Не зря мы перешли тогда на «ты»,
Смешав коктейль из страсти и надежды…
Пусть расставанья в жизни неизбежны,
Но память – луч из мрака темноты.

И у последней жизненной черты
Мы снова вспомним то хмельное лето,
Где не было закатов – лишь рассветы…
Не зря мы перешли тогда на «ты».







© Сергей Ольков
[381x700]

Ты не бойся – это не больно.
Скальпель нежно разрежет ткани,
Из аорты хлынет фонтаном
На рубашку алая кровь.
Ты не думай – это не страшно.
У хирурга ловкие пальцы,
Он движением осторожным
Из груди извлечет любовь.
Ты запомни – это не просто:
Душу хрупкую взяв в ладони,
Отсекать по кусочку память
И однажды все позабыть.
Ты узнаешь – не так уж сложно
Научиться не чуять боли.
Можно жить и с рубцом на сердце,
Пусть не долго, но все же – жить.


© Сергей Ольков
[392x700]

Всё, что было – прошло. Заморозив зимой
Все ушибы, заклеив все ссадины,
Я иду по дороге с легкой душой
Каблуками высчитывать впадины.

Я иду, вспоминая ночной разговор.
Мне так нравятся воспоминания!..
Я сквозь счастье смотрю на темнеющий двор,
Спасибо тебе за признание…




© Оля Майер
[392x700]

Выхожу за рамки.
Делаю шаги. Задаю вопросы.
Не всё принимаю на веру.
Не цепляюсь за уходящее.
Не ковыряю заживающие раны.
Слушаю музыку, которую раньше не слушала. Делаю то, на что раньше не решалась.
Отпускаю тех, кого не дождалась.
Перебираю убеждения, как книги на полках. Вытираю пыль.
Освобождаю место в ящиках памяти — слишком много хлама.
Не храню больше. Выношу на помойку.
Навожу чистоту. Готовлюсь к новой весне.

© Оля Майер
[479x700]

5 июля — неофициальный день трудоголизма
Его цель — не прославить трудолюбие, а привлечь внимание к проблеме: когда работа становится навязчивой, вытесняя личную жизнь, отдых и заботу о здоровье.
Девиз дня: «Мы работаем, чтобы жить, а не наоборот»

Вспомним о тех, кто таковыми становился часто поневоле,— о прислуге в домах дворян и интеллигенции. Исследование дневников и воспоминаний второй половины XIX века показывает: отношения хозяев и работников — остросоциальная драма, а отмена крепостного права только вывела конфликт на новый уровень.

Итак, история прислуги в России XIX века:
от крепостного права до наемного труда


Владимир Маковский. «В передней», 1884
Государственная Третьяковская галерея

В 1847 году 18-летний Лев Толстой в дневнике записал множество правил для самого себя, среди них под номером 27 было: «Не имей прислуги». Справедливости ради — на полную самостоятельность ему уйти не удалось до конца жизни.

Но если граф Толстой, размышляя о труде ближнего своего, пытался освоить побольше дел, то мелкопоместные дворяне такими пустяками голову не забивали. Мемуаристка Елизавета Водовозова, вспоминая юность в 1850-х, писала о соседке, у которой в услужении были «муж и жена, уже не молодые и бездетные… Кроме сада Терешка и Фишка должны были управляться и с огородом, и с домашнею скотиною, и с птицею… Терешка был в одно и то же время кучером, рассыльным, столяром, печником, скотником и садовником. Что касается Фишки, то ее обязанности были просто неисчислимы: кроме работы с мужем в саду, огороде и на скотном она доила коров, вела молочное хозяйство, была прачкою, судомойкою, кухаркою, горничною…»
Читать далее...

Человек с украинской фамилией "Дэюба"   сказал, что не удивится, если Возинью выберут  президентом Кабо-Верде - там живут-то человек 13. Это как раз Прая, столица. Тесновато, конечно, для 13 человек - но что делать?

