Это цитата сообщения stewardess0202 Оригинальное сообщение
Трагическая любовь Афанасия Фета, которую поэт воспевал в стихах 40 лет
Все мы знаем, что бессмертия на земле не существует, однако пока стоит наш мир, пока люди читают поэзию, память о возлюбленной Афанасия Фета, претерпевшей мучительную смерть, будет жить вечно. Не будь ЕЕ - не было бы того Фета, навсегда оставшегося в русской литературе великим поэтом. На огненный жертвенник любви ОНА возложила свою жизнь, а ОН более 40 лет после трагедии посвящал ей свою любовную лирику, раскаиваясь, что когда-то пожертвовал самыми задушевными стремлениями и чувствами ради единственной цели - быть богатым и именитым
Утеря титула и имени
Когда 14-летний Афанасий против своей воли получил фамилию "Фёт", он тут же превратился из русского столбового дворянина в немца-разночинца. Такой крутой поворот в его судьбе в один миг стал источником его несчастий и бесчестья. Он лишился социального положения, дворянской привилегии, права наследования родового имения Шеншиных. Но самое главное он лишился права называть себя русским, став почти бесправным иностранцем весьма темного и сомнительного происхождения.
Афанасий Фет
Положение усугубляла необходимость объяснять окружающим именно это свое злополучное происхождение: "почему он, иностранец Фёт, если он сын Шеншина; почему он Афанасьевич, рожден в Новоселках и крещен в православие, если он сын Иоганна-Петера Фёта." Эти и множество других издевательских вопросов хлынули на юного Фета лавиной и не отпускали его долгие годы.
___________________________________________________________________
Тайна рождения выдающегося русского поэта 19 века Афанасия Фета не идет ни в какие сравнения с таинством происхождения на свет других знаменитых личностей, родившихся при загадочных обстоятельствах. Как ни странно звучит, в биографии Фета существует четыре версии его фактического происхождения, как таковых. Мало того, никто из его биографов так и не смог конкретно сказать, каковым является месяц его рождения: начало или конец 1820 года. Да и тот факт, что почти на протяжении всей своей жизни великий поэт боролся за право носить другую фамилию – Шеншин, фамилию своего отца, также добавляет количество вопросительных знаков в его биографию. А вот был ли на самом деле Афанасий Шеншин его родным отцом, - далее в обзоре.
В жизни этого незаурядного человека буквально переплелось столько всего невероятного и трагического, что вполне хватило бы на несколько человеческих судеб. Однако идеологи советской словесности считали неуместным посвящать читателей, в особенности молодежь, в некоторые "неудобные" факты биографии, намеренно обходя стороной крутые виражи его судьбы. Но пришли другие времена, таинственная завеса приоткрылась, и мы можем узнать об обстоятельствах, наложивших трагический отпечаток на весь жизненный путь поэта.
Достоверно можно утверждать лишь одно: Афанасий Фет был сыном Шарлотты-Елизаветы Фёт (Foeth), жены дармштадского чиновника Иоганна-Петера-Карла-Вильгельма Фёта, и что при рождении младенец был крещен по обычаям православной веры, назван Афанасием и записях метрической книги был указан законнорожденным сыном холостого на то время А.Н. Шеншина. И, что родился будущий поэт вовсе не в Германии, а на российской земле, а именно в Орловской губернии, в деревне Новоселки, принадлежащей зажиточному помещику Афанасию Неофитовичу Шеншину.
Однако всему этому предшествовали весьма странное обстоятельство и невероятные события, которые далее изложены в четырех версиях.
Версия №1
В начале 1820 года в Германии, в Дармштадте, проходил курс лечения 44-летний русский офицер, ротмистр в отставке орловский помещик Афанасий Неофитович Шеншин. По стечению обстоятельств, в гостинице не оказалось свободных мест, и ему пришлось поселиться в доме обер кригс-комиссара Карла Беккера. Вдовец Беккер жил с 22-летней дочерью Шарлоттой, зятем Иоганном Фётом и внучкой. До появления Шеншина в их доме молодые супруги прожили полтора года, Шарлотта успела родить дочь Каролину и уже ждала второго ребенка.
