Красивая душа...
Красивая души и сердце...
Ты любишь...Как родную мать
Ждешь всегда заветных слов
Чтобы люблю ему сказать...
О женское ты ожиданье...
Сколько мужчин с ума свело
И сколько слез ты пролила
И я любил тебя давно...
Иван Звенигородский-VMD-IVAN-SZ.Написано 23 нобря 2010 г.
[700x525]
[700x491]
А сегодня в раю тепло,
распускает бутон весна.
Вашей бабушке повезло,
если любит цветы она.
А на завтра в раю концерт-
снова ангелам подпевать.
Если бабушка помнит текст,
значит ей хорошо опять.
Послезавтра нельзя проспать-
ночью служба и крестный ход,
впрочем, старой не привыкать-
до Берлина дошел народ.
Ты держись – это все же рай,
а не то, что у нас – тоска.
Внуков лихом не поминай.
Ну, а мы поживем, пока…
Скоро будет в раю, говорят,
день открытой навечно двери
и пройдет на земле листопад
приглашений со схемой пути.
Я вновь рождён. Как это странно!
Меня здесь не было недавно.
Вновь телом древний дух пленён
И странным знанием наделён,
О том, что раньше был свободным,
Счастливым духом беззаботным,
Но погрузился в этот сон.
Красив он, страшен и смешён
Сей иллюзорный мир страданий –
Продукт испачканных сознаний
Людей, в плен тела погружённых
И меж собою разделённых
Неведенья густым туманом
И занятых самообманом.
Но тело не тюрьма, а дом
И точно знаю я о том,
Что должен этот дом стать храмом
И в этом мире странном самом
Я вновь свободу обрету,
Осуществлю свою мечту
О единении с собою
И сам себе себя открою.
Пропала девушка. Всего лишь 20 лет.
Ушла из дома вечером печальным
за неизвестным. Маленький портрет
прощается на выходе вокзальном.
Внизу абзац – короткий как судьба.
Всего пять строк обманутой надежды.
Бумажный слепок нежного лица,
и имени, обласканного прежде…
Я присмотрелся - не могу понять:
На фото ухмыляется старуха! -
Ночных огней прокуренная мать,
стаканов мутных верная подруга
чья молодость покинула приют
усталого, истерзанного тела.
За дверь, в ноябрь убегает труп
и черной тенью юность пролетела..
Таких дорог живым не отыскать -
следы петляют по осенним лужам.
Не возвращайся - Время исчезать.
Твой грязный саван никому не нужен!
[463x360]Две ладони, как две судьбы
В полумраке соприкоснулись.
В этот миг в двух сердцах проснулись
Задремавшие струны любви.
Две ладони, как ангел во тьме,
Что приносит благую весть,
Ведь на свете любовь все же есть,
Раз рука прикоснулась к руке.
Две ладони, как два крыла
Наугад потянулись друг к другу.
Вечный бег за счастьем по кругу
Ни к чему. Пошатнулась скала,
Счастьем рухнула в руки к ним.
Лишь сумели бы удержать...
Никуда им теперь не сбежать
От внезапно пришедшей любви.
Две ладони... И две пары глаз
Друг на друга влюбленно глядят.
Тот, кто честен в любви, тот свят:
Два святых повстречались сейчас.
Настроение сейчас - А вот нет его, настроения-то
Ты гори душа, догорай,
ярким пламенем освятись.
Не ищи потерянный рай -
крылья сбрось, да не крестись.
Не цепляйся за купола,
на святой воде не гадай,
не раскачивай колокола,
да огнем лампад не играй.
Не проси у Бога Отца,
не пытай небесной судьбы,
догори душа до конца
и в огне себя возлюби.
Не спешите, бабушка, на тот свет!
Подождёт родную вас милый дед.
Рановато вам ещё умирать.
Есть ещё в вас силушка в жизнь играть.
Будет за сыночками кто следить,
Молодых невестушек жить учить,
Бегать за внучатами по дворам
С ложкой каши гречневой? Полно вам.
Зря, вы, так торопитесь на тот свет.
Ничего хорошего в спешке нет.
Терпеливы ангелы, подождут.
Много интересного ещё тут.
Ох, не надо, бабушка выбирать –
Место под могилку то покупать.
Вам бы ещё, милая, жить да жить,
С верными подругами да дружить
И с пенсионерами танцевать.