Что-то я запамятовал, кто такой Дзюба. Фамилия украинская. Развелось у нас этих футбольных журналистов. Не иноагент, нет? 

Что же касается Возиньи, отмечу, что его внешность позволила бы играть в кино, роли с положительными амплуа. Жаль, что без актёрской подготовки это нереально. 

Это цитата сообщения Pepel_Rozi Оригинальное сообщение

Консервация с характером: перцы с овощной начинкой в пряной заливке на зиму!

Консервированные перцы с овощной начинкой: вкус, который покоряет с первого кусочка

Когда‑то фаршированный перец в томатном соке был настоящим дефицитом, а сегодня вы можете приготовить эту легендарную закуску самостоятельно. Выбирайте небольшие разноцветные перцы — так готовое блюдо получится особенно ярким и аппетитным. Сочная начинка из моркови и лука в пряной томатной заливке делает заготовку невероятно вкусной: такие перцы станут украшением любого стола и отлично подойдут для зимних запасов.

далее

Когда монета встанет на ребро,
ты пораскинешь лобной долей львиной
и перечтешь «Женитьбу Фигаро»,
и пересмотришь «Восемь с половиной»,
вдохнешь сквозняк из затемненных ниш,
зимой предвосхитишь дыханье мая,
простишь друзей, врагов благословишь,
при этом их местами не меняя.
Держа судьбу, как сумку, на весу,
ты пыль с нее стряхнешь и счистишь плесень.
Баланс сойдется с точностью до су,
небесным восхищая равновесьем.
Растает снег, и опадет листва,
дождётся всё законного финала…
А от тебя останутся слова —
не так уж много.
И не так уж мало.


© Александр Габриэль

[560x700]

Холода у нас опять, холода…
Этот вечер для хандры — в самый раз…
В магнитоле — «Облади-облада»,
а в бокале черной кровью — «Шираз».
И с зимою ты один на один,
и тебе не победить, знаешь сам…
Не до лампы ли тебе, Аладдин,
что поныне не открылся Сезам?!
И не хочется ни дела, ни фраз,
и не хочется ни проз, ни поэз…
Проплывают облака стилем брасс
акваторией свинцовых небес.
Но уходят и беда, и вина,
разрываются цепочки оков
от причуд немолодого вина
и четвёрки ливерпульских сверчков.
Ничему ещё свой срок не пришел,
и печали привечать не спеши,
если памяти чарующий шёлк
прилегает к основанью души.
Так что к холоду себя не готовь,
не разменивай себя на пустяк…

(Это, в общем-то, стихи про любовь,
даже если и не кажется так).





© Александр Габриэль
[392x700]

... автоматы на поле её игрокам всё-таки не разрешили пронести! А как без кастетов-то несподручно...

Мне по жизни всегда тяжело с дураками, не понять мне победного их естества. Где ни встречу их — в Бостоне, в Риме, на Каме, — я ломаюсь. Пасую. Теряю слова. На их фоне литом я — разорванный в клочья. И летят в никуда, словно пух с тополей, все тревоги мои, все мои многоточья мимо тех, для кого одноточья милей. Дураки не умеют высчитывать шансы, им достаточно в спектре лишь пары цветов. Ну, а я так затейливо верю в нюансы и так страшно к ответам простым не готов.    Читать далее






© Александр Габриэль

В сценарии записано: стареть,
не рваться ввысь, питаться овощами,
покорно обустраивая клеть
безжизненными нужными вещами,
ходить в контору или на завод,
топить себя в простом рутинном вздоре,
дремотно избежав нейтральных вод
и сладостно манящих территорий.
Вся эта жизнь — простая штука. Ведь
не наш удел — турусы да торосы.
В сценарии записано: стереть,
как ластиком, сомненья и вопросы;
не веря в шансы, жить наверняка,
закрыв свой мир иронией всегдашней
и тихо ждать гонца из городка,
известного своей наклонной башней.
Точи металл, твори изящный стих
в кругу привычных маленьких событий...
Сценарий очертил от сих до сих
границы, за которые не выйти.

