Миллигрин
в Сорренто весна, и море на бирюзовый меняет цвет,
и кажется - целую вечность тебя в Сорренто нет.
чужим кораблям колыбельную песню поет прибой...
ах, я по волнам - на край света - бежала бы за тобой,
ведь, может быть, там, где ты есть, тебе я нужна, нужна...
вот только в Сорренто нет школы бегущих по волнам.
есть школа с названием странным - "Алые паруса",
ее выпускницы прекрасно умеют верить в чудеса,
надеяться: за горизонтом прячутся мачты корабля;
и в этой школе когда-то в детстве училась я.
что ж, где бы ты ни был - вернись в Сорренто, вернись, вернись!
здесь звезды с ночного неба так пристально смотрят вниз -
не видят тебя, им тревожно и страшно, и спать невмочь,
и я в их глаза пытаюсь заглядывать каждую ночь:
а вдруг (вот еще чуть-чуть) мы вместе сможем найти ответ -
зачем тебя целую долгую вечность в Сорренто нет.




Миллигрин
я, конечно, живу - долг, ответственность, всё такое...
я вот даже пытаюсь оставить тебя в покое.
и лечить тебя вовсе в мои не входило планы,
просто мне так хотелось с тобой говорить. о главном.
ну, а если так вышло, то это, поверь, случайно.
что, так легче - в смертельных грехах меня уличая?..
я сама ненавижу, когда говорят, как надо -
с кем дружить (это в детстве), и как воспитывать чадо,
что носить, с кем не спать, и за кем мне - в огонь и в воду...
в общем, больше всего я, пожалуй, ценю свободу.
чтоб самой выбирать - не ища ни выгод, ни толка,
чтоб самой отвечать - что, кому я должна. и сколько.
вот и выбрала... странное, горькое моё счастье,
и теперь этим странным режусь на мелкие части.

мне довольно (как след от гвоздя), что в онлайне имя,
и читать только то, что ты пишешь другим. любимый.






Миллигрин
солнце мое, я скучаю. ты так далеко...
так безнадежно вне области здравого смысла -
словно бежать по горячим углям босиком,
словно на пламя беспечным лететь мотыльком -
то, что мне снится.

солнце мое, это все ерунда, пустяки...
зная - стремление к свету быть может опасно,
все же бессмысленно гибнут в огне мотыльки.
пусть мы с тобой навсегда и во всем - далеки -
только не гасни.




Миллигрин
ты - волк-одиночка, и в мире твоем нет места мне.
ты бродишь дорогами только тебе известными.
тебя раздражает мой пристальный взгляд - естественно:
быть невыносимо объектом моей обсессии.
но я не охочусь, капканов не ставлю, бездействую.
я камнем застыла возле закрытых дверей твоих.
и кажется там, за стеной, ты тоже сложил оружие.
ни граду, ни миру, ни Богу, ни черту не нужные -
мы оба с тобой промахнулись, Акела, бедный мой...
мне надо уйти и покончить с пустыми бреднями.
мне надо забыть тебя, мой недоступный, немедленно -
свободного волка свободного волчьего племени.




забытое искусство быть...
Миллигрин
когда вокруг темно и беспросветно
внутри, и страх - мурашками по коже -
осознаю, что я - внезапно-смертна.
мысль не нова. но - как она тревожна,
как разрушительна... одно спасает:
твои стихи - живую воду - залпом,
причастием святым, взахлеб - читаю,
и только так - не думаю о завтра.
о том, что завтра, может, и не будет...
что там по плану утром - дождь ли, снег ли?
я так спешу, я так боюсь, как будто
любое утро может стать последним
и убедительным, как меткий выстрел.
хоть день, хоть несколько минут, но - рядом
(банальность - это истина из истин) -
с тобой. другого счастья мне не надо.
и снова - от заката до рассвета
учиться верить, что восстановимо -
забытое искусство быть бессмертной,
забытое искусство быть любимой.






Миллигрин
что ж - собирайся с мыслями,
складывай их в слова...
формулировок взвешенность -
ценится, я не спорю.
как соловей ждет лета, я -
право, едва жива -
жду, когда же закончится
отмеренное "не скоро"...

знаю - в твоем отсутствии
высшего смысла нет,
нет ничего трагичного -
выход в реальный космос.
просто вернись - когда-нибудь.
просто скажи: "привет".
мне ни к чему ответы на
не-заданные вопросы...

