ГОД 885-Й
Предшествующие два года заняты в летописи краткими известиями о войнах Олега с древлянами (883) и северянами (884) — славянскими племенами, соседями полян.
Олег победил тех и других и возложил на них дань.
Но, завоевав сначала Киев, а затем обязав северян платить дань себе (причем возложив на них "дань легкую", что особо отметил летописец), Олег вступил в конфликт с могущественным Хазарским каганатом — крупнейшим в то время государством Восточной Европы, которому и поляне, и северяне выплачивали дань прежде.
"И не дал им козарам дани платить, сказав: "Я им противник, а вам незачем", — приводит летописец слова Олега, обращенные к северянам, обитателям так называемой Северской земли, занимавшей западные области нынешней России и восточные — Украины.
Под 885 годом летопись сообщает о новом походе Олега — против еще одного славянского племени — радимичей, расселившихся в междуречье верхнего Днепра и Десны, по реке Сож и ее притокам (на территории нынешней Белоруссии и западных областей РФ). Радимичи также были данниками хазар.
Война с Хазарией, уже терявшей свои позиции в Восточной Европе, становилась неизбежной.
Между прочим, естественными союзниками Олега в этой войне должны были стать печенеги — враги хазар. На раннем этапе своей истории печенеги не всегда выступали противниками Руси.
Однако, союз с печенегами почти всегда был крайне неустойчивым и легко оборачивался войной, внезапным набегом.
"Частенько, когда у них нет мира друг с другом, они (печенеги. — Прим. авт.) грабят Росию, наносят ей значительный вред и причиняют ущерб", — писал в середине X века в своем трактате "Об управлении Империей" знаменитый византийский император Константин Багрянородный.
Хазарская серебряная монета, напоминающая арабский дирхем. Надпись: "Моисей — посланник Бога". Готландский исторический музей в городе Висбю. Швеция
О прямом столкновении Олега с Хазарским каганатом мы знаем, скорее, от Пушкина ("Как ныне сбирается вещий Олег // Отмстить неразумным хозарам...").
Летописи же об этом молчат, сообщая лишь о вражде Олега к хазарам ("Аз им противен..." и т.д.).
Однако сохранился еврейский документ хазарского происхождения (иудаизм был религией значительной части хазарского общества), прямо сообщающий о войне с Русью.
Это письмо неизвестного хазарского еврея X века (так называемого "Кембриджского анонима" — по месту хранения документа), подданного хазарского царя Иосифа.
Рассказывает это письмо о походе русского князя "Х-л-гу", то есть Олега, на один из городов Хазарского каганата.
Имя русского князя стало в хазарском мире не просто широко известным, но, можно сказать, нарицательным, своего рода жупелом русской угрозы.
Константин VII Багрянородный и княгиня Ольга на константинопольском ипподроме. Фреска киевского Софийского собора. XI век
ГОД 903-Й
Из "Повести временных лет": "Когда Игорь вырос, то следовал за Олегом и слушался его. И привели ему жену от Пскова, именем Ольгу".
Под этим годом в летописи впервые упомянута знаменитая русская княгиня, ставшая впоследствии почитаемой святой и одной из ключевых фигур нашей начальной истории.
Крещение княгини Ольги и смерть князя Олега от укуса змеи. Лицевой хронограф царя Федора III. XVII век
ГОД 907-Й
Самый знаменитый поход на Царьград и единственный из всех завершившийся победой Руси.
В летописи он расцвечен красивой легендой, известной, пожалуй, каждому школьнику.
Поход этот стал возможен благодаря прежним победам Олега.
Под свои стяги он сумел собрать не только варягов, но и представителей всех покоренных им племен — как славянских, так и "чуди" (угро-финских).
Летописный рассказ об этом несет в себе явные черты фольклорного происхождения.
И "кропиньные" (шелковые) паруса словен (очевидная насмешка над новгородцами, нередкая под пером автора-киевлянина), и щит, прибитый на врата Царьграда, и корабли, двигающиеся под парусами посуху, аки по морю, — все это характерные черты какой-то дружинной повести или песни.
Мы и дальше увидим Вещего Олега эпическим, почти сказочным героем — неслучайно его образ оказался столь притягателен для Александра Сергеевича Пушкина.
Однако совсем не обязательно считать все эти детали выдумкой.
Так, передвижение кораблей по суше для преодоления какой-то преграды случалось в военной истории, в том числе и в истории военных походов викингов.
Для русов же практика перетаскивания ладей — правда, не на колесах, но с помощью подложенных под днище катков — была вообще обычной и применялась на волоках между реками, в том числе и на знаменитом пути "из варяг в греки".
Воины Олега, наверное, могли воспользоваться ею для проникновения в запертую Царьградскую гавань, а это должно было произвести сильное впечатление на защитников города.
Корабли князя Олега штурмуют Константинополь. Миниатюра из Радзивилловской летописи. XV век
Заключение мирного договора с "варварами", сопровождавшееся богатыми подношениями, по большей части добровольными, было в обычае византийской дипломатии.
Как видно, власти Империи поспешили вступить в переговоры с русами, прекратить разорительные для них военные действия.
В глазах же самих русов поднесенные им подарки и обещание таких подарков впредь воспринимались не иначе как дань с побежденных.
Вотивная (обетная) корона византийского императора Льва VI Философа. На золотом основании портреты апостолов и самого Льва. На основании закреплена чаша, вырезанная из цельного куска горного хрусталя, внутри нее установлена золотая статуэтка святой Софии Константинопольской. Собор Сан-Марко. Венеция
Мирный договор с Византией был подписан не сразу, а спустя четыре года после завершения войны.
