Время меня подгоняет по съеденным пастбищам,

Будто бы окрик охрипший и бич пастуха...

Слабых под нож, отбракованных, гибель и каличам,

В тёмной пещере всё ждём, как утихнет пурга.

Нас обстригают. А после мы будем зарезаны.

Мерно иду меж таких же собратьев в пыли.

Нынче крюки пастуху верно служат протезами,

Руки его в схватке с волком на землю легли.