Как много в моей жизни промчалось отчаянных сюжетов...

И каждый из них потянул бы на толстенный роман.

Но только обыденны беды, и обыденны удачи,

И в каждой из них укрывался незаметный изъян.

И каждую из них выводил я пером по бумаге,

А после бумагу сжигал в ненасытной печи,

Потом удобрял той золой огородные грядки,

И свежая фасоль на тарелке упрямо молчит.