ГОД 911-Й
"Послал Олег мужей своих установить мир и заключить договор между Русью и греками..."
Исследователи считают, что на этой мозаике в люнете центрального входа храма Святой Софии Константинопольской изображен император Лев VI Философ
Договоры Руси с греками составлялись в двух экземплярах ("противнях"): один, написанный от имени Руси и скрепленный печатями и подписями послов и купцов ("гостей"), передавался на хранение в Византию; другой отсылался на Русь.
К сожалению, греческий оригинал договора до нас не дошел.
Заключение договора князя Олега с греками. Миниатюра из Радзивилловской летописи. XV век
Рассказ о русско-византийском договоре 911 года. Миниатюра из Радзивилловской летописи. XV век
В договоре обозначены конкретные пункты весьма подробные и касающиеся самых разных казусов, могущих возникнуть в отношениях между подданными двух стран:
разного рода преступлений во время пребывания русских в Византии и греков на Руси;
потери имущества (в том числе и в случае кораблекрушений у русских или греческих берегов);
прихода наемников из Руси на службу греческим царям;
судьбы пленников и должников.
До пожара в апреле 2019 года реликварий, в котором хранится Терновый венец Иисуса Христа, находился в ризнице собора Нотр-Дам-де-Пари. После пожара реликварий был передан на хранение в мэрию Парижа
Договоры того времени, как правило, заключались на тридцать лет.
И неслучайно ровно через тридцать лет, уже после смерти Олега, начнется новая война между двумя странами, завершившаяся в конце концов подписанием очередного договора.
Той же осенью 911 года послы Олега вернулись в Киев с богатыми дарами: златом, паволоками и "фофудьями" (драгоценными тканями).
Примечательно, что накануне отъезда послов отвели в Царские золотые палаты, в находящуюся там Фаросскую церковь Пресвятой Богородицы, где хранились величайшие святыни христианского мира: венец Христов, гвозди, которыми был прибит Спаситель к кресту, багряница, в которую Он был облачен, а также мощи почитаемых святых.
"И учили их вере своей, и демонстрировали им истинную веру", по словам летописца. Повлияло ли это как-нибудь на мировоззрение послов, летопись не сообщает, констатируя лишь, что те вернулись к Олегу.
Золотой солид с изображением византийского императора Константина VII Багрянородного
ГОД 912-Й
"...И жил Олег, мир имея ко всем странам, княжа в Киеве, и наступила осень...".
Перед нами новый сюжет и повествует он о кончине Олега.
Подобные фразы нередко появляются в летописи тогда, когда точная дата события не определена и размыта во времени.
Легенда о смерти Олега "от коня своего" — еще один эпический, сказочный сюжет в повествовании о Вещем князе.
И он также хорошо всем известен — прежде всего по пушкинской "Песни о вещем Олеге" и школьному учебнику истории.
Некогда Олег призвал к себе кудесников и волхвов и вопросил их: "От чего мне предстоит умереть?"
Один из кудесников отвечал ему: "Княже! От коня, которого ты любишь и на котором ездишь, — от него примешь смерть".
Смерть Олега от укуса змеи. Миниатюра из Радзивилловской летописи. XV век
Поразмыслив, князь решил никогда больше не садиться на своего любимого коня и не захотел даже видеть его, но приказал конюхам кормить и холить его.
Так продолжалось до тех пор, пока Олег не вернулся из похода на греков.
"...И прошло 4 года, а на пятое лето вспомнил он о коне, от которого, сказали волхвы, он должен был умереть.
И, призвав старейшину конюхов, спросил: — Где конь мой, которого я велел кормить и холить?
Тот же отвечал: — Умер.
Олег же посмеялся над кудесником, так сказав: — То неверно говорят волхвы, но все то ложь: конь умер, а я жив!
И повелел оседлать коня: "Да увижу кости его".
И приехал на место, где лежали голые кости его и голый череп, и, сойдя с коня, сказал, посмеявшись:
— От сего ли черепа смерть мне была?
И ступил ногой на череп.
И выползла змея из черепа, и ужалила его в ногу, и от того разболелся и умер.
И плакали все люди плачем великим, и понесли, и похоронили его на горе, которая называется Щековицей.
И есть могила его и до сего дня, зовется Олегова могила. И было всех лет княжения его — 33″.
"Ольгова могила" несколько раз упоминается в летописи при описании междоусобных войн XII века как известное, примечательное место в Киеве, важный ориентир.
Но рассказ "Повести временных лет" — лишь одна из версий смерти Олега.
Совершенно по-другому излагает судьбу знаменитого князя автор Новгородской Первой летописи младшего извода.
"...Пошел Олег к Новгороду, а оттуда в Ладогу. Другие же говорят, будто пошел он за море, и ужалила его змея в ногу, и с того умер; есть могила его в Ладоге".
Итак, как минимум три версии смерти Олега и, соответственно, три места его погребения: в Киеве на Щековице, в Ладоге и где-то "за морем", где будто бы и случилась история со змеей.
Еврейский источник сообщал о смерти князя "Х-л-гу", то есть Олега, в стране FRS, то есть чуть ли не в Персии.
Наличие сразу нескольких могил великих людей и споры за них нескольких городов — не такая уж редкость, по крайней мере в древние времена.
В XI–XII веках Олег представлялся фигурой легендарной, и о судьбе его ходили разные толки.