео.
Это цитата сообщения --Лина Оригинальное сообщение
Северянин Игорь Эстляндская поэза. Читает Ветров Борис.
Родился 16 мая 1887 г. в Петербурге.
Автор музыки: Michael Hoppe
Игорь Северянин (урожденный Игорь
Лотарев) родился в Петербурге.
4 (16) мая 1887 ) · Санкт-Петербург, Российская империя · 20 декабря 1941(54 года).
Уже в восьмилетнем возрасте он написал свое первое стихотворение — «Звезда и дева»
Между его родителями — военным инженером Василием Лотаревым и Натальей Лотаревой, происходившей из богатого дворянского рода Шеншиных, были сложные отношения. В 1896 году они разошлись.
Великолепная подборка опубликована на страничке режиссёра Андрея Кончаловского в Facebook. В ней стихотворения Игоря Северянина «проиллюстрированы» картинами русских художников XIX-XX вв. Семнадцать картин, восемнадцать стихотворений — настоящее наслаждение!
«Моря нельзя не любить, как нельзя не любить леса, озер, рек — природы Божьей. Природы и искусства. Во всех проявлениях. Да и что же любить остается здесь, на земле? Привыкшему к природе трудно жить в городе, может быть, и нельзя уже жить.
Безлюдье обворожительно, в наши дни — в особенности. Природа прекрасна. Без людей — вдвое. Нет красоты, которой бы не испортил человек. Я говорю о людях вообще. Но среди людей есть такие влекущие, необходимые люди. Они — исключенье, а без него нет правила. Как гадки люди в целом! Как привлекательны в частности...»
1927
«По лесам и озерам»
Игорь Северянин
В мае — юбилей, 139 лет со дня рождения русского поэта «серебряного века», «Короля поэтов», переводчика Игоря СЕВЕРЯНИНА (наст. имя Игорь Васильевич Лотарёв; 16 мая 1887 — 20 декабря 1941).
В юности я увлекался Серебряным веком, мне нравился Северянин. У поэта потрясающая лирика о красоте природы. Марина Цветаева писала ему : «Вы открыли то, что отродясь Вам было приоткрыто — природу. Вы, наконец, раз-нарядили ее...»
.
:Счастье моё я нашёл в нашей дружбе с тобой,
Всё для тебя, и любовь, и мечты.
Счастье моё - это радость цветенья весной,
Всё это ты, моя любимая, всё ты.
Счастье моё, посмотри, наша юность цветёт,
Сколько любви и веселья вокруг.
Радость моя, это молодость песни поёт,
Мы с тобой неразлучны вдвоём,
Мой цветок, мой друг.
* * *
Текст: Намлегин Г.
Композитор (музыка): Розенфельд Е.
13 мая 2026 года я участвовал в работе 1-го Петербургского международного филологического форума, который проходил в Санкт-Петербургском государственном университете. Профессор филологического факультета Андрей Алексеевич Аствацатуров выступил с лекцией «Писатель в современном мире». А я провёл небольшой опрос участников форума, каким должен быть писатель в современном мире и как относиться к «потусторонним писателям».
https://youtu.be/X1qFCA3BKRI
Она подарила колокол.
Когда открывался Гоголь-центр, Зоя Борисовна Богуславская приехала заранее, ещё до открытия театра, и вместе с цветами привезла мне в подарок огромную корабельную рынду. Как и полагается таким подаркам, рында была окружена какими-то легендами — я уже не помню, настоящими или придуманными самой Зоей Борисовной. Но главное было не это. Главное — звук. Оглушительный, резкий, почти неприятный, звук, мгновенно заполнявший всё пространство театрального фойе.
Почему ей пришло в голову подарить именно рынду — загадка. Но факт остаётся фактом: все годы существования Гоголь-центра каждый спектакль начинался с колокола Богуславской. Театр жил и существовал словно с её громкого благословения. Новый театр она сразу приметила и на премьеры приходила почти всегда. Всегда — первый ряд. Всегда — огромный букет цветов.
У нас с Зоей Борисовной была долгая и увлекательная история взаимоотношений — почти жизнь-роман. Она подпускала меня к себе довольно близко, но чаще всего — для того, чтобы я сам мог выговориться. А она давала удивительно точные человеческие советы.
Вадим Грищук.
И все же рай не за горами,
Как нам порою говорят,
А там, где мамины герани
На подоконниках горят.
Сентиментальностью и грустью,
И беззащитностью пьяня,
Цветок российских захолустий,
Ты вновь приветствуешь меня.
Таится серое предместье,
В тумане улица и храм,
А ты пылаешь в перекрестье
Дождями выбеленных рам.
Картинка северного лета
На краски ярые бедна,
Но сколько нежности и света
Идет от этого окна!
Так вот он, рай,
Не за горами
И лучше сыщется навряд,
Покуда мамины герани
На подоконниках горят.
* * *
КИРЮШИН Виктор Фёдорович родился в 1953 году в Брянске.
Окончил факультет журналистики МГУ.
Был редактором газеты «Брянский комсомолец», главным редактором издательства «Молодая гвардия», главным редактором журнала «Очаг», главным редактором журнала «Сельская
RICHARD AVEDON (1957) Portrait - WalterFilm
15 мая 1923 — 1 октября 2004
15 мая 1923 года в Нью-Йорке родился один из самых знаменитых, признанных и влиятельных фотографов, классиков портретного жанра не только Соединённых Штатов Америки, но и всего мира Ричард Аведон. Мастер работал в рекламе, но гениальными и устремленными в вечность шедеврами стали портреты, снятые им не на заказ.
