Сердце задаёт ритм всему телу.

Институт HeartMath описывает, что электромагнитное поле сердца - самое мощное в организме и улавливается приборами на расстоянии до нескольких метров: ваши спокойствие или тревога буквально «звучат» в пространстве вокруг.

В бенгальском мистицизме, тантре и пуранической традиции образ вороны масштабен и глубок. Это не просто городская птица, а сакральное существо, прочно связанное с Богиней Кали, практиками шмашана (мест кремации) и культом предков.

 

Ворона (kāka) занимает важное и древнее место среди спутников Богини Кали — наряду с шакалом. Если шакал символизирует падальщика и стойкое осознание среди смерти, то ворона добавляет образы всеведения, быстроты, связи между мирами и трансгрессивной мудрости.

 

Вороны — постоянные обитатели шмашана, питающиеся останками и летающие между землёй и небом. Потому они идеально соответствуют природе Кали как разрушительницы иллюзий и владычицы времени.

 

Ворона — птица, которая видит всё, не боится «нечистого» и свободно перемещается между мирами живых и мёртвых. Она символизирует: всеведение; хитрость; способность находить скрытое; принятие реальности такой, какая она есть.

 

В тантрическом контексте ворона учит бесстрашию, непривязанности и умению извлекать пользу даже из того, что другие отвергают. Как и Кали, она живёт за пределами дуальностей: чистого и нечистого, священного и мирского.

 

Хотя ворона не является главным ездовым животным Кали, она выступает неизменным спутником её грозной свиты — дакини, йогини и бхайрав. В пространстве тантры ворона олицетворяет мистическую зоркость: способность видеть сквозь плотную завесу миров, улавливать присутствие тонких сущностей и предвещать смерть. Будучи обитателем кладбищ, ворона, питающаяся останками и подношениями, почитается как «санитар» не только физического, но и духовного мира. Считается, что она символически пожирает ментальную грязь, страхи и ложное эго практикующего.

 

Связь вороны с миром мёртвых подробно объясняется в пуранических сюжетах, восходящих к историям о царе Марутте. Согласно легенде, во время грандиозного жертвоприношения на ашрам напал демонический правитель Равана. Напуганные боги, спасаясь от его ярости, приняли обличья различных птиц, и бог смерти и справедливости Ямараджа выбрал для себя образ вороны. Когда опасность миновала, благодарный Ямараджа благословил весь вороний род. Он объявил ворону своими личными вестниками в земном мире и даровал им право принимать пищу от имени умерших.

 

Из этого пуранического благословения в Бенгалии развился культ кормления ворон, называемый Кака‑бали (или Кака‑пинда). Во время поминальных ритуалов Шраддха первую, самую чистую порцию священной ритуальной пищи — варёного риса с добавлением чёрного кунжута и топлёного масла гхи — обязательно выносят на крышу дома или на открытое место для птиц.

 

Бенгальцы свято верят в примету: если ворона прилетает и сразу съедает предложенный рис, значит, души умерших предков (питары) приняли подношение, они довольны и благословили свой земной род.

 

Шри Рамакришна, будучи плоть от плоти бенгальской традиции и преданным жрецом храма Кали в Дакшинесваре, глубоко соприкасался с этими сакральными смыслами. Проходя через суровые и тайные практики тантрической садханы под руководством Бхайрави Брахмани, Рамакришна следовал предписанным ритуалам Вамачары (тантра «левой руки») и неизменно оказывал уважение воронам как полноправным участникам этого священного пространства. 

 

Шри Рамакришна в своих видениях видел Мать на шмашане, окружённую не только шакалами, но и воронами — «нечистыми» обитателями крематория. Для него эти птицы, как и другие существа, были проявлениями одной и той же Матери.

 

Во время его многочасовых медитаций в уединённом саду Панчавати его тело становилось настолько неподвижным, словно ствол старого дерева, что вороны Дакшинешвара садились ему на плечи и голову.

 

Рамакришна в беседах, зафиксированных в «Шри Шри Рамакришна Катхамрите», подтверждал это:

 

«Есть признаки того, что человек медитирует правильно. Один из знаков — птица сядет тебе на голову, думая, что ты неодушевлённый предмет».

 

Рамакришна учил, что Кали присутствует во всём: в грозном образе с гирляндой черепов, в нежной ласке, в кошке, в цветке, в реке — и в чёрной вороне, сидящей на ветке у погребального костра. Его детская преданность превращала даже мрачные образы шмашана в выражение

 

Обновление CME!

