Это цитата сообщения smart50 Оригинальное сообщение
Жаклин Кеннеди Бувье - королева стиля 2 часть
продолжение
начало:
http://www.liveinternet.ru/users/smart50/post224769156/
Ей хватало Онассиса и многих других. «Черная вдова» начала охоту за мужчинами помоложе. Если она клала на кого-то глаз, то делала все возможное, чтобы он узнал о ее интересе и позвонил ей. Одним из получивших такой «сигнал» стал маститый журналист из «Нью-Йорк таймс» Питер Хэмилл. Его затяжной 7-летний роман с актрисой Ширли Мак-Лейн был уже готов перерасти в законный брак, но Джекки разрушила их отношения буквально за несколько дней. Но и ей не суждено было долго торжествовать победу. Вскоре одна из газет поместила давнишнюю статью Хэмилла, посвященную браку Джекки и Онассиса. В свое время он сам не решился опубликовать ее, сочтя чересчур резкой. Начиналось произведение словами: «Ни одна проститутка в мире еще не продавала себя так дорого». Само собой после обнародования материала между Джекки и журналистом было все кончено.
Джекки, чей аппетит на молоденьких мальчиков с годами только разгорался, походя разрушила отношения еще нескольких любящих пар, недолгое время встречаясь с режиссером-документалистом, отчаянно похожим на Бобби Кеннеди, и имея «тайную» любовную связь с главным секс-символом и непревзойденным «сексуальным атлетом» Голливуда тех лет актером Уорреном Битти.
Ее финальный роман оказался, наверное, самым прекрасным и прозаичным. Последний мужчина ее жизни был стар, лыс, толст и вовсе не знаменит. Бизнесмен Морис Темплсмен во время кризиса конца 70-х на нью-йоркской бирже помог оказавшейся на грани банкротства Джекки дельным советом, и в результате ее состояние увеличилось ровно впятеро. Само собой мадам Кеннеди-Онассис не могла не влюбиться в такого «нужного» человека.
Несколько лет она потратила на то, чтобы увести его от ортодоксальной еврейской жены, в силу религиозных убеждений не признававшей развода, и троих детей. Никто в жизни еще не любил Жаклин так, как Морис. Он целовал землю, по которой она ходила.
- Он был похож на плюшевого мишку, - говорит близкая подруга Джекки Вивиан Креспи. - Для него не существовало ничего, кроме Джекки.
Только, увы, ей самой оставалось жить не так уж долго.
На 30-й годовщине гибели своего первого мужа Жаклин принимала участие в конных состязаниях и упала с лошади. Последствия травмы в ее возрасте могли быть серьезными, но пациентка быстро оправилась, в очередной раз оправдав миф, что время над ней не властно. И в самом деле, в свои 64 года выглядела Джекки изумительно. Стройная, лучезарная и по-прежнему сексуальная. Конечно, дело не обошлось без подтяжек лица и некоторых других ухищрений, но секрет ее молодости был, видимо, все же в чем-то другом. Ведь она выкуривала до 60 сигарет в день и долгое время сидела на стероидах с амфетаминами. Тем не менее через несколько месяцев вечно молодой красавице был вынесен приговор - рак. Он сожрал ее за каких-то несколько месяцев.
Когда боль стала совсем невыносимой, Джекки потребовала, чтобы ее выписали из больницы и прекратили всякое лечение.
…Покидая Белый дом, Жаклин заказала бронзовую табличку, которую поместили над камином в спальне президента. На ней была надпись: «В этой комнате жил Джон Фицджеральд Кеннеди со своей женой Жаклин. Они прожили здесь два года, десять месяцев и два дня, с 20 января 1961 года по 22 ноября 1963 года». Ни одна другая первая леди за всю историю страны не делала ничего подобного.
Опустим печальные события, произошедшие дельше в жизни Дамы Кружево.
В этот момент в жизни Джекки важную роль начал играть греческий предприниматель, один из самых богатых людей в мире Аристотель Онассис. Он познакомился с Жаклин еще в ее бытность женой молодого сенатора Кеннеди. Мысль о браке пришла к Джекки не сразу. И не последнюю роль в этом сыграл финансовый вопрос. Многие полагали, что вдова Кеннеди унаследовала миллионы. Но это было не так. Она получала 200 тысяч в год, примерно 17 тысяч в месяц. Прежде Жаклин с легкостью тратила деньги, а теперь была вынуждена делать это с большей осмотрительностью. В то же время расточительность оставалась одной из основных черт ее харатера. Брак с Онассисом избавлял ее от этих проблем.
