Сидят на Собаке две Блохи. Одна спрашивает:
— Как ты думаешь, на других Собаках тоже есть Жизнь?

Что общего между темой вчерашнего обсуждения и многообещающим началом сегодняшней беседы за треугольным столом? Ровным счётом – ничего.

– Как это ничего? Их связывает тайна возникновения жизни.
– Ох и любишь ты тайны разгадывать.
– Тайны не собираюсь разгадывать. Люблю ставить вопросы и искать ответы. Мне нравится обсуждение любого вопроса, когда в динамике спора открываются новые грани привычного мира. В том числе: грани характеров, уровень культуры и интеллекта принимающих участие в дискуссии.
– Ну да, ну да! Особенно, когда сидят две собаки на равном расстоянии от блохи и одна спрашивает: «Как ты думаешь, кого предпочтёт блоха укусить?».
– Ох и любишь ты всё переворачивать.
– А чё не так-то?
– Всё не так. В самом начале стенограммы представлен анекдот. Можно посмеяться, а можно задаться фундаментальным вопросом о возникновении жизни.  Твоя пародия тоже на анекдот смахивает, но явно напоминает парадокс Буриданова осла, математическую задачу на логику. Ну и что интереснее? Вопросы жизни или игра разума над досужим вымыслом?
– Кому что нравится. Я бы предпочёл математическую тему. А каким образом можно тему беседы двух блох преобразовать в обсуждение проблемы возникновения жизни?
– Ты разве не видишь прямую связь в скрытом смысле анекдота?
– Не вижу, но анекдот оценил. Он вызывает во мне ассоциации с кинофильмом «Карнавальная ночь», когда лектор задумчиво так спрашивает: «Есть ли жизнь на Марсе? Нет ли жизни на Марсе...». У меня сразу возникает вопрос, а какое значение это имеет для полового влечения? Не смотри так на меня. Мне становится стыдно за своё поведение, но свои слова забирать, ой …затирать, не собираюсь. Пусть так и останется в стенограмме. Давай рассказывай о чём хотел поразмышлять.
– Когда прочитал анекдот, что в эпиграфе, у меня вновь появился вопрос, который я неоднократно задавал и мы втроём обсуждали. Тогда мы говорили о цветах и пчёлах, о курицах и яйцах. Теперь он снова явился только по отношению к собакам и блохам. На этот раз придётся значительно расширить круг вопросов, связанных с этой тематикой. Среди огромного количества и разнообразия видов живой материи и пищевых цепочек, которые стали обыденными в нашем восприятии и не вызывают вопросов, всё же скрыта какая-то тайна. Все живые существа, так или иначе, поедают друг друга. Это можно назвать фундаментальным фактором, без которого жизнь в принципе невозможна. На этом можно было бы остановиться и успокоиться. Но…
На живую природу смотрят и объясняют её происхождение из трёх точек: религии, науки и простого человека, как, например, Петрович. Религия объясняет просто и безупречно, – всё создал Бог. Причины и смыслы побудившие Бога произвести всё сущее не могут быть доступны смертным и являются его прерогативой (мне страшно стало от своих слов и наглости). По этой причине не должны обсуждаться.
– Говорят, что Инопланетяне тоже принимали участие.
– Инопланетяне – это синоним к слову Бог для отдельной категории людей, которые остальных за людей не считают.
– Другое дело наука. Дилетанты, типа нас могут запросто с ней тягаться. Наука потихоньку зажимает Эволюционную теорию, как ранее прикрыла шарашкину контору Одической силы.  Но нам, как говорит свояченица Петровича, от этого – фиолетово. Поверхностные наблюдения природы, убеждают простого человека, что создание спонтанно и непроизвольным образом, по воле стихии таких сложных биологических машин, как представители животного и растительного мира невозможно. Наука старается установить своё господство, добывая всё больше знаний и фактов, но этим только увеличивает энтропию лавинообразного нарастания знаний. А теперь зададим вопрос, кто первый появился на свет вне зависимости от религиозной и научной доктрины?  Собака или блоха?
– Друг ты мой любезный, неужели это имеет значение для…
– Давай не будем повторяться. Лучше не перебивай, а дополни мои рассуждения.
– Ну хорошо. Тогда вот так. Как известно блохи паразитируют не только на собаках, а также на кошках и прочих млекопитающих, даже Петровича могут укусить.
– Правильно. Отсюда вытекает, что сначала создали блох, но они без еды начали умирать. Нам достоверно известно, что блохи питаются только кровью и без крови им точно хана. Капусту они не могут есть в отличие от гусениц. Только как узнали, что им кровь нужна?
– Опять, с другой стороны, неужели так необходимо было создавать блох? Пользы никакой, а укусы ой как чешутся. Кому они нужны, кроме обезьян?
– Что же это получается? Блох создали для обезьян с единственной целью побуждать донора к действию, поиску средств борьбы с этим наваждением. Надо отдать должное, обезьяны научились с блохами бороться и даже с пользой утилизировать. Только спустя много миллионов лет блохи сообразили, что других шерстяных носителей тоже можно освоить для пропитания.
– Есть ещё один вариант. Мы серьёзно заблуждаемся в своей оценке никчёмности блох.
– Хотя есть ещё одно мнение. Если тварный мир создан одномоментно, то явно кому-то хотелось понаблюдать чем в итоге закончится эксперимент.

Подводим итог мозгового штурма. Поскольку влиять на сложившиеся отношения в тварном мире мы не в состоянии, то лучше всего и не лезть в это дело. Зато теперь мы знаем, что хорошие анекдоты могут содержать глубокие смыслы.