 

К Земле приближается «каннибальский CME». Это явление, при котором от Солнца отделяется огромный CME, за которым следует череда более мелких CME, которые «поедают» друг друга по мере удаления от солнечной короны. В конце концов на нашу планету обрушивается чрезвычайно мощный корональный выброс массы, возникший в результате слияния других корональных выбросов массы, что может привести к сильным геомагнитным бурям.

 

4 июня, и в ближайшие несколько дней возможны геомагнитные бури класса «G4». Обычно классы измеряются от «G1» до «G5». Таким образом, «G4» — это очень сильная буря.

 

Геомагнитные бури могут привести к масштабным землетрясениям, извержениям вулканов, изменению погодных условий, а также негативно сказаться на физиологии, эмоциях и мышлении человека. Вдобавок ко всему протонная плазма как с нашего Солнца, так и из-за пределов Солнечной системы (из более глубоких слоев космоса) окружила планету и надавила на ее магнитосферу.

Начать хочу с того, что не бывает плохих и хороших целей. Цели всегда хорошие. Иногда они не совсем нам подходят, иногда мы не так их достигаем. Но сейчас я хочу обсудить мотивацию к их достижению. Почему мы какие-то цели перед собой ставим? Обычно мы хотим изменений в своей жизни, и важно понять, что мы хотим изменить и как?

Есть две стратегии, две точки опоры при постановке целей, когда у нас появляется желание все изменить – и здесь даже неважно, мужчина вы или женщина.

Первый вариант – так называемая "свобода от".

Этот термин из книг Николая Ивановича Козлова. Он многое объясняет. Когда мы точно знаем, чего не хотим. Когда меня не устраивает то, что у меня есть, что я чувствую, как живу. Когда нас все это тяготит – будь то отношения, место жительства, работа, быт или что-то иное.

В бенгальской шактистской традиции шакал занимает одно из самых древних и почётных мест среди спутников Богини Кали. В отличие от ящерицы, которая несёт народный, сказочный оттенок, шакал — глубоко тантрический символ, неразрывно связанный со шмашаном (кремационной площадкой), смертью, трансформацией и высшим осознанием.

 

Шакал — падальщик, обитающий среди трупов и разложения, где всё умирает. Он символизирует стойкое осознание, которое остаётся после растворения форм. Пожирая остатки, шакал очищает пространство для нового цикла и учит бесстрашию перед смертью.

 

В тантрическом понимании он воплощает парадокс Кали: ужасное, но священное и необходимое. Шакал живёт на границе миров живых и мёртвых, находит пищу там, где другие видят лишь тление, и потому становится естественным спутником Богини — так же, как лев сопровождает Дургу, а бык — Шиву.

 

Один из самых выразительных образов встречается в тантрической традиции «Гимна Кали» (Śyāmā‑stotra):

 

«…в кремационном поле, усеянном погребальными кострами, трупами, черепами и костями, где воют самки шакалов…»

 

Оригинал содержит яркое выражение: śivābhir ghorābhir śṛgālabhiḥ — «окружённая ужасными шакалами/шакалицами».

 

В тантрических дхьяна‑мантрах (описаниях для медитации) часто повторяется формула:

 

śmaśānālaya‑vāsinī — «Та, что обитает в кремационном поле»;

 

śṛgāla‑parivṛtā — «окружённая шакалами»;

 

śmaśāne śṛgālagaṇair vṛtā — «на шмашане, окружённая стаями шакалов»;

 

śṛgālair nāditā dikṣu — «все стороны света оглашаются криками шакалов», — подчёркивающая, что появление Кали сопровождается их воем как её вестников.

 

Яркие цитаты из классических источников

 

Devi Mahatmya (Маркандея‑Пурана / Чанди), глава 8:

 

«Из тела Деви вышла Шакти Чандика, ужаснейшая, чрезвычайно свирепая и воющая, как сотня шакалов».

 

Богиня обращается к демону: «Если же ты в гордости своей силы желаешь битвы, то приходи — и пусть мои шакалы насытятся твоей плотью!»

 

Здесь шакалы выступают как прямые спутники и «слуги» Богини на поле битвы.

 

Mahakalasamhita (Камакала Кали‑кханда):

 

«По обе стороны от неё стоят два ужасных шакала, извергающие огонь из пастей. Эти шакалы, похожие на горящие угли, окружают Камакала Кали и постоянно смотрят на неё. Она кормит их отрубленными головами из чаши‑черепа, а они продолжают есть».