Известие о предстоящей свадьбе «живой легенды» Америки и богатого грека облетело все газеты мира. Соотечественники Жаклин негодовали: «Она предала память мужа», «Джекки, как ты могла?», «Джон Кеннеди умер вторично». Подобными заголовками пестрела вся американская пресса. Но Жаклин была рада дать Америке пощечину: «Они убили моего мужа и еще смеют меня осуждать?» Ее решение было непоколебимым. Спустя пять лет после смерти Джона Кеннеди на греческом острове Скорпио православный архимандрит обвенчал Жаклин Кеннеди и Аристотеля Онассиса. На церемонии присутствовали дети Жаклин, ее мать и отчим. Став женой одного из самых богатый людей в мире, Жаклин впервые в жизни могла не думать о деньгах. Она получала ведра бриллиантов, собольи шубы стоимостью в 60 000 долларов, бесценные картины и антиквариат, который так любила. Счета отсылались прямо в офис Онассиса, где их оплачивал сам магнат. «Бог — свидетель, Джекки очень много страдала, пусть покупает, что ей угодно», — говорил новый муж.
Более не ограниченная семьей Кеннеди, Джекки впервые в жизни стала по-настоящему веселиться. Она носила облегающие джинсы, футболки без лифчика, экстравагантные юбки и легкомысленные шляпки. Онассис ни в чем не препятствовал ей. При этом муж и жена редко бывали вместе. Оба не скрывали, что, по сути, для обоих этот брак своего рода сделка. Жаклин получила деньги, а Онассис, который любил преобретать самое дорогое, тешил свое самолюбие тем, что взял в жены самую известную женщину в мире.
Ежемесячно на карманные расходы Аристотель выдавал жене 300 тысяч долларов, которые позволяли всегда славившейся страстью к мотовству Джекки развернуться на полную катушку. Она скупала полностью последние коллекции Валентино, Ив Сен-Лорана, Диора и Живанши. Как-то в магазине на нью-йоркской Пятой авеню Джекки за несколько минут истратила 50 тысяч долларов. Чтобы были понятны безумства мультимиллионерши, сообщим для сравнения, что годовой доход среднего американца составлял тогда 9 тысяч долларов
До поры Онассис терпел. Он купался в лучах славы своей знаменитой жены. Но однажды Аристотель задался вопросом: куда девает жена тоннами закупаемые наряды? Ведь за исключением светских раутов ничего, кроме джинсов и скромных свитерков, Джекки никогда не носила. Единственное, к чему она питала слабость, были туфли. В одном только 1969 году Жаклин закупила их ровно 300 пар. Вскоре дотошный грек докопался до правды. Надев каждую вещицу по паре раз, а то и не распаковывая вовсе, мадам Онассис отправляла их на фирму, скупающую товары «секонд-хэнд». В итоге за годы жизни с танкерным королем она увеличила свой счет в банке до нескольких миллионов долларов.
Убежденная в том, что только Онассис может дать ей счастье и покой, которые были необходимы ей и детям, Жаклин приняла решение выйти за него замуж как можно скорее. Она стала приглашать его в Хианнис-Порт, чтобы он мог больше времени проводить с Каролиной и Джоном, надеясь, что они подружатся с ним. Сообщения о втором браке Жаклин Кеннеди появились на страницах газет всего мира. Заголовки дышали негодованием. «Она больше не святая», - кричала «Верденс Ганг». «Джекки, как вы могли?»- вопрошала «Стокгольм Экспрессен». «Джон Кеннеди умер вторично», - утверждала стамбульская «Дейли Морнингер». Затем последовали комментарии людей, близко знавших супружескую пару. Роза Кеннеди: «Моя семья меня уже ничем не может удивить». Мария Каллас: «Джекки поступила правильно, обеспечив своих детей дедушкой. Аристотель богат, как Крез». Коко Шанель: «Все знали, что эта вульгарная женщина не будет всю жизнь верна мертвому мужу». Лишь кардинал Кушинг от всего сердца пожелал ей всего хорошего: «Она имеет право выходить замуж за кого угодно. Можно ли проклинать ее за это?»
Газеты продолжали писать о свадьбе двоих знаменитостей. Мало кто из женщин за всю мировую историю так приковывал к себе глаза всего мира, как это делала Джекки. В течение пяти лет люди восхищались ею и испытывали чувство вины по поводу убийства ее мужа. В тот миг, когда она вышла замуж за человека другой веры и иной культуры, люди, которые боготворили ее, отвернулись от нее. Став женой международного пирата, который закончил лишь шесть классов средней школы, она разрушила миф о самой себе. Чары развеялись. Но даже упав с пьедестала, Джекки продолжала вызывать к себе повышенный интерес.