Не просто понять было окружающим поступок Шарлотты, когда она бросила мужа, отца, годовалую дочь, свою страну и буквально бежала с пожилым, вдвое за нее старшим, некрасивым и угрюмым иностранцем в далекую Россию. Чем так обаял молодую женщину русский офицер, что она, даже не взяв развод, кинулась за ним как в омут с головой?.. Этот необдуманный шаг Шарлотты можно было бы понять, если бы ребенок, которого она ждала, был от Афанасия Шеншина. Но вероятность этого абсолютно исключалась, что доподлинно подтверждают письма из переписки беглянки с братом, сыном Беккера.
Убитый горем отец позже писал Шеншину: «Употреблением ужаснейших и непонятнейших средств прельщения лишена она рассудка и до того доведена, что без предварительного развода оставила своего обожаемого мужа Фёта и горячо любимое дитя...».
Версия № 2
Противоречивое и запутанное обстоятельство происхождения на свет будущего поэта способствовало постепенному распространению второй версии его рождении, согласно которой, Афанасий Фет не был сыном ни ротмистра Шеншина, ни асессора Фёта. Его отцом был корчмарь-еврей, который продал ротмистру Шеншину свою красавицу-жену, которая была в положении. В доказательство этой версии художник И.Э. Грабарь написал: «Давно было известно, что отец Фета, офицер русской армии, Шеншин, возвращаясь из Парижа через Кенигсберг, увидел у одной корчмы красавицу еврейку, в которую влюбился. Он купил ее у мужа, привез к себе в орловское имение и женился на ней. Не прошло несколько месяцев, как она родила сына, явно не от Шеншина. Официально считалось, что Фет – законный сын Афанасия Неофитовича. А то, что он был сыном кенигсбергского корчмаря, было большим секретом, но сам поэт это категорически отрицал, однако объективных доказательств противного не существовало». Но тут сразу же возникает вопрос: откуда тогда взялась фамилия Фет?
Однако эта версия подтверждает, то что является всем очевидным - семитский тип наружности Фета. Об этом говорили очень многие: и современники поэта, и исследователи его творчества. Так, сын Льва Толстого, в своих мемуарах указывал: «Наружность Афанасия Афанасьевича была характерна… Его еврейское происхождение было ярко выражено». Об этом же свидетельствуют не только многочисленные дневниковые записи лиц, знавших Фета при жизни, но и живописные его портреты, а также фотографии.
Буквально все окружение считало Фета евреем или полуевреем, и как этот неоспоримый факт терзал с детства его раненное самолюбие, было известно только одному богу. «Он всю жизнь страдал, – пишет свояченица Льва Толстого Т. А. Кузминская, – что он не Шеншин…, а незаконный сын еврейки Фёт».
Версия №3
По этой версии один известный литературовед того времени, излагал в своих трудах: «Знакомые и дворовые А.Н. Шеншина говорили мне, что жену свою Елисавету Петровну он купил за сорок тысяч рублей у ее мужа И. Фёта». И это обстоятельство проливает свет на то, по какой причине настоящий отец, И. Фёт впоследствии неоднократно вымогал денег от Шеншиных. По-видимому, за молчание... Так как по тем временам "двоемужие" преследовалось законом. А как помним, наша беглянка, не разведясь с мужем-католиком, вышла замуж за православного.
Версия №4. Самая достоверная
Именно эта версия, объединившая в себе некоторые вышеизложенные факты, является наиболее вероятной. Мать Афанасия, малолетней девочкой была куплена у еврея-корчмаря и удочерена обер кригс-комиссаром Карлом Беккером, вдовцом, который всю жизнь мечтал о дочке. В Шарлотте он души не чаял, поэтому, когда пришло время отдавать ее замуж за ассесора Фёта, выдвинул молодым условие: жить будут с ним в одном доме. Вскоре у молодой семьи появился первенец, а немногим позже Шарлотта вновь носила под сердцем ребенка. Именно в это время в доме ее опекуна и появился ротмистр Шеншин, который «положил глаз» на красавицу Шарлотту и, толи выкупил ее, у И. Фёта, толи на самом деле подбил на побег, теперь только остается догадываться.