Есть ещё здоровьишко погулять.
Хоть волокардином вся жизнь полна,
Вам ещё возможность пожить дана.
Смысла нет заказывать гроб пока.
Вместо вас в могилу уйдёт тоска.
Много в жизни сделано нужных дел,
Но и это, бабушка, не предел.
Рановато вам себя хоронить.
Вам ещё, родимая, жить да жить.
Жизнь- это поезд.
И снова в купе
встретились двое
на белой реке
нитей стальных,
сплетающих круг
судеб чужих
нежностью рук.
Маленький остров.
Общий багаж.
Утренний кофе.
Ночной экипаж.
Вдруг остановка.
Зимний перрон.
Яркий, как елка
напротив вагон.
Кто-то садится.
Кто-то сойдет.
Что-то случится.
Сердце не врет.
Окна разводят
стрелки судьбы -
я за восточным,
в западном - ты.
Губы согреют
буквы на льду:
"Я не забуду,
но не люблю..."
Жизнь - это повесть
мужчины в купе...
Катится поезд
по темной реке.
Черное с капелькой белого.
...Не называя имен...
Нежные прикосновения
Тех, кто безумно влюблен.
Белое с капельнокй черного.
Светлейшая из ночей...
Два силуэта темные
В таинственном лунном луче.
Окна полуоткрытые...
За пеленою штор
Правила все забыты...
Нежный ночной разговор...
Черное с белым поровну.
Гармония душ и тел.
Маски ненужные сорваны!
Каждый любви хотел.
Белым пятном среди черного
Луна на ночном небосклоне.
Любовь, что искали так долго...
Поцелуи, в ладонях ладони...
Черное среди белого:
Утро и кофе со сливками,
Объятья сонно-несмелые
И ярче звезд улыбки.
Черное с белым вместе...
Сплетение яви и снов.
Музыка ветра, нежность,
Гармония, страсть, любовь...
[699x669]
Для них в ночи играет джаз,
Для них шумит и вьется вьюга,
Чтоб каждый раз, как в первый раз
Они смотрели друг на друга.
Остановило время бег.
На улице метет... и людно.
Но даже в этот сильный снег
Ему согреть ее нетрудно.
А на столе горит свеча:
Под звуки джаза пляшет пламя.
И, как свеча, горит сейчас
Любовь с зелеными глазами.
Куда теперь? В объятья сна?
Или зиме отдаться снежной?
Касанья губ... Глоток вина...
Они во власти страсти нежной.
Два сердца в шелке простыней...
Рука по телу светом лунным...
О нем одном и лишь о ней...
О тех, кто любит так безумно!
Настроение сейчас - Лиричное
[440x340]
Я сегодня на работу не приеду.
Позвоню, совру, что заболел
и пройду по утреннему снегу
вдоль дворов притихших, где взрослел.
Мимо трехэтажного домишки,
прикорнувшего у старого пруда,
мимо сада у пожарной вышки,
вдоль реки, застывшей навсегда.
Через “Арктику” и центр “Ориона”,
все по “Радуге”, за “Изумрудный” круг-
Здесь у смерти вырвана корона,
живы все и лает верный друг.
Я сегодня на работу не приеду.
Позвоню, совру, что заболел.
Я иду по солнечному снегу,
я давно к себе дойти хотел.
Наши тела не выносят времени-
им так нравится умирать.
Бессмертные души стонут от бремени
неспособности вечность познать.
Позастряли в горшках глиняных
потомки далеких звезд,
“Дайте свободу, пустите изверги”, -
стонут и бьются о кость.
И вот, наконец, освобождаются
- авария, пуля, укол.
Счастливые, пьяные вырываются-
да Боги сажают на кол
и страшно грозят: “Сидеть до вызова,
пока кости не соберем!”
“Страдать всегда – ваша вечная истина!
А мы за вас передохнем!"
Ты не грустишь, не плачешь, не смеешься.
Прощальный вечер выбрала судьба.
Ты тихо спросишь: “На ночь остаешься?”
И на губах порхает слово "ДА".
Но я сжимаю бабочку в объятьях,
лишаю ветра паруса любви
и осыпается пыльца на красном платье
и у причала тонут корабли.
Ты не грустишь, не плачешь, не смеешься,
лишь сигарету тонкую вдохнешь.
“Уже уходишь?” – нежно улыбнешься
и в телефоне номер мой сотрешь...