Чёрный кот. Женщина, 1948 год. Париж
Фото Ричарда АВЕДОНА
Ещё один выходец из Российской империи, чьи предки эмигрировали в конце XIX века, с детства увлекся фотографией. Одним из первых снимков десятилетнего Ричарда стал, к сожалению, утраченный фотопортрет композитора Сергея Рахманинова, который жил по соседству. В своём призвании он утвердился во время Второй Мировой, когда служил во флоте. А сразу после войны Аведон начал фотографировать для модных журналов Харпер Базар, Вог, а так же наводил лоск в Голливуде.
Карло Визинтини, проживающий в городе Montecatini Terme, Италия.
Родился 15/05/1948г.
От печали до радости - Starclassic Orchestra, Карло Визинтини и Владимир Ашмарин
* * *
Карло Визинтини — многогранный артист с удивительной биографией:
родился в Риме в семье музыкантов, долгое время жил во Флоренции, сейчас проживает в Монтекатини‑Терме;
около 30 лет проработал фотокорреспондентом в газете La Nazione (Флоренция) и агентстве Agenzia Nazionale Stampa Associata;
несмотря на успешную журналистскую карьеру, посвятил себя музыке — стал певцом и гитаристом;
* * *
Адажио, которого не существовало. История самой красивой мистификации в истории музыки
berlinskijj filarmonicheskijj orkestr pod rukovodstvom gerberta fon karayana - adazhio dlya strunnykh instrumentov i organa sol minor t albinoni
ЗОЯ БОРИСОВНА БОГУСЛАВСКАЯ (1924-2026)
С утра сообщение в Телеграмме от Кирилла Серебренникова. «Сереж, умерла Зоя Борисовна»… Еще одна нить, связывающая нас с прошлым, оборвана, еще одно прощание без нас… Она любила ГогольЦентр, она покровительствовала молодым поэтам, она поддерживала молодые таланты. Собственно, и Фонд А.А.Вознесенского, и премия Парабола, и документальные фильмы, и уютный особняк на Б. Ордынке, где проходят выставки, спектакли, концерты, – это ее замысел, ее энергия, это еще одна ее жизнь, которую она прожила после смерти Андрея Андреевича Вознесенского. Символично, что она и ушла сразу после его дня рождения 12 мая. Как будто отдала ему свой последний долг и теперь совсем свободна.
Мы нечасто говорили с ней об АА. Не то чтобы она специально избегала этой темы, но как-то все по касательной. И его любовная лирика, и другие женщины, и шестнадцать лет его мучительного ухода - все это оставалось за рамками наших разговоров и ее воспоминаний. Но однажды ЗБ вдруг заговорила. Она как будто снова вернулась в те черные дни и бесконечные ночи. И первые признаки его болезни, и его падения, и то, как он однажды чуть не утонул в море, и все ее метания, чтобы его спасти… Она попыталась потом все это описать в своей последней «Халатной книге». Тогда от ее голоса в телефонной трубке, монотонно перечислявшего все пытки и муки, через которые пришлось пройти АА и ей вместе с ним, у меня захватывало дух и застревали в горле слова сочувствия. На самом деле, сама того не подозревая, ЗБ описывала архетипическую экзистенциальную ситуацию, знакомую по пьесам Беккета. «Ожидание Годо» или «Счастливые дни» - это как раз то, что она сама пережила с Вознесенским на своей даче в Переделкино. Двое в присутствии любви и смерти. Гаснущая, исчезающая жизнь, которую она поддерживала неимоверным, немыслимым усилием. «Мы оба падаем, обняв мой крест», - его последние слова, обращенные к ней.
Я помню похороны АА, этот его запрокинутый птичий профиль, делавший его похожим на измученного подростка. Спустя полгода - прощание с Беллой. Потом наступила очередь Евтушенко. И всюду в первых скорбных рядах сидела ЗБ, последняя свидетельница и соучастница их молодых триумфов, дружб, разрывов.
Они тогда ушли один за другим, а она осталась. Та, которая была по возрасту их всех старше, а по жизни - опытнее и мудрее. Зачем? Какой в этом был расчет судьбы? Какая сверхзадача? Может быть, чтобы успеть создать Фонд Вознесенского и разобрать его архив? Или порадоваться рождению внучки, которую назвали в честь нее Зоей? Или дописать, договорить свою «Халатную книгу»? Нам не дано этого знать. Прощайте, Зоя Борисовна!
Мои самые искренние соболезнования Леониду Борисовичу Богуславскому и всей команде Центра А.А. Вознесенского,
Это цитата сообщения --Лина Оригинальное сообщение
...
Кевин Керн
Весна уже прошла наполовину,
а я стою, попавшая в лавину
событий прошлых – тех, которых нет...
Укутываясь прелостью газет,
альбомов, фотографий, старых писем.
Которые давно никто не пишет.
Как время уплотнилось... Ящик пуст.
А я бы написала. Прав был Пруст...
Всего один глоток из чашки старой
и всё всплывёт – шаги по тротуару...
Вот ты собаку кликнул...
Ключ в двери...
Но только сколько окна здесь не три –
за ними только старая ограда.
Вчера не наступило... Но над садом,
взлетает самолёт Экзюпери
Над городом, зажатым в пустыри,
в часовни душ, как маленькая птица.
Летит себе... И пусть ему летится...
рождая свет – снаружи и внутри...
Н.Золотова