Но, что любопытно, характер у молодой женщины был неординарный, она была склонна к импульсивному поведению и молниеносно могла принять любое, даже судьбоносное решение. И нужно сказать, взрывная натура Шарлотты, безусловно, производила необычайное впечатление на мужчин, ее окружавших. Разумеется, не стал исключением и ротмистр Афанасий Шеншин. К тому же его рассказы о далекой заснеженной России до глубины души поразившие Шарлотту, и заставили по всей вероятности ее однажды решиться на побег.
Вначале импульсивность, списываемая на характер Шарлотты и, так умилявшая мужчин, с течением времени переросла в начало психической болезни, приведшей к многочисленным трагедиям, но об этом позже...
И как бы там ни было, сам Афанасий Фет всю свою сознательную жизнь считал своим отцом Шеншина, по крайней мере, стремился заверить в этом окружающих. И в написанных им в конце жизни мемуарах, где многое утаил и исказил, он даже не оставил сомнений в этом темном вопросе.
Детство, отрочество, юность поэта
Итак, в родовое имение в Новоселки Шеншин привез чужую беременную жену в конце сентября 1820 года, а уже в ноябре она родила мальчика, который и станет знаменитым поэтом. Сыном орловского помещика записал Афанасия местный священник, бывший беспросветным пьяницей, который за этот подлог получил от Шеншина немалую взятку. В чем был подлог, спросите вы, да в том, что незаконнорожденный мальчик не мог получить ни фамилию, ни титул отца. А Шеншин же обвенчался по православному обряду с Шарлоттой, крещенной в православии Елизаветой Петровной, только через два года после рождения сына. В дальнейшем, появившиеся на свет братья и сестры Фета, звались Шеншиными уже законно. Но мальчик, живя в имении отчима, до поры до времени, ни о чем даже не догадывался, считая себя старшим сыном помещика.
А согласно законов Российской империи только старший сын имел право наследования поместья отца и его крепостных. Последующие дети могли получали лишь денежное наследство.
Фамилию Шеншин Фет носил только до четырнадцати лет, а затем всплыл подлог, и его лишили фамилии, статуса старшего сына и дворянского титула. А произошло это по причине расследования Орловским губернским правлением подробностей появления на свет сына ротмистра А.Н. Шеншина. Когда все выяснилось Афанасий неожиданно стал носить фамилию Фет и перешел в статус незаконнорожденного...
И это было только началом драмы, которую разыграет злодейка-судьба в его жизни...
Забегая наперед, хотелось бы сказать, что все же после 40 лет душевных терзаний и настойчивого стремления обрести положенное ему по рождению дворянское звание, Фет достиг своей цели. В декабря 1873 года указом императора вышел документ, в котором было написано «о присоединении отставного гвардии штабс-ротмистра Афанасия Афанасиевича Фета к роду отца его Шеншина со всеми правами, званию и роду его принадлежащими».
___________________________________________________________________
Потеря имени для юного Фета явилась личной катастрофой, испортившей ему жизнь. И, безусловно, подросток воспринял этот поворот судьбы как позор, бросивший тень не только на него, но и на его мать. Что касается буквы «ё» в его фамилии, то она превратилась в «е» в его фамилии несколько позже и при том, совершенно случайно. Наборщик его произведений однажды перепутал буквы, и Афанасий Афанасьевич после этого так и стал подписываться - "Фет".
Борьба за место под солнцем
Всю свою жизнь поэт любой ценой старался увильнуть от вопросов о своей родословной, а когда это не удавалось, «вынужден был прибегать ко лжи», «чтобы не набрасывать…неблагоприятной тени» на себя и свою мать. Так, он придумал версию, гласящую, что ее первый муж по фамилии Фёт вывез ее в Россию, где скоропостижно скончался, а мать вышла второй раз замуж.