Но, отыграв знакомую игру
и доведя строку до многоточья,
однажды ты проснешься поутру —
и, сделав вдох,
порвешь сценарий в клочья.





© Александр Габриэль

Это цитата сообщения Опять_ИрИшА Оригинальное сообщение

Сергей Виноградов и солнечный свет в картинах

"Бабы тульские", 1889 г. Щеки загорелые, Шляпка – как бы так: Грузный ковш с малиною, Красной, как закат! Расписной передник, Словно облака Белая рубаха, Алая кайма! Разговор неспешный У плетня ведут Две крестьянских женщины В тульскую жару. Сергей Виноградов. Читать далее

Каждый из нас - это коллекция моментов...

В чем-то весёлых, а порою грустных... Запоминающихся или пролетающих без следа... Моментов, которые никогда не отболят... И тех, что не перестанут дарить улыбку... В которых есть мы... И те, что есть в нас... Моменты...

Пусть тёплых будет больше...

© Елена Раевская
[517x700]

Это цитата сообщения Madam_Irene Оригинальное сообщение

Художник Guillermo Arias

 

1.

Читать далее...

Это цитата сообщения margogrin Оригинальное сообщение

Пабло Казальс и его мелодия о птицах...

ВЕЛИЧАЙШИЙ ВИОЛОНЧЕЛИСТ ВЕКА ПРЕВРАТИЛ ПРОСТУЮ ПЕСНЮ О ПТИЦАХ В МЕЛОДИЮ, КОТОРУЮ УЗНАЛ ВЕСЬ МИР Пабло Казальс стал одним из величайших виолончелистов XX века. Его записи виолончельных сюит Баха стали легендарными. Но была одна мелодия, к которой он возвращался снова и снова, — и это не великий концерт, а простая народная песенка. «Песнь птиц» — старинная каталонская песня, родом с земли, где Казальс вырос. По традиции это рождественская песня: птицы — орёл, воробей, щегол — слетаются к яслям и поют о рождении света. Мелодия простая, почти как дыхание. Её знали и пели во многих каталонских семьях.

Читать далее...

Я наконец научилась главному — следовать принципу «время покажет».

Я больше не паникую, не рву волосы на голове, не копаю истину, пока не сломается «лопата». Если что-то идёт не по плану, я просто откладываю это в стороны и жду, чем всё обернётся. А после делаю выводы.

Меня больше нельзя вывести на эмоции, поиграть на моих нервах и так далее. Я теперь знаю, что со временем всё встанет на свои места, откроется любая истина, и сложится любой пазл. Поэтому я больше не треплю себе нервы. Отныне я себя берегу, а на прочее просто забиваю.

© Анастасия Поручикова
[393x700]

Они берут на руки кота, прижимают к сердцу, приговаривая «Ах как же я люблю животных!», покупают коту дорогую еду и кучу брендовых игрушек, а потом кот вцепляется коготком в их свитер или шарф, тоже дорогой и брендовый — и они продолжают улыбаться и вести беседу, но пальцы! Пальцы нервно и зло хватают кошачью лапу, выкручивают ее, выдергивают из свитера или шарфа, а затем любовно разглаживают ткань, чтобы не осталось зацепки.
Или так. Они продолжают улыбаться и вести беседу, но пальцы! Пальцы обеспокоенно и нежно выпутывают кошачью лапу — осторожно, чтобы не вывихнуть, освобождают коготки, а затем любовно поглаживают шерстку животного: ну-ну, успокойся, все в порядке.
С людьми точно так же. Даже если много еды и игрушек. Даже если взяли на ручки и клянутся в любви. Не торопитесь делать выводы.
Подождите, пока запутаетесь.
И тогда — внимательно следите за их пальцами.

© Татьяна Петкова
[525x700]