Ее фото появились на обложках журналов «Тайм» и «Ньюсуик» вместе со статьями, в которых ее называли новой первой леди острова Скорпио, где ей служили 72 человека, новой хозяйкой виллы в Клифаде с десятью слугами, владелицей роскошной квартиры в Париже с пятью слугами, гасиенды в Монтевидео с тридцатью восемью слугами и квартиры на Пятой авеню в Нью-Йорке с пятью слугами.
Шутки все более и более приобретали характер черного юмора. Вот анекдот, который любил рассказывать конгрессмен Моррис Удал во время президентской кампании: «Репортер, берущий интервью у Никиты Хрущева, упоминает тот факт, что Ли Харви Освальд побывал в свое время в России. Репортер спрашивает затем русского лидера, изменился ли бы ход мировой истории, если бы Освальд остался в СССР и застрелил бы Хрущева. Тот задумался на минуту и, наконец, ответил: «Ну я полагаю, что прежде всего Аристотель Онассис не женился бы на госпоже Хрущевой».
Онассиса пресса характеризовала как тщеславного человека, одержимого идеей покупки самой знаменитой женщины мира, которую он внес в свою коллекцию знаменитостей. «Он одержим знаменитыми женщинами, - говорила Мария Каллас. - Он преследовал меня, так как я была знаменита». Позднее оперная дива стонала: «Сначала я потеряла свой вес, потом голос и, наконец, Онассиса».
Жаклин естественным образом стремилась к человеку, предлагавшему ей беззаботную жизнь, в которой ей уже не придется зависеть от семьи Кеннеди. Да, она получила ведра бриллиантов и шубы из соболя стоимостью в 60000 долларов, равно как бесценные картины, антиквариат и дорогие изделия, но настоящее счастье так и не пришло.
Впервые в жизни она могла не думать о деньгах. Счета отсылались прямо в офис Онассиса, где их оплачивал сам магнат, который был рад угодить жене. Он организовывал ее отдых - путешествия и круизы по всему миру в каютах, где всегда имелось шампанское, фрукты и цветы. Он приглашал толпы знаменитостей, чтобы только развлечь ее. Жаклин ездила в «роллс-ройсах», ее охраняли телохранители, в ее распоряжении имелись частные самолеты. Став миссис Аристотель Онассис, она могла иметь все, что можно купить за деньги.
Однако она не могла защитить себя от судьбы. На нее вскоре обрушились несчастья. Ей пришлось пережить такие трагедии, что Джекки практически превратилась в бесчувственное существо. Она страдала вместе с мужем из-за внезапной смерти его свояченицы и таинственной смерти его первой жены. Вместе они похоронили его любимого сына, Александра. Они пережили скандал, связанный со смертью молодой женщины, которая утонула, купаясь вместе с Тедди Кеннеди. Они оплакивали смерть Джозефа Кеннеди, смерть кардинала Кушинга и Стаса Радзвилла. Позднее их потрясло известие о том, что у Тедди Кеннеди обнаружили рак и ему ампутировали ногу. Они пережили попытку к самоубийству Кристины Онассис и ее брак, который длился девять месяцев. В конечном счете они потеряли все, к чему стремились.
После путешествия в Акапулько состояние здоровья Онассиса резко ухудшилось. В это время он занимался постройкой пятидесятидвухэтажного небоскреба в Нью-Йорке с двумястами пятидесятью квартирами и девятнадцатью этажами, выделенными под офисы. «Олимпик Тауэрс» - так назывался этот небоскреб - выходил окнами на собор Св. Патрика. Он больше не притворялся, что их брачные отношения с Джекки складываются нормально. Теперь он редко появлялся с ней в общественных местах и всегда в сопровождении других лиц. Джекки жила своей жизнью в квартире на Пятой авеню, он проживал в парижском отеле «Пьер». В конце концов, под давлением дочери, Онассис начал готовиться к разводу.
15 марта 1974 года, в субботу, Онассис умер.
