Нельзя не отметить, с благодарностью, самоотверженный подвиг администрации Liveinternet. Они сумели почти полностью восстановить все записи и комментарии, унесённые электронной стихией.

Спасибо!

Пожалуй, ребята даже переусердствовали.
У меня, например, пропавшие комменты повторились по четыре раза.

Но лучше потратить полвечера на стирание лишнего, чем всю оставшуюся жизнь оплакивать утраченные перлы.
Не так ли?
_____________________________________________________________________

Хочу воспользоваться случаем и рассказать одну маленькую историю из театральных курьёзов, которыми почему-то оказалась богата моя не очень театральная жизнь.
_____________________________________________________________________

Вообще то, подумываю о смене имыджа. Больно уж он оказался зубастый и крокодилоподобный. На самом деле я добрый и пушистый, а местами даже гладкий.
_____________________________________________________________________

Голова моя полна всякими историями, которые произошли со мною, моими родственниками или знакомыми, и которые кажутся, если не смешными, то, по крайней мере, забавными.
Почему бы не поделиться, пока могу?
_____________________________________________________________________

Ещё раз напоминаю, что я не писатель.
Моя задача развлечь друзей и отвлечь недругов.

А также напоминаю, что любую серьёзность считаю очень смешной и неуместной.

Итак.
_____________________________________________________________________

Саратов. Середина семидесятых.

Не помню кто-кого пригласил, но мы втроём оказались в Саратовской Филармонии на симфоническом концерте. Втроём - это я с молодой женой и другая Таня, тогда ещё Соловьёва, однокласница и подруга жены.

Согласно афише, должны были исполняться только произведения Моцарта.

Зал был, наполнен на треть, что тогда было нормой для концертов классической музыки.

Перед началом выступила женщина-музыковед. Она обьяснила кто такой Моцарт, какое место он занимает в музыкальном наследии человечества и посоветовала от души насладиться его произведениями, которые для нас сегодня прозвучат.

Первым в репертуаре стояло Рондо Моцарта.
Вышел дирижёр, взмахнул палочкой, и зазвучало Рондо.

Нужно сказать, что рондо - это такая музыка, которая построена, как бы на вращении и повторе мелодии. Ну рондо.

И вот.
Звучит это самое рондо, но вдруг что-то там разладилось. Уж больно много в этой музыке мелких, повторяющихся тридцатьвторых и даже шестьдесятчетвёртых.

Получилось так, что инструменты разделились и начали выскакивать в противофазе.

Зы-зы-Зы-зы.
Мы сидели несколько ошарашенные.. Моцарт был известен своими музыкальными новшествами. Может оно было так оригинально задумано?

Музыка уже запилилась в полный экстаз!...

Но тут раздался высокий, резкий немузыкальный бьющиийся звук.

Это дирижёр со всей силы швырнул об пол свою палочку.

Он внятно, громко, взгливо выкрикнул матерное ругательство и убежал.

Возникло оглушительное молчание. Зал и музыканты замерли, как заколдованные в сказке о спящей красавице.

Тишина продолжалась минут двадцать. Никто не шевелился.

Наконец, кто-то из оркестра поднялся и отправился за кулисы.
За ним потянулись другие музыканты. Оркестровая сцена опустела.

Не шибко заполненный зал продолжал остолбенело сидеть. Никто не уходил.

Это молчаливое сидение зала перед пустой сценой продолжалось минут сорок, а может быть, даже час, а может, и больше. Не помню.

Такое вот заворожённое ожидание зала, в котором я сам был участником, поразило меня более всего.

Наконец на сцене появилась хорошо известная нам женщина-музыковед, которая выступала перед концертом.

Она сказала буквально следующее:

"Не думайте, пожалуйста, что мы вам чего-нибудь не доиграли.
Мы вам даже больше сыграем.

Бетховен! Увертюра к Эгмонту!"

Вернулся и расселся оркестр, вышел дирижёр, и зазвучала хорошо нам известная музыка, которая и завершила концерт.

Вот и лирушная администрация отыграла нам утраченные комментарии и даже больше, по четыре раза.