У попа была собака.
Он ее любил.
Она съела кусок мяса.
Он еще купил.
Она снова съела мясо.
он опять купил.
Снова тянется за мясом..
,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,
И сказал он ей:
"Не испытывай , собака, ты любви моей!"
В докомпьютерную эру
мальчик марки собирал,
лобзиком пилил фанеру
и о космосе мечтал.
Засыпал над книгой утром,
бабу снежную лепил
Наконец, достал компьютер
и козлов всю жизнь мочил.
Скучно было пионеру
в докомпьютерную эру!
В докомпьютерную эру
мальчик марки собирал,
лобзиком пилил фанеру
и о космосе мечтал.
Засыпал над книгой утром,
бабу снежную лепил
Наконец, достал компьютер
и козлов всю жизнь мочил.
Скучно было пионеру
в докомпьютерную эру!
Умер у бабушки старый кот Вася.
Белым родился и добрым остался.
Едет старушка на дачу любимую -
другу лежать под высокой осиною.
Трясет электричка от торта коробку,
в которой кота уложили на полку.
Размер впечатляет – любил друг колбаску…
Устала, уснула, во сне гладит Ваську.
Очнулась внезапно - Что - то не так!
Коробка на месте, да только не та!
Она стала маленькой! - мысли пляшут.
"Где же ты Вася? Куда тебя тащат?"
"Стойте, отдайте!" И тут она вспомнила
студента веселого, да чернобрового.
Ну что же ,шутник, отведай тортика!
Запомнишь и бабушку и бедного котика!
Умер у бабушки старый кот Вася.
Белым родился и добрым остался.
Едет старушка на дачу любимую -
другу лежать под высокой осиною.
Трясет электричка от торта коробку,
в которой кота уложили на полку.
Размер впечатляет – любил друг колбаску…
Устала, уснула, во сне гладит Ваську.
Очнулась внезапно - Что - то не так!
Коробка на месте, да только не та!
Она стала маленькой! - мысли пляшут.
"Где же ты Вася? Куда тебя тащат?"
"Стойте, отдайте!" И тут она вспомнила
студента веселого, да чернобрового.
Ну что же ,шутник, отведай тортика!
Запомнишь и бабушку и бедного котика!
У черной речки молчаливо
поникли старые березы.
Я тронул белые изгибы
и на руках остались слезы.
Не плачьте милые подруги,
я тридцать лет забыть пытаюсь
глаза доверчивого друга-
они навек со мной остались.
Вновь ветер стих и сердцу тесно
и листья кружат вальс осенний.
Мы так любили бегать вместе
на берег речки в час вечерний.
Собака ловит мячик, лает,
возня и смех в траве высокой.
Как друг тебя мне не хватает!
Все сметено судьбой жестокой.
Я верил: людям самым близким
убить собаку невозможно!
Но если сердце стало низким -
Переступить черту несложно.
Удар хозяина смертелен.
На камне кровь и тело тонет
"Но почему? Я был так верен!"-
глаза немым вопросом стонут.
Ты стал родителям не нужен,
когда любовь ушла из дома.
Он был отцом, любимым мужем,
но все перечеркнул сурово.
И в детство прервана дорога
и взгляд становится серьезным.
Я в жертву принесен жестоко
у черной речки, под березой.
У черной речки молчаливо
поникли старые березы.
Я тронул белые изгибы
и на руках остались слезы.
Не плачьте милые подруги,
я тридцать лет забыть пытаюсь
глаза доверчивого друга-
они навек со мной остались.
Вновь ветер стих и сердцу тесно
и листья кружат вальс осенний.
Мы так любили бегать вместе
на берег речки в час вечерний.
Собака ловит мячик, лает,
возня и смех в траве высокой.
Как друг тебя мне не хватает!
Все сметено судьбой жестокой.
Я верил: людям самым близким
убить собаку невозможно!
Но если сердце стало низким -
Переступить черту несложно.
Удар хозяина смертелен.
На камне кровь и тело тонет
"Но почему? Я был так верен!"-
глаза немым вопросом стонут.
Ты стал родителям не нужен,
когда любовь ушла из дома.
Он был отцом, любимым мужем,
но все перечеркнул сурово.
И в детство прервана дорога
и взгляд становится серьезным.
Я в жертву принесен жестоко
У черной речки, под березой.