После смерти Онассиса большую часть состояния получила дочь греческого магната — Кристина. Но и Жаклин не могла считать себя обиженной, получив 26 миллионов долларов. Впервые она стала независимой в финансовом отношении, и жизнь приобрела для Жаклин особый вкус. Она вернулась к тому, с чего начинала, — к журналистике. Только теперь она работала не ради 50 долларов в неделю, а ради собственного удовольствия. Будучи редактором в издательстве «Викинг-пресс», она подыскивала интересных авторов. Ее дочь Каролина пошла по стопам матери. Со временем она стала работать корреспондентом «Нью-Йорк дейли ньюс».
В 1971 году они вместе с матерью побывали в Белом доме по приглашению президента Никсона. Жаклин удивилась, увидев свой портрет на первом этаже. Она уже и забыла об этой картине, где изображена стоящей возле камина в нью-йоркской квартире. На Жаклин надето длинное белое платье от любимого Живанши. На лице нет и намека на то внутреннее напряжение и эмоциональный дисбаланс, которые преследовали эту женщину. «Что ж, хорошо, если меня запомнят именно такой», — подумала Жаклин. Взяв детей за руки, она последовала к выходу.
Кристина в момент смерти находилась у его постели, а жена - за 3000 миль от него.
Аристотель позаботился о Джекки, выделив ей ежегодный пансион в 155000 долларов до конца дней. Такую же сумму получали оба ее ребенка. Полагая, что она захочет оспорить это решение, он проинструктировал своих адвокатов, чтобы те препятствовали ей всеми легальными способами. «Аристотель Онассис спас меня в тот миг, когда моя жизнь была полна призраков, - сказала она. - Он много для меня значил. Вместе с ним я обрела любовь и счастье. Мы пережили много чудесных мгновений, которые я никогда не забуду и за которые я буду вечно благодарна ему».
Жаклин больше не была одинока. Ее личной жизнью стал Морис Темплеман, финансист, маклер по сбыту алмазов и бриллиантов. Они познакомились еще в 1950-е годы, когда Морис был внештатным консультантом одного из политических деятелей. Темплеман выходец из патриархально-ортодоксальной семьи (родился в 1929 году в бельгийском городе Анвер; в 1940-м покинул Европу вместе с родителями, ускользнув от нацистов). Любопытно, что внешне он чуть-чуть напоминал грека-миллиардера Онассиса, низкорослый и упитанный, выглядел гораздо старше своих лет. Он обладал двумя изысканными достояниями: коллекцией египетских древностей и 12-метровым суденышком «Релемар» («Вольный странник моря»), на котором он с Джекки совершал морские прогулки.
Самое диковинное в их отношениях заключалось не в том, что Морис четыре года жил в квартире Жаклин, а в том, что он все еще юридически состоял в прежнем браке. У него было трое взрослых детей и законная супруга Лили, которая просила Мориса уйти от нее, узнав о его интимной связи с Джекки Кеннеди.
Морис Темплеман был для Джекки не только обаятельным компаньоном, спутником жизни. Он также был ее финансовым советником. Инвестиции, рекомендованные им, дали экс-мадам Онассис возможность обладать состоянием, оцениваемым приблизительно в 120 миллионов долларов. По словам двоюродной сестры Мориса Розы Шрейбер, «Джекки в первый раз вышла замуж ради обретения высокого социального статуса; во второй раз вступила в брак для гарантированной обеспеченности. А третья интимная связь основана на большой дружеской привязанности и взаимоуважении. По глубинной основе и сути своей эти отношения - самые чистые и здравые из всех перечисленных».
Овдовев вторично, Джеки словно очнулась. Теперь она могла вести ту жизнь, которую хотела, а не которую от нее ждали. В 46 лет она устроилась редактором в издательство «Викинг пресс» за 200 долларов в неделю, затем перешла в «Даблдей». Она занималась подготовкой к печати мемуаров и альбомов по искусству. Ее наибольшее достижение – договор с Майклом Джексоном на публикацию его автобиографии. Пресса восторгалась тем, что Джеки сама готовит себе кофе, работает в кабинете без окна и отвечает на множество писем – тысячи писали ей только за тем, чтобы получить ее автограф. Жаклин была счастлива. К тому же наконец рядом с нею был по-настоящему любящий мужчина – Морис Темплсмен, фабрикант алмазных буров и владелец нескольких холдинговых компаний. Они познакомились в 1962 году, и вскоре Морис стал ее финансовым советником; благодаря ему ее состояние увеличилось вчетверо. Со временем он оставил жену и трех детей и переехал к Джеки. Жаклин обрела в нем опору, а он – заботливую и любящую жену. Свои отношения они не оформляли.
