– Ты кто?
– Никто.
– Ты откуда?
– Ниоткуда.
– Ты куда?
– Никуда.
– Ты какое?
– Никакое.
– Что же делать мне с тобою?
– Ничего.

«Мы уже выяснили, что жизнь и наша жизнь – это совсем не одно и то же. И что в непонимании этого кроется корень всех заблуждений. Вместо того чтобы изучать жизнь, которую мы ощущаем внутри себя, абсолютную и исключительную, дабы познать ее (коль скоро это единственное реальное для нас знание), мы наблюдаем то, что лишено наиболее важного фактора, или свойства жизни, а именно – разумного сознания. В этом мы похожи на человека, который пытается изучать некий объект исключительно по его тени или отражению…».

– В чём разница между чтением и прослушиванием одного и того же текста? Или никакой разницы нет?
– Тексты предпочитаю читать, а музыку слушать.­­ Отвечу на твои вопросы после того, как прочтем до конца, выбранное рассуждение.

«…Мы знаем, что такое смерть отдельных частиц животного тела. Мы знаем, что такое смерть животного и человека (как животного). Но мы ничего не знаем о смерти сознательного разума, да и не можем знать, просто потому что сознательный разум – это и есть жизнь. А Жизнь никак не может быть Смертью... Жизнь животного – блаженство, поскольку оно не знает, не видит смерти, и умирает, так и не осознав этого. Но почему тогда человек наделен этим даром – видеть и знать смерть, и почему смерть настолько ужасна для него, что временами он даже идет на самоубийство из одного лишь страха перед смертью? Почему это происходит? Потому что человек, который видит смерть, – больной человек, нарушивший закон своей жизни и не живущий более осознанно. Он сам превратился в животное, причем животное, также нарушившее закон жизни. Жизнь человека есть стремление к блаженству, но то, к чему он стремится, уже ему дано. Свет, сияющий в душе человека, и есть блаженство и жизнь; и этот свет никак не может быть тьмою, поскольку реально существует (и поистине, существует для человека) один только этот свет, озаряющий человеческую душу…». Л. Н. Толстой «О жизни».

– Восприятие текста слухом во многом зависит от манеры чтеца, записывающего текст: тембра его голоса, скорости чтения, выразительности чтения и акцентирования на знаках препинания. От этого набора приемов актерского мастерства будет зависеть правильно ли преподнесён замысел автора. Кроме того, слушающий, поглощен слежением за потоком изложения, лишен возможности критически относиться к услышанному или выстраивать собственное суждение о важных деталях в сюжетной линии. Как воспринять сложноподчиненное предложение, когда в нем переплетено несколько смыслов, отсылающих от одного к другому? А как вообще можно работать с аудио текстом?
– Привели выдержку из произведения Л. Н. Толстого не ради рассуждений о том, что лучше, – читать или слушать. Мы, например, сейчас ведем мысленный диалог, который будет приведен в текстовом варианте для читателей. Люди, общаясь между собой в разговоре, тоже используют аудио сообщения, то есть слушают по очереди друг друга. Существуют иные способы коммуникаций. Расширяя способы передачи информации, люди обогащают и насыщают свою жизнь новыми возможностями.
– Кто, быть может, стал спорить с тобой, а я не стану. Как консервативная сущность второго «Я» Петровича, привык работать с текстовым материалом и мне кажется, что, возвращаясь к идеям Л. Н. Толстого, нам проще будет работать именно с текстовым материалом. Кому-то может показаться пустословием длинное отступление от темы, но как заставить читателя еще раз вернуться к приведенной выше цитате и вновь внимательно ее прочитать. Прочитать и понять, что не так важны сюжетные линии текстов, как важны смыслы, заключённые в них. Пищей Сознания являются смыслы, а не догмы, не речевые штампы и шаблоны, которые легко узнаются, легко применимы; которые дают возможность быть лицемером, лжецом и пройдохой; которые позволяют уйти от трудной работы поиска смыслов и, следовательно, отказа себе в желании познавать, возможно, самой главной части себя самого. Когда–нибудь, при встрече со своим сознанием, вы спросите: «Ты кто?». – Услышите в ответ: «Никто».