В 1838 году Фет поступил в Московский университет на юридический факультет, затем перешел на историко-филологическое (словесное) отделение философского факультета. Уже во время учебы его довольно талантливые стихи начали печатать в периодике, а в 1840 году вышел первый сборник стихов начинающего поэта.
Афанасий Фет
Желание дослужиться до дворянского титула сподвигло Фета поступить на военную службу, и он стал унтер-офицером. Отслужив целых 13 лет и, не добившись своей цели, поэт подал в отставку. А спустя еще 15 лет, наконец, произойдет то, к чему он шел большую половину своей жизни. Но об этом чуть позже.
Любовь, пронзившая сердце поэта
Литературоведы утверждают, что лирику Фета нельзя понять вне Марии Лазич, удивительной, не от мира сего, девушки, любовь к которой поэт пронес через весь свой творческий путь. Именно эта любовь привнесла в жизнь поэта драму, и придала трагическое звучание всем его стихотворениям.
Строки из лирики Афанасия Фета, посвященные Марии Лазич
Став офицером русской армии, Фет был направлен в гарнизон под Херсон. Там он и познакомился с дочерью обедневшего генерала в отставке - Марией Лазич. 22-летняя девушка была начитана и романтична, любила стихи Фета.
На почве любви к поэзии молодые люди вскоре сблизились и полюбили друг друга. Со дня их первой встречи прошло почти два года, и окружающие на них уже стали смотреть как на жениха с невестой. Однако со стороны Фета предложения руки и сердца все не было, он не решался жениться, и своей неопределенностью измучил и девушку, и себя. По гарнизону поползли разного рода сплетни и слухи. Отец девушки попытался объясниться с Фетом, но и это не привело ни к какой ясности.
Строки из лирики Афанасия Фета, посвященные Марии Лазич
Бедный офицер, не имевший никакой поддержки от семьи, все еще надеялся, что брат с сестрой ему окажут материальную помощь. Но время шло и уже надеяться было не на что... Вконец отчаявшись, Фет решился «разом сжечь корабли взаимных надежд». И однажды он собрался с духом и сообщил о своем уходе из отношений. Объясняя тем, что средств ни на свадьбу, ни на содержание семьи у него нет, и что Мария еще может быть счастлива с другим, который будет достойнее его.
Девушка на это лишь смогла промолвить: «Я общалась с Вами без всяких посягательств на Вашу свободу, а к суждениям людей я совершенно равнодушна. Если мы перестанем видеться, моя жизнь превратится в бессмысленную пустыню, в которой я погибну, принесу никому не нужную жертву». От этих слов поэт растерялся, но не изменил своего решения. Если бы он тогда только знал, в какое отчаяние привел Марию! Она каждой клеточкой прочувствовала, что от нее ускользает не только любовь, но и вся ее жизнь. Отчаявшаяся девушка умоляла его не прекращать хотя бы переписку, но поэт был тверд в своем решении.
Строки из лирики Афанасия Фета, посвященные Марии Лазич
А осенью 1850 года Фет был шокирован страшным известием: Мария погибла. Случайно от лампадки вспыхнуло ее кисейное платье. Объятая пламенем, она выбежала на балкон, затем по ступеням в сад... и мгновенно, превратившись в горящий живой факел, упала, потеряв сознание от неимоверной боли. Безусловно, выбежав на свежий воздух, она обрекла себя. На крики сестры сбежались люди, они отнесли сильно обгоревшую Марию в спальню. А через четыре дня в ужасных муках девушка скончалась, произнеся уже в агонии: "Он не виноват, а я..." .
Так, на огненный жертвенник любви были возложены человеческое счастье двух любящих сердец и жизнь Марии. После этой страшной трагедии в лирике поэта прочно закрепились мотивы и образы, связанные с огненной стихией, будь то полыхающий костер, пылающий камин или трепетное пламя свечи. Наш герой, наконец, понял, что потерял женщину, которую любил всеми фибрами своей души, загубил собственноручно счастье всей своей жизни. Он до конца дней винил себя в смерти любимой девушки, но Марию уже было не вернуть...
