В детстве будущий классик помогал отцу в Таганроге заниматься семейным бизнесом - торговать в бакалейной лавке. Сырные и сахарные головы, аравийский кофе, прованские масла - чего там только не было!
Через много лет Антон Павлович скажет: "Кто не придает должного значения питанию, не может считаться по-настоящему интеллигентным человеком". И подтвердит это своим творчеством.

![]()
"Самая лучшая закуска, ежели желаете знать, селедка. Съели вы ее кусочек с лучком и с горчичным соусом, сейчас же, благодетель мой, пока еще чувствуете в животе искры, кушайте икру... потом простой редьки с солью, потом опять селедки... объедение!"
В пьесе "Иванов", написанной в том же году, герои с неменьшим смаком обсуждают закуску:
"Селедочка, матушка, всем закускам закуска. ...Ну нет, огурец лучше... Ученые с сотворения мира думают и ничего умнее соленого огурца не придумали..."
Или, например, вот так, записывайте рецепт: "взять икры паюсной четверку, две луковочки зеленого лучку, прованского масла, смешать все это и, знаешь, этак... поверх всего лимончиком. Смерть! От одного аромата угоришь".
А после правильной закуски нет ничего лучше, как в морозный январский денек отведать "щей горячих, огневых", или "борщок из свеклы на хохлацкий манер, с ветчинкой и с сосисками", или "рассольник из потрохов и молоденьких почек".
Пальчики оближешь!

Антон Павлович знал толк в рыбалке.
Страстная любовь к рыбалке у Чехова - тоже с детства. Гимназист при каждой возможности бежал на берег Таганрогского залива, прихватив удочку, керосинку и сковородку - нажарить бычков. А Чехов-писатель посвятил не один рассказ рыбной ловле: "Налим", "На реке", "Рыбье дело" - остроумный "трактат советов рыболовам", подсоленный тонким чеховским юмором. Стоит ли удивляться, что в Мелихово он приобрел пруд для разведения карасей. Жареные в сметане - одно из самых его любимых блюд.
"... приехав домой, я сильно пожалел, что этот путь был обратным: кабинет мой показался мне противным, а обед подали такой (нас не ждали), что я с тоской вспомнил о Ваших художественных варениках".
Домашний мармелад, варенье из вишни - что может быть лучше! Вишня в чеховских произведениях - символ жизненной силы и процветания. В Мелихово писатель высадил большой вишневый сад, обессмертив его в названии великой пьесы. А еще знаток десертов обожал блины:
"Печенье блинов есть дело исключительно женское... это не простое поливание горячих сковород жидким тестом, а священнодействие, целая сложная система, где существуют свои верования, традиции, язык...".
В рассказе "Глупый француз" клоун Генри Пуркуа зашел в московский трактир Тестова позавтракать. И в ожидании своего заказа засмотрелся на господина, "приготовлявшегося есть блины". Тот съел столько блинов с икрой, обильно политых маслом, что бедный Генри Пуркуа был уверен: мужчина решил покончить жизнь самоубийством:
"Разве один человек может съесть так много теста?.. Бедняга... Или он болен и не замечает своего опасного состояния, или же он делает всё это нарочно... с целью самоубийства... О, страна чудес!" - заключил потрясенный француз.
"...урожай на ягоды необычайный. До сих пор никак не можем одолеть крыжовника и малину. Жрем до отвала. Грибов не было, но в августе появились. Ежедневно хожу с братом и приношу множество".
Много гастрономических подробностей и в дневниках писателя:
"Вот наше меню: селянка из осетрины по-польски, супрем из пулярд с трюфелем, жаркое, фазаны, редька. Вина: Бессарабское Кристи, Губонинское, Cognac и Абрикотин. Жду его обязательно...".
Часто в записных книжках отмечал Чехов званые обеды:
"Обед. Блины у Солдатенкова. Поехали к Левитану. Купили картин на 1110 р... Обед в "Континентале". Скучно и нелепо... Обед у гр. Орлова-Давыдова. Толстые, ленивые лакеи, невкусные котлеты, чувствуется масса денег...".
И, конечно, Антон Павлович уважал застолья с хорошей кухней в уютных московских ресторанах. Пожалуй, чаще всего Чехов обедал в "Эрмитаже" - здании на углу Петровского бульвара и Неглинной улицы, где сегодня располагается "Школа современной пьесы". Заведение принадлежало московскому купцу Якову Пегову и французскому кулинару Люсьену Оливье (да-да, тому самому, знаменитому автору легендарного салата) и было излюбленным местом интеллектуальной элиты.


Серия сообщений "ЖЗЛ":
Часть 1 - Девушка по имени Рождество. Лина Кавальери
Часть 2 - Галина...
...
Часть 23 - "Судьба человека"о Владимире Соловьёве..."Открываешь холодильник, а там тоже я!"
Часть 24 - И королевства ей было маловато!
Часть 25 - "Кулебяка должна быть аппетитная, бесстыдная во всей своей наготе..."
Часть 26 - Любовь, которую помнят: Лиз Тейлор и Ричард Бертон