 

В бенгальских храмах шакалы часто изображаются у ног статуи Кали как её вахана или постоянные спутники. Особая редкая форма — Кокамукхи Кали («Кали с лицом шакала/волка»). В ней Богиня сама принимает облик с головой хищника и длинным языком (Vidyutjihva), которым захватывает и пожирает демонов. Такие изображения сохранились в терракотовых панелях храмов Birbhum, Bardhaman и Purulia.

 

В народной культуре Бенгалии ночной вой шакала традиционно воспринимался как знак присутствия Кали.

 

В храме Дакшинешвар Кали, где служил Шри Рамакришна, шакалы входят в традиционное иконографическое окружение Бхаватарини. В своих видениях Рамакришна неоднократно видел Мать на шмашане — окружённую шакалами и другими обитателями крематория. Среди воя шакалов, трупов и погребальных костров он ощущал не ужас, а бесконечную материнскую любовь. Для него это стало живым доказательством: Кали выше дуальностей чистого и нечистого. Она проявляется во всём, включая самых «низких» созданий.

 

Рамакришна иногда ел остатки пищи, тронутые шакалами, как часть садханы — полного преодоления отвращения и принятия Матери во всех её проявлениях.

 

Золотые и терракотовые фигурки шакалов у стоп Кали в бенгальских храмах

Эммануэль Дагер. Энергетический прогноз на ИЮНЬ 2026

Ребёнок не делает через "надо"...

Тело сказало нет — значит нет. Попробуйте сегодня хотя бы раз послушать первый импульс тела а не голову.

🐚 Дети не мечтают. Они играют в мечту прямо сейчас. Хочет быть пиратом — он уже пират. Не "хочу". Есть.

🐚 Подрались — через минуту бегают вместе. Дети не кормят конфликт мыслями. Вспомните того на кого злитесь. Мысленно подарите ему что-то ценное и отпустите.

🔸 Ребёнок обнимает когда хочет обнять. Импульс — действие. Напишите сейчас одному человеку которого давно хотели обнять. Просто напишите.

Самый магический камень на Земле — кристалл кварца. Существует теория, что кристаллы кварца представляют собой кристаллическое сознание нашей планеты, ее «мозговые клетки». Они являются проводниками древнейшего метасознания, и мы люди, способны посредством кристаллов кварца не только подключаться к этому Сверхсознанию, но и использовать его.

Но все это не отрицает и созидательную роль этих магических камней, которая является главной.

Существует совершенно необыкновенная история о Кристаллах-Хранителях Земли, это история о надежде и вдохновении.
Очень, очень давно, когда наш мир был еще совсем юным, да и вся вселенная была намного моложе, Землю посетили высокоразвитые существа, родина которых была гораздо ближе к центру галактики, и они были взращены источником изобильного света, эманируюемого великим центральным солнцем. Имея в своем распоряжении больше света и будучи ближе к источнику чистой энергии, они развивались очень быстро, и вскоре отправились к другим звездным системам в поисках новых знаний и приключений.

Взглянув на девственную Землю, и увидев ее голубые воды, пышную растительность и плодородную почву, они назвали ее«Терра», что значит «та, что дает жизнь».
Наблюдая естественные физические законы, которым подчинялась Терра, они поняли, что она готова к оплодотворению.

В бенгальской шактистской традиции ящерица (godha или godhika — крупная ящерица, часто варан) занимает особое место как спутница и проявление Кали/Чанди. В отличие от общеиндийской иконографии, где богиню чаще окружают шакалы, змеи, вороны или она стоит на Шиве, в Бенгалии ящерица несёт глубокий смысл адаптивности, регенерации и вездесущности Шакти.

 

Ящерица олицетворяет способность Шакти принимать любые облики — от величественных до самых скромных и «низких». Она сбрасывает хвост и отращивает новый — символ смерти эго, возрождения и неуничтожимости божественной энергии. Её скрытность, быстрая реакция и способность выживать в суровых условиях отражают то, как Кали разрушает иллюзии и адаптируется в божественной игре (лиле). В тантрическом понимании это парадокс: «низкое», земное, холоднокровное существо, связанное с крематорием и дикой природой, остаётся священным и живым. Ящерица напоминает, что Мать пребывает за пределами дуальностей чистого и нечистого, высокого и низкого.

 

Самый яркий рассказ о ящерице содержится в бенгальской поэме XVI века «Чанди‑мангала» Кавиканкана Мукундарама Чакраварти (Акхетика‑кханда).

 

В те времена, когда почитание Чанди ещё не утвердилось повсеместно, Великая Мать, Абхая — Дарующая бесстрашие, — решила спуститься на землю. Вместе с Шивой она задумала план. Небесный юноша Ниламбар, сын Индры, чистый душой и преданный Шиве, собирал цветы для пуджи. Чанди обернулась пчелой, спряталась в букете и ужалила Шиву в тот миг, когда цветы коснулись его стоп. Разгневанный бог проклял юношу. Так Ниламбар родился в бедной семье охотника Калкету, а его небесная супруга — в облике скромной и верной Пхуллары.

 

Супруги жили в нищете на краю густого леса. Калкету был искусным охотником, но Чанди, желая сломить его гордыню, наложила чары: лес опустел, добыча исчезала, в хижине поселился голод.

 

Однажды измученный Калкету бродил по лесу и среди сухой листвы заметил золотистое тело большой ящерицы — godha. В отчаянии он схватил её: «Пусть даже это принесёт беду — сегодня мы поедим!» Охотник принёс добычу домой, велел Пхулларе приготовить её и ушёл к соседям за специями.

 

Как только он скрылся, ящерица задрожала, сбросила чешуйчатую кожу и предстала перед Пхулларой в облике соблазнительной ослепительной красавицы в сияющих одеждах. «Не бойся, — мягко сказала она, — я пришла жить к вам». Пхуллара в ужасе умоляла незнакомку уйти, боясь за мужа.

 

Вернулся Калкету. Увидев в доме прекрасную женщину, он несколько растерялся, но всё-таки остался верен жене. В гневе охотник пустил в неё стрелу. В тот же миг женщина преобразилась в величественную и грозную богиню Чанди. Она легко поймала стрелу, и скромная хижина наполнилась ослепительным божественным светом. Супруги в благоговении пали ниц.

 

Чанди, полная материнской жалости, улыбнулась: «Я пришла установить здесь своё почитание. Поклоняйтесь Мне — и Я одарю вас богатством, какого не видели даже цари». В доказательство она явила горшок, полный золотых монет. Сначала Калкету усомнился и отнёс их к меняле-мошеннику, но тот, услышав имя Богини Чанди, признал золото настоящим. Бедные охотники внезапно разбогатели, расчистили лес, основали новый город и стали править мудро и справедливо.

 

Эта легенда XVI века живо сохранилась в традиции храма Кали в Дакшинешваре. В святилище, рядом со статуей Бхаватарини (одной из форм Кали — «Спасительницы от океана бытия»), слева от богини стоит золотая фигурка ящерицы (svarna‑godhika).

 

Эта фигурка — не просто украшение. Она напоминает о том, как сама Чанди (народная ипостась Кали) приняла скромный земной облик большой ящерицы, чтобы приблизиться к бедным и отверженным. Здесь, в Дакшинешваре, Рамакришна переживал свои видения. Он учил, что Мать проявляется во всём: в грозном образе с гирляндой черепов, в нежной ласке, в кошке, в реке, в цветке — и в ящерице на лесной тропинке.

 

Золотая ящерица у стоп Бхаватарини молча говорит преданным: «Я прихожу к вам в любом облике. Узнайте Меня даже в самом скромном создании. Поклоняйтесь — и Я преобразую вашу жизнь, как преобразила жизнь Калкету и Пхуллары». Так в бенгальском шактизме скромная ящерица становится мощным символом вездесущности и милости Кали.

Сомневаешься в себе?

Состояние [его] религиозного восторга… неоднократно наблюдалось серьёзными исследователями  психических состояний. По своей сути оно чем‑то напоминает речь во сне — с той лишь разницей, что при уме, насыщенном религиозными мыслями и высочайшими идеями добра и чистоты, результатом — как мы видим на примере Рамакришны — становится не бессмысленное гипнотическое бормотание, а спонтанный поток глубокой мудрости, облечённый в прекрасные поэтические формы.

 

Его сознание подобно калейдоскопу из жемчуга, бриллиантов и сапфиров: перемешанных наугад, но неизменно складывающихся в драгоценные мысли, вырисовывающиеся чёткими, прекрасными очертаниями.

 

Несомненно, для нашего слуха многое в его учении и проповедях звучит странно — но не для восточных ушей и не для тех, кто привык к пылкой поэзии Востока. В его сознании всё словно очищается.

 

Полагаю, ничто не кажется столь отталкивающим, как распространённое в Индии почитание Кали. Для Рамакришны всё отталкивающее в её образе как будто перестаёт существовать — остаётся лишь материнское начало богини. Его почитание её — это детское, искреннее, восторженное посвящение себя материнству Бога, воплощённому в силе и влиянии женщины.