Жизнь после НЕЕ
Мария Петровна Боткина - супруга Фета / Афанасий Фет
Пережив эту трагедию, Фет, так и не добившись возвращения титула, в 1857 году женился на богатой купеческой дочери Марии Петровне Боткиной. Она была уже не молода и не очень красива, но так же, как и Фет, пережившая тяжелый роман. Благодаря этому браку по расчету он стал владельцем поместий в Орловской и Курской губерниях, в 1858 году уходит в отставку в чине гвардейского штабc-ротмистра и посвящает себя ведению хозяйства в своем имении. Позже в Мценском уезде был избран мировым судьей на 11 лет. В 1873 году по высочайшему указу ему были, наконец-то, возвращены долгожданное дворянство и родовая фамилия с правом ношения фамилии "Шеншин".
К слову, хотелось бы привести выдержку из письма поэта своей супруге: «Теперь, когда все, слава богу, кончено, ты представить себе не можешь, до какой степени мне ненавистно имя Фет. Умоляю тебя, никогда его мне не писать, если не хочешь мне опротиветь. Если спросить, как называются все страдания, все горести моей жизни Я отвечу тогда - имя Фет». С того дня как указ был подписан, Афанасий Афанасьевич именем "Шеншин" стал подписывать все документы и письма к друзьям и знакомым.
Он до самой старости боролся с грехами своей бедной юности: тщеславным честолюбием и сребролюбием. И что любопытно, современники поэта совершенно не понимали, почему он до самой смерти писал стихи о любви, да еще и какие!... Во многих воспоминаниях встречается язвительное и насмешливое описание Афанасия Фета в образе жестокого, корыстолюбивого, пессимистичного и грубого старика, что абсолютно не вязалось с его потрясающей любовной лирикой. По-видимому, душа Марии Лазич не отходила от Фета, а возможно он сам ее не отпускал до конца своих дней. В его сердце, не угасая более четырех десятилетий, пылал огонь его далекой юношеской любви. Последнее стихотворение, посвященное любимой, он написал в 1892 году, в год своей смерти... Обращаясь к Марии Лазич, Афанасий Фет писал:
Ты душою младенческой все поняла,
Что мне высказать тайная сила дана,
И хоть жизнь без тебя суждено мне влачить,
Но мы вместе с тобой, нас нельзя разлучить…
До последнего вздоха
Но и это еще не все трагедии, разыгрываемые в его жизни поэта. Так, 21 ноября 1892 года поэт торжественно выпив бокал шампанского и, найдя предлог, выпроводил из дома жену. Затем позвал свою секретаршу и надиктовал ей следующее: «Не понимаю сознательного приумножения неизбежных страданий. Добровольно иду к неизбежному». И подписал «21 ноября, Фет (Шеншин)». Потом, взяв стальной стилет для нарезки бумаги, размахнулся и ударил себя по виску, но промахнулся. Помешала секретарша, которая успела оттолкнуть руку поэта, державшего стилет. Тогда Фет кинулся на кухню, решив закончить начатое при помощи кухонного ножа, но, так и не успев до него дотянуться, упал. Секретарша, бросившаяся за ним, с трудом разобрала в его бессвязном шепоте только одно слово «Добровольно…». Не придя в сознание, поэт умер. Похоронен в селе Клейменово, родовом имении Шеншиных.
Он был сильным человеком, всю жизнь боролся и достиг всего, чего хотел: завоевал себе имя, богатство, литературную знаменитость и место в высшем свете, даже при дворе.
Попытка самоубийства поэта вовсе не была проявлением минутной слабости, она, скорее всего, была доказательством его железной воли, с помощью которой он преодолевал крутые виражи нелегкой доли, несправедливо обошедшейся с ним. Он сделал свою жизнь такой, какой хотел ее видеть, и точно так же, попытался «сделать» и свою смерть.
Непредвиденное обстоятельство - сердечный приступ - помешало задуманному.
kulturologia.ru