времяпрепровождение -
невероятный бред -
глупые вероятности
перебирать, как четки.
вновь - нежданно-негаданно -
думаю о тебе...
хочется ждать - так преданно.
и верить - так безотчетно.





Фрам
Миллигрин
Фрам, среди льдов - вспоминаешь ли... о тепле?
веришь ли - время однажды придёт, когда
станет казаться нелепым ледовый плен,
станет привычным: есть на большой земле
температура таяния льда.

температура, плавящая асфальт,
температура, плавящая сердца...

Фрам, я опять, наверное, невпопад -
знаю, прости, я всего лишь хотела сказать:
я буду ждать.
у истории нет конца.

только начало:
открытая всем ветрам,
на берегах всех тёплых земных морей,
я буду здесь - у единственного костра -
ждать.

даже если сердце твоё, мой Фрам,
обречено на вечный полярный дрейф.





последний лист
Миллигрин
сколько лет, сколько зим. сколько было и сколько будет.
может быть, мы успеем состариться, может - нет.
мой осенний диагноз - отсутствие веры в чудо
и всего один лист за окном на кирпичной стене.

мне почти все равно - пусть летит, раз нельзя иначе.
одинаково - мозельвайн ли, валокордин...
это скоро пройдет, желтый лист ничего не значит.
но... останься в тепле, не ходи под дождь, не ходи.

осень плачет со мной, осень мой непокой рефренит,
злые плети дождя в тусклом небе своем полоща...
и земля из под ног уплывает к едрене-фене,
и последний лист обрывает ветер с плюща.





ясный сокол
Миллигрин
Господи, ты же добрый и щедрый - по крайней мере, принято так считать.
Господи, ты прости, но шутки твои про меня откровенно злы.
может быть, снимем дубль еще? мне закрыть глаза? раз, два, три... - до ста?
ты его спрячь получше, а я попробую снова твои развязать узлы.
я попробую снова, как же там было: пойду туда_не_знаю_куда
и постараюсь не заблудиться в потемках - в этом не_знаю_где...
а может быть, сяду на берегу и буду смотреть - что там несет вода?..
но нет, это совсем про другое, к тому же - писано вилами по воде.
так что там положено в сказках? сколько пар железных сносить башмаков?
посохов сколько чугунных сломать да каменных съесть сухарей?
сколько кипящих морей переплыть, разбить неоткрывающихся замков?
Господи, я просто так спросила... давай, начинаем играть, скорей.
прятать его от меня так долго; полжизни прошло, и вот я нашла, нашла!..
тебе подразниться - влюбилась? - а ты нас случайно свел на одной тропе!
а что мне до всех других, которым, как звездам на небе, несть числа?
а ты показал - смотри, какой он.
но не тебе. не тебе. не тебе.






и снова о...
Миллигрин
До тошноты, до оскомины... Боже, ну, как я себе надоела!
(Гордость, не смей, замолчи - ты в любовных делах никакой не советчик).
Плюс бесконечность - секунды, минуты... Всего лишь четыре недели.
Минус вся жизнь без тебя - безысходная, черная, гулкая вечность.

Я примеряла различные маски, решив стать другим человеком.
Верила: эту страницу прочесть еще раз я отважусь едва ли...
Но я шагаю упрямо в знакомую - до отвращения - реку,
И наступаю настырно на те же - до боли - знакомые грабли.

Я обещала тебе - не вернусь. А теперь - тот, нелепый, пытаюсь
День зачеркнуть, как под общим наркозом - укол и - заснула/проснулась.
Все потому, что опять - разрываясь на части, терзаясь - мечтаю
Лишь об одном. Догадайся. Заставь. Прикажи, чтобы я вернулась...






однажды
Миллигрин
однажды я забуду все пароли. и тайники,
к которым не нашла ключей, не трону, пусть будет так:
сотрутся постепенно отпечатки моей руки,
замки-печати неприкосновенны и на местах.
никто и не узнает, что когда-то, давным-давно,
перебирала коды я и шифры - за годом год...
однажды станет мне неинтересно и все равно.
развеется очарованье тайны, и все пройдет.
пройдет, как ночь без сна. пройдет, как осень. пройдет, как жизнь.
и привлекательность реинкарнаций померкнет - пусть...
однажды побегу я через поле созревшей ржи...
однажды я устану возвращаться. и не вернусь.