19 июля 1986 года Жаклин выдала замуж дочь. На Каролине было белое платье с отделкой в виде листьев клевера от Каролины Эррера, а на Джеки бледно-зеленый туалет от Валентино. На обеде она сказала: «Дети – это самое лучшее, что я сделала в жизни. Я стала тем, что есть, только потому, что стала матерью». Ее сын Джон-Джон стал одним из известнейших плейбоев США – его прославили романы с Мадонной и кинозвездой Дэрил Ханной.
В 1989 году она давала интервью журналисту Карлу Энтони Сперацце. В ответ на его фразу: «Если и была область, в которой Жаклин пользовалась большим влиянием, то это была мода», она со смехом добавила: «К моей большой досаде!» Как вспоминал Сперацца, Жаклин достаточно сдержанно относилась к необходимости быть одной из самых известных женщин в мире. В конце интервью она сказала: «Мне остаётся лишь надеяться, что люди поймут: эта голова умела не только носить шляпку».
Жаклин попрежнему выглядела великолепно – и не только благодаря пластическим операциям. В последние годы своей жизни Джеки снова сблизилась с семьей мужа, часто бывала в Мемориальном музее Кеннеди. Она жила либо в загородном поместье под Нью-Йорком, либо в Париже, коллекционировала антиквариат, посещала культурные мероприятия и занималась благотворительностью, поддерживая фонды по борьбе с онкозаболеваниями. В начале 1994 года у нее обнаружили рак лимфатической системы – по некоторым данным, он был вызван краской для волос, которой Джеки много лет закрашивала седину.
Она умерла вечером 19 мая 1994 года в возрасте 64 лет.
Ее похоронили на Арлингтонском кладбище рядом с Джоном. На похоронах президент Билл Клинтон сказал: «Бог дал ей многое и возложил на нее тяжкую ношу. Она несла ее с достоинством, грацией и необычайным здравым смыслом».
Она была изысканна, утончённа и привлекательна до конца своих дней. Даже в пожилом возрасте её стилю можно было позавидовать.
Жаклин Кеннеди Онассис (Jacqueline Kennedy Onassis).
Жаклин Кеннеди внесла свой неповторимый вклад в историю моды и стала олицетворением 60 - х. Дух тех годов – это продуманные линии, приглушенные тона, неброские, но дорогие ткани. С приобретением статуса первой леди в имидже Джекки ключевыми словами cтали "элегантность", "роскошь", "стиль", "комфорт".
Жаклин Кеннеди стала самой молодой супругой президента за всю историю США и до сих пор считается самой элегантной первой леди.
Поклонница таланта дизайнера Живанши (Givenchy), в самом начале своей миссии Джекки оказалась в центре скандала: не могла же первая леди США тратить десятки тысяч долларов на наряды из Парижа. Под давлением мужа Жаклин стала пользоваться услугами американского модельера – Олег Кассини (Oleg Cassini), продолжая тайно заказывать платья от Givenchy. Ей простили и это.
Жаклин предпочитала костюмы-двойки в бежево-розовых тонах, состоящие из платья до колен с круглым вырезом и короткого жакета с рукавами три четверти. Ее фирменный знак - маленькие бантики на поясе или на обруче для волос. Дополняли ее образ шляпки-таблетки, жемчуг, перчатки до локтя и туфли с узким мысом на невысоком каблуке. Ее простым и обычно консервативным костюмам придавали элегантность хорошо продуманные детали – изящное перо или расшитый пояс. Вечерние платья - длинные, с белыми перчатками; и минимум украшений – бриллиантовая заколка в волосах и небольшие серьги. Также она обожала огромные солнцезащитные очки. Кеннеди любила маленькие сумочки и тратила на них немалые деньги.
Газетчики вникали в мельчайшие подробности - от формы шляпки до цвета чулок.
Кеннеди была постоянной клиенткой Givenchy и Balenciaga. Джеки предпочитала «простые» вещи Живанши, Шанель (Chanel) и Пьера Кардена (Pierre Cardin), а также американца русского происхождения Олега Кассини. Последний являлся «официальным» кутюрье миссис Кеннеди
Она носила одежду американских дизайнеров - Stella Sloat, Ben Zuckerman, Norman Norell. Однако большинство вещей, сшитых ими для Жаклин, являлись точными копиями нарядов ее любимых парижских дизайнеров.
Ее самый знаменитый наряд - розовый костюм от Chanel, залитый кровью 35-го президента США, убитого в Далласе в 1963 году.
Жаклин Кеннеди не просто изменила представления об элегантности в Америке — она заставила весь мир копировать ее образ современной американки. Жаклин была знатоком парижской моды, но свой гардероб все же заказала американскому дизайнеру Олегу Кассини. Он оправдал ожидания, создав знаменитые платья Джеки — безупречно чистые линии и сияющие пастельные цвета. Для поездки по озеру Пичола в Индии госпожа Кеннеди выбрала платье абрикосового цвета из плотного шелка.
На 30-й годовщине гибели своего первого мужа Жаклин принимала участие в конных состязаниях и упала с лошади. Последствия травмы в ее возрасте могли быть серьезными, но пациентка быстро оправилась, в очередной раз оправдав миф, что время над ней не властно. И в самом деле, в свои 64 года выглядела Джекки изумительно. Стройная, лучезарная и по-прежнему сексуальная. Конечно, дело не обошлось без подтяжек лица и некоторых других ухищрений, но секрет ее молодости был, видимо, все же в чем-то другом. Ведь она выкуривала до 60 сигарет в день и долгое время сидела на стероидах с амфетаминами. Тем не менее через несколько месяцев вечно молодой красавице был вынесен приговор - рак. Он сожрал ее за каких-то несколько месяцев.
Когда боль стала совсем невыносимой, Джекки потребовала, чтобы ее выписали из больницы и прекратили всякое лечение.
После смерти Онассиса Жаклин 18 лет жила в Нью-Йорке, налаживая жизнь как бы заново, творя новую карьеру. В 1988 году она стала бабушкой, когда у ее дочери Каролины родилась Роза Кеннеди-Шлоссберг. Дважды бабушкой Джекки стала в мае 1990 года, когда на свет появилась малюсенькая сестренка Розы - Татьяна Шлоссберг.
Но Джекки не была «домашней бабушкой». Она сама зарабатывала (в пересчете на французскую валюту) в среднем по 600 тысяч франков в год на фирме «Даблдей энд компани», где имела репутацию – и весьма заслуженную - знатока по исповедям «звезд» всех категорий и сбыту их автобиографий. Между прочим, в послужном списке ее «охоты» был и Майкл Джексон.
Большую часть уик-эндов и отпусков она предпочитала проводить в крепости типа форта стоимостью 4,5 миллиона долларов, которую Жаклин построила на территории 200 гектаров своего владения на берегу моря в сотне километров к северу от Нью-Йорка. «Обновленная Джекки» (как ее стали называть) сменила парикмахершу, модельера-кутюрье, покинув итальянца Валентино ради Каролины Эррера, и позволила себе к 60-летнему юбилею вторую за десятилетие пластическую операцию.
Жаклин Кеннеди-Онассис всегда завораживала красивым голосом, большими глазами, широкой, открытой улыбкой, густыми аккуратно причесанными волосами (приобретавших иногда рыжеватый оттенок). Теперь она поддерживала лоск с помощью косметики и красителей. «На публике она выглядит обычно радостной и непринужденной, но в общении с глазу на глаз, - говорил один из ее бывших однокашников по колледжу, - она скорее робка и застенчива, чуть ли не боязлива. Но в светском обществе она поистине блистательна и словно озаряет своим светом все окружающее».
Все платья Жаклин Кеннеди выставлены в нью-йоркском музее "Метрополитен"
.
В нью-йоркском художественном музее "Метрополитен" прошла презентация выставки, на которой собраны все туалеты Жаклин Кеннеди (Jacqueline Kennedy) того времени, когда она была "первой леди" США.
В том числе - платья, сшитые для официальных визитов (напирмер, то расшитое бисером платье, что поразило в 1961 году в Вене Никиту Хрущева). Главный экспонат выставки - атласный наряд цвета слоновой кости, в котором Жаклин была на инаугурации своего мужа, 35-го президента США Джона Кеннеди, ровно 40 лет назад
Жаклин умерла весной 1994 года от рака лимфатических желез.
Жаклин Кеннеди - королева стиля,изысканная женщина с несчастливой судьбой....
читать далее:
Жаклин Кеннеди-Онассис (Ли Бувье)
Жаклин была умна, изящна, безупречно воспитанна. Но было в ней что-то такое, что президент Шарль де Голль оценил одною лишь фразой во время знаменитого официального визита четы Кеннеди во Францию в 1962 году: “Миссис Кеннеди слишком большая драгоценность даже для президента США!”. Что можно услышать в тонком, изящном комплименте француза в адрес восхитившей его дамы?