 

Женщина в её естественном, материальном облике давно была отвергнута святым. У него была жена, но он никогда с ней не сближался. «Женщина, — говорил он, — очаровывает и отвлекает мир от любви к Богу». Долгие годы он прилагал величайшие усилия, чтобы освободиться от влияния женщины. Его душераздирающие мольбы и молитвы об этом освобождении, порой возносившиеся вслух в уединении на берегу реки, привлекали толпы людей: они горько плакали, когда плакал он, и всем сердцем благословляли его, желая ему успеха. И он преуспел — так, что его Божья Матерь, которой он молился (то есть богиня Кали), позволила ему видеть в каждой женщине своё воплощение и почитать каждого представителя другого пола — будь то молодой или старый — как свою мать.

 

В одной из своих молитв он восклицает:

 

«О Божественная Мать, я не желаю почестей от людей, не желаю плотских удовольствий; лишь позволь моей душе вливаться в Тебя, как постоянное слияние Ганги и Ямуны. Мать, во мне нет бхакти (преданности), нет йоги (сосредоточения); я беден и одинок. Мне не нужно ничьего одобрения — лишь позволь моему уму всегда пребывать в лотосе Твоих стоп».

 

Но самое удивительное заключается в том, что его религия не ограничивалась поклонением индуистским божествам и очищением индуистских обычаев. В течение долгих дней он подвергал себя различным дисциплинам, чтобы постичь мусульманское представление о всемогущем Аллахе. Он отрастил бороду, придерживался мусульманской диеты, непрестанно повторял изречения из Корана.

 

Глубокое и искреннее почтение он испытывал и к Христу. Он склонял голову при имени Иисуса, чтил учение о Его сыновстве и один или два раза посещал христианские места поклонения.

 

Он заявлял, что каждая форма поклонения является для него живым и глубоко воодушевляющим принципом личной религии. Фактически он показал, как можно объединить все религии мира: видя во всех них только доброе и проявляя искреннее почтение ко всякому, кто страдал за истину, за свою веру в Бога и за любовь к людям.

 

Похоже, он не оставил ничего в письменном виде, но его изречения живут в памяти друзей. Он не хотел быть наставником или основателем нового учения. «Я плыву, словно хрупкое, наполовину утонувшее бревно, по течению бурного мира. Если люди станут хвататься за меня, чтобы спасти свои жизни, результатом будет то, что они утопят меня, так и не сумев спастись сами. Берегитесь гуру!»

 

[Последняя фраза интересна: в английском оригинале "Beware of Gurus!" звучит не как отрицание духовного наставничества вообще, а как предостережение против самозваных учителей и создания культа личности вокруг себя. Поэтому её можно также перевести как: «Остерегайтесь тех, кто хочет быть гуру» или «Не ищите спасения в гуру как в опоре», что ближе к контексту высказывания Рамакришны.]

 

Макс Мюллер 

«Ramakrishna: His Life and Sayings» (1898)

ИЗ РАЗГОВОРА С ДЕДОМ...

 

...был у него вчера, и то, что он сказал, до сих пор не даёт мне покоя — но в хорошем смысле.

Он сказал: будущее приходит как смена погоды. Сначала ветер, потом буря или ясное небо.

🫠Я хихикнул. Снова мне пытаются говорить какими-то загадками.

И вот что он ответил: «Затишье перед сменой. Воздух уже другой — а почти никто этого не чувствует».

Спросил прямо: с чего вы взяли, что именно сейчас, а не через десять лет?

От ответа я ОКАМЕНЕЛ:

1. Аюрведа – это очень естественный путь к здоровью. Когда вы начинаете использовать принципы аюрведы в своей жизни, вы начинаете ощущать это буквально в первые недели. Да, ее принципы строятся на индивидуальной конституции тела, но все они одинаково подходят нашей природе как ее неотъемлемая часть.

2. Питание по аюрведе бережет вас. Никаких жестких ограничений, занудного подсчета калорий и перекусов через «не могу». Принципы употребления продуктов согласно аюрведе настолько естественны, что вам вдруг начинает казаться, что все это вы знали и сами. И следовать этому становиться очень легко.

3. Аюрведа не будет давить на вас необходимостью заниматься активными видами спорта. Некоторые из вас наконец-то получат облегчение, когда узнают, что далеко не всем типам конституции полезны активные физические упражнения.