Храм Иоанна Богослова в селе Красное Новой Москвы имеет интересную историю до октябрьского переворота, и об этом рассказано во многих источниках, но о том, что происходило там в 1990-е годы, когда тот храм вновь открылся (в нём был дом культуры, спортзал, типография и даже жилые помещения), нам расскажет художник-живописец Анна Ягужинская, проработавшая там 8 лет при самом первом настоятеле.

- Здравствуй, Анна, не терпится услышать твой рассказ о том времени, когда ты работала художником при храме Иоанна Богослова в селе Красное Новой Москвы. Расскажи нам, пожалуйста, о том, с чего вся эта твоя эпопея начиналась.

- Здравствуй, Ари. Очень рада твоему интересу к тому сложному периоду жизни храма Иоанна Богослова в селе Красное тогда ещё - Московской области, Подольского района, а теперь уже - Москвы, хоть и "новой". Это случилось в 1992-м году, когда я пришла на 1-й курс Московского Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета. В ПСТГУ были  знающие, интеллигентные преподаватели, сильные специалисты, профессора, мне очень нравилось там учиться, и было там много интересного. Училась я там 6 лет – с 1992-го по 1998-й годы.

- А почему ты выбрала именно этот вуз?

- Всё просто, Ари. Я могла бы изрядно покритиковать институт Сурикова, но не буду, потому что даже если бы мне бы удалось его закончить, то я бы там получила… образование, а, вот, в ПСТГУ я получила… профессию! Это важно, но дело не только в этом. Вуз для верующих, православных людей, а я верую и задумала расписать храм, а в те годы они массово восстанавливались из руин, поэтому и решила там научиться монументальной живописи (фреске), а церковь я уже присмотрела.

- Анна, а как ты попала на работу в эту церковь?

- В 1991-м году друзья привели меня в сельский храм, где я познакомилась со священником, Михаилом Дмитриевичем Тараном, который и стал потом моим работодателем и непосредственным начальством. Оказалось, что он ещё и учился со мной в одном вузе. Прежде, чем брать меня, слишком юную, на работу, этот священник советовался со знающими людьми, а те сказали, что мои работы, которые они видели, достойные, и рекомендовали ему взять меня на работу, и тот принял меня на должность художника в свой храм. Так я стала работать в церкви Святаго Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова в селе Красное Новой Москвы. Читать далее

В этом посте рассказываю о своих приключениях. Как я оказалась в церкви, я рассказывать не стану, начну уже с того, как устроилась на работу в храм Иоанна Богослова в Красном селе под Подольском. Прежний настоятель в меня поверил, каким-то образом кто-то из разбирающихся людей шепнул ему, что я делаю качественную работу, несмотря на молодость. И он взял меня на работу в штат. Трудовая книжка, соц.пакет - всё по-взрослому. Зарплату платил мне раз в месяц не большую, но для меня тогда это было целое состояние. Настоятель этот выделил мне прекрасное помещение изолированное, хорошее, с удобствами. О такой мастерской может мечтать любой художник, а она досталась совсем юной барышне-студентке. Там была речка, пруд, лес, писательский посёлок, хорошие места для пленэра. И вот, стала я там работать. У меня было очень много работы. Я была единственным художником при храме, чему может так же позавидовать любой художник. Могла без помех работать, одновременно учась. Отопление было там печным. Воду приходилось носить с колонки (правда, только зимой, так как что бы трубы не замерзали, подача воды прекращалась) раствор для фрески приходилось самой мешать лопатой. Писала я настоящую фреску, поэтому догашивали известь, словом, работа эта была очень сложной и тяжёлой физически. Все свои учебные работы и курсовые делала в этом храме - там я писала несколько фресок, иконы, отвечала за всё оформление этого храма и его территории. Мы с настоятелем собирались создать там мощный духовный центр, но нам не дали этого сделать. Его уволили, потом - меня, я так и не расписала храм. Зато я встретила мужа и родила недавно ребёнка, а это - тоже большое дело. Художником я, конечно, осталась, но в храме уже не работаю, пишу станковые картины, продаю их. Так что я совсем не расстроилась тому, что лишилась этой работы. Напротив, я очень счастлива именно теперь, а не когда-то.

Вот та работа, которую я там выполняла. Это- эскиз того, как будет выглядеть окраска храма снаружи. Одобрено архитекторами Якубеней и Л. Тораблиной.

А это - одна из первых моих икон там. Она называется Святой Георгий Победоносец. Она находится в этом храме и по сей день.

После моего увольнения большая часть моей работы там была уничтожена. Разрушены наши постройки, ограда, которую я собиралась расписать сюжетами из Ветхого завета, Святой колодец, а самое главное - замазали они белой краской мои фрески внутри церкви. А фрески были хорошие - вот одни из них и вот, как это выглядело:

Спас с алтарной преграды.

А так была расписана моя иконописная мастерская:

Это фрагмент фресковой росписи снаружи. Адам. А вот - Святой Дух творит тварей, точнее, фрагмент - от Господа одна рука, зато твари все показаны:

А эту работу я сделала не в церкви, а в Москве, на стене прогимназии "Пересвет". Кирилл и Мефодий - учители словенские: