:Счастье моё я нашёл в нашей дружбе с тобой,
Всё для тебя, и любовь, и мечты.
Счастье моё - это радость цветенья весной,
Всё это ты, моя любимая, всё ты.
Счастье моё, посмотри, наша юность цветёт,
Сколько любви и веселья вокруг.
Радость моя, это молодость песни поёт,
Мы с тобой неразлучны вдвоём,
Мой цветок, мой друг.
* * *
Текст: Намлегин Г.
Композитор (музыка): Розенфельд Е.
Курица по-абхазски получается пряная, ароматная, с морем лука и той самой солнечной нотой, которой так не хватает в наших буднях. А главное, что готовится проще простого, на обычной сковороде.


Когда говорят про бобровую плотину, обычно представляют кучу веток, сваленных поперёк ручья. Типа того, что ребёнок построит из палок во дворе.
А потом видишь фотографии со спутника — и понимаешь, что ошибался. В Канаде есть бобровая плотина длиной 850 метров. Она строилась 40 лет, несколькими поколениями бобров, и видна из космоса.
850 метров — это почти километр. Это как 8 футбольных полей в длину. Построено из веток, грязи и камней животным весом 25 кг, без инструментов, без чертежей, без прорабов, без откатов.

Но плотина — это только верхушка. Самое интересное происходит под водой.
Они создают систему: плотина поднимает уровень воды, затапливает берега, образует пруд. В этом пруду бобр строит хатку — куполообразную конструкцию из веток, вход в которую находится под водой. Зимой поверхность пруда замерзает, но внутри хатки тепло — там воздушная камера, куда бобр приносит ветки и кору для еды.
Волк, медведь, росомаха не доберутся: вход под водой, под льдом. Внутри сухо и безопасно. Бобр может провести всю зиму, не выходя наружу, питаясь запасами, которые он утопил на дне пруда осенью. И на ужин готовить полено.
Но это ещё не всё. Бобры строят каналы. Они роют подводные траншеи от пруда в лес — иногда на 100-150 метров. По этим каналам они сплавляют тяжёлые брёвна к стройке, не таская их по суше.
Это гидроинженерия. Они управляют уровнем воды, строят дренажные системы, создают искусственные водоёмы.
Знаете, на что это больше всего похоже? На римские акведуки. Только римляне планировали водоснабжение для городов с миллионом людей, а бобры — для семьи из 6 особей. Но принцип тот же: управление водой ради выживания.
А теперь самое смешное: в 19 веке бобров в Европе почти истребили. В США тоже — из-за охоты на мех их осталось несколько тысяч. Реки без бобров начали деградировать: эрозия берегов, высыхание болот, исчезновение рыбы.
Только тогда люди поняли: бобры не просто живут у реки. Они создают экосистему. Их плотины замедляют течение, фильтруют воду, создают убежища для рыб и птиц, удерживают влагу в почве.
Сейчас бобров заселяют в разные страны специально — как естественных инженеров, которые восстанавливают ландшафт бесплатно.
В Великобритании бобров не было 400 лет. В 2020 году их вернули в несколько рек. За 3 года они построили 16 плотин, которые предотвратили наводнение в нижних деревнях, подняли уровень грунтовых вод и
![]() Как Европа в XV-XVI веках осмысляла Россию К исходу XV столетия для Московского государства, только что поднявшегося на обломках прежней удельной Руси, настала пора претендовать на свое древнерусское наследство — на воссоединение русского народа и русских земель в одних границах. Коль скоро государственная и интеллектуальная элита России мыслила страну законной преемницей Константинопольской империи, статус этот требовалось подтверждать на деле. Это означало не просто собирание русских земель, которым занимались все московские Рюриковичи от Ивана Калиты, с начала XIV в. Но — собирание воедино русской православной цивилизации, ее жизненного пространства, сформировавшегося еще во времена домонгольской Древней Руси. Намерение это четко высказал еще Иван III, приняв официальный титул «Божьею милостью един правый государь всей Руси, отчич и дедич, и иным многим землям от севера и до востока государь». «Отчины и дедины» московских Калитичей, потомков русского единодержца, киевского великого князя Владимира Мономаха, включали в себя не только независимые от Москвы княжества и республики, но и обширные земли на юге и западе, насильно инкорпорированные некогда в состав Великого княжества Литовского. |
Вы когда‑нибудь пробовали «очищение организма»? Пили зелёные смузи, сидели на гречке, ставили клизмы. Чувствовали лёгкость… а через неделю всё возвращалось.
Потому что 90% детокс‑программ - пустая трата денег и времени.
Я не против очищения. Я против лжи. В этой статье разберём, как на самом деле работает система детоксикации вашего тела. Без сомнительных БАДов. Без голодания. Без обещаний «сжечь токсины за 3 дня».
Три лягушки сидели на бревне, одна решила прыгнуть. Сколько лягушек осталось сидеть на бревне?
- Три, - неуверенно ответил один из учеников.
Правильно: три. Поскольку лягушка только решила прыгнуть, но не предприняла для этого никаких действий.
Никогда не путайте действие с принятием решения. Иногда вам кажется, что вы уже прыгнули, но на самом деле вы по-прежнему сидите на бревне.
Источник
Вы просыпаетесь утром, а голова уже тяжелая. Знакомое, ноющее чувство. Вы идете на кухню, автоматически открываете аптечку и глотаете цитрамон или ибупрофен.
Через час становится легче. Но к обеду боль возвращается - иногда даже сильнее, чем была утром. «Наверное, погода. Или усталость», - думаете вы и снова тянетесь за таблетницей.
Этот сценарий настолько распространен, что стал частью нашей повседневной культуры терпения и «быстрого решения». Мы привыкли, что голова может болеть часто. Мы не удивляемся, если в сумке, на работе и в машине лежат по пачке обезболивающих.
Но есть один пугающий факт, о котором не пишут в инструкциях: ваша любимая таблетка сама может стать причиной болезни. И это не метафора. У этого явления есть медицинское название: абузусная (лекарственно-индуцированная) головная боль. Если вы пьете обезболивающие чаще двух-трех раз в неделю - вы в группе риска.
Самое тревожное: многие пациенты с абузусом даже не считают себя больными. Они уверены, что просто «склонны к головным